Суды должны обоснованно квалифицировать гражданские взаимоотношения участников спора. Передача денежных средств одним лицом другому может быть и неосновательным обогащением, и займом, и при требовании их возврата в каждом из этих случаев различаются предметы доказывания и по-разному распределяется бремя доказывания между сторонами.
Соответствующие разъяснения были даны Верховным судом (ВС) РФ в ходе рассмотрения кассационной жалобы Александра Тарасова по иску Натальи Говоровой (дело № 41-КГ24-31-К4).
В благодарность или в долг?
Как следует из материалов дела, Говорова перевела Тарасову 5 миллионов рублей. Она считала, что в долг, он — что в благодарность за помощь в бизнесе, и когда поняла, что деньги ей отдавать не собираются, подала иск в суд о возвращении неосновательного обогащения.
Суд первой инстанции установил, что Тарасов и Говорова находились в фактических брачных отношениях и имеют совместного ребенка, и что Тарасов помогал Говоровой в ведении ее бизнеса на базе отдыха. При этом суд пришел к выводу о доказанности истцом факта перечисления ответчику денежных средств, учел отсутствие между сторонами обязательственных отношений, во исполнение которых истец могла бы перечислить ответчику данные денежные средства, в том числе на условиях благотворительности или безвозмездности. И в итоге решил, что сумма перешла в собственность Тарасова без законных оснований, а потому является неосновательным обогащением и подлежит возврату Говоровой. Вышестоящие суды поддержали это решение.
Значимые обстоятельства
В своем определении ВС РФ указал, что в таких делах на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, что обогащение произошло за счет истца и что правовые основания для такого обогащения отсутствуют, а ответчик, защищаясь, должен доказывать обратное.
По мнению ВС РФ, суд первой инстанции устранился от установления фактов, необходимых для квалификации правоотношений сторон. Верховный суд отметил, что не был установлен факт наличия долговых либо иных обязательств между сторонами, не высказал своего суждения о том, могли ли перечисленные истцом денежные средства быть не подлежащими возврату, поскольку переводились в период фактических брачных отношений, не проверил доводы истца о том, что денежные средства передавались в виде займа.
"В случае, если бы обстоятельства, на которые ссылался истец (долговые обязательства), нашли свое подтверждение, это означало бы наличие между сторонами правоотношений, к которым приоритетно применялись бы нормы действующего гражданского законодательства о договоре займа, а не положения о неосновательном обогащении", — пояснил ВС РФ, добавив, что разные правоотношения влекут разное распределение бремени доказывания.
В итоге ВС РФ указал, что суду надлежало дать основанную на правильном применении норм материального права квалификацию сложившихся между сторонами правоотношений, для чего следовало установить юридически значимые для этого обстоятельства, распределить бремя их доказывания и разрешить спор с учетом положений закона, регулирующих соответствующие отношения.
Поэтому решения по этому делу были отменены, а само оно направлено в первую инстанцию на новое рассмотрение.