Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Я хорошо помню год...

Я хорошо помню год, Отмеченный приходом Чужого. Звезды тогда Чуть изменили рисунок свой В небе и цвет. Астрономы открыли Несколько новых планет, А поэты два бранных слова. Я был молод, Пас коз и имел привелегии в храме, Был на третьей войне с дельфинами Ранен и награжден. Многое помню, Но все, как вода В кратере памяти, А Чужой - чистое из меха вино. Он пришел, когда праздновали Освобождение от кентавров. Глиняные хижины пустовали. В храмах любили неистово, А устав, пили вино. И ночь прошла, И пришло светло-серое завтра. Первый его день, День, когда высохли лавры, И море нависло над островом Черной стеной. Память ушла в этот день, Умерли глаз кристаллы, Немногие помнили имя свое И названия предметов. Мне повезло. Я проспал Явленье Чужого. Жало Его не коснулось меня. Я не обрел бессмертия.

Я хорошо помню год,

Отмеченный приходом Чужого.

Звезды тогда

Чуть изменили рисунок свой

В небе и цвет.

Астрономы открыли

Несколько новых планет,

А поэты два бранных слова.

Я был молод,

Пас коз и имел привелегии в храме,

Был на третьей войне с дельфинами

Ранен и награжден.

Многое помню,

Но все, как вода

В кратере памяти,

А Чужой - чистое из меха вино.

Он пришел, когда праздновали

Освобождение от кентавров.

Глиняные хижины пустовали.

В храмах любили неистово,

А устав, пили вино.

И ночь прошла,

И пришло светло-серое завтра.

Первый его день,

День, когда высохли лавры,

И море нависло над островом

Черной стеной.

Память ушла в этот день,

Умерли глаз кристаллы,

Немногие помнили имя свое

И названия предметов.

Мне повезло. Я проспал

Явленье Чужого.

Жало

Его не коснулось меня.

Я не обрел бессмертия.