Лето 1941 года для военно-воздушных сил Красной Армии по большей части было временем тяжёлых потерь и горьких неудач. Впрочем, иногда фортуна поворачивалась к советским авиаторам и лицом – так произошло 29 июня под Вильнюсом, когда вылет всего лишь тройки бомбардировщиков с красными звёздами практически вывел из игры группу истребителей люфтваффе. Увы, в неразберихе первых недель войны подвиг летчиков остался незамеченным.
C 25 июня 1941 года советская ударная авиация безуспешно пыталась остановить продвижение механизированных колонн 3-й танковой группы вермахта от Вильнюса на Минск. Два следующих дня бомбардировщики ВВС Западного фронта и соединений дальней авиации так же отчаянно стремились выполнить поставленную задачу. Увы, все попытки были тщетны: враг всё равно перерезал шоссе Москва – Минск, а потери бомбардировщиков оказались очень большими.
Противовоздушную оборону наступающей немецкой группировки обеспечивали штаб, II и III группы истребительной эскадры JG 27 и III группа эскадры JG 53, которые базировались на аэродроме Парубанек (ныне Киртимай) в пригороде Вильнюса, а также группа II./JG 52 с аэродрома Ораны (ныне Варена) на юге Литвы. Всего за два дня немецкие лётчики заявили об уничтожении 46 советских бомбардировщиков.
Удары растопыренными пальцами
Естественно, что уже 25 июня аэродром Парубанек как основная база немецких истребителей стал объектом бомбовых ударов ВВС КА – к сожалению, практически безрезультатных. Все последующие дни при постановке задач советским авиационным соединениям аэродром Вильнюс также фигурировал в списке приоритетных целей наряду с наступающими колоннами вермахта. Впрочем, решить задачу пытались малыми силами – каждый день задачу на удар получало одно звено бомбардировщиков.
Вечером 28 июня Парубанек пыталась атаковать пара ДБ-3Ф командира 1-й эскадрильи 96-го ДБАП 42-й ДБАД лейтенанта А.Д. Чередниченко и его ведомого, лейтенанта В.К. Максимова. Увы, бомбардировщики были перехвачены «Мессершмиттами» из III./JG 27, которые сбили оба советских самолёта. Победы в 17:15 (здесь и далее время московское) заявили лейтенант Хорст Хайке (Lt. Horst Heike) и фельдфебель Франц Блазитко (Fw. Franz Blazytko).
30 июня аэродром бомбили три ДБ-3Ф того же 96-го ДБАП, которых вёл командир звена лейтенант В.В. Лысенко. Благодаря послевоенным мемуарам маршала авиации Н.С. Скрипко можно узнать подробности этого вылета и фамилии некоторых участников:
«Несмотря на интенсивный зенитный обстрел, звено лейтенанта Лысенко атаковало аэродром гитлеровцев, перекрыв серией авиабомб большое скопление фашистских самолетов. Затем последовал повторный заход. Экипажи наблюдали, как взрывались и горели пораженные неприятельские самолеты, рушились аэродромные постройки. Зафиксирован был также крупный очаг пожара.При возвращении ведущий корабль лейтенанта Лысенко подвергся нападению вражеского истребителя Ме-109. Немецкий летчик, видимо, опытный, знавший огневые возможности наших Ил-4, при атаке держался в непоражаемом пространстве за хвостовым оперением бомбардировщика. Воздушный стрелок-радист старшина Щукин вынужден был открыть огонь по фашисту прямо через киль корабля. Прострелив обшивку своего самолета, длинной очередью он подбил одного «мессера».Но уже подоспели новые немецкие истребители, атаковавшие наших бомбардировщиков со всех сторон. Летчики звена продолжали выдерживать плотный строй. Воздушные стрелки-радисты старшина Щукин, младшие сержанты Куйбин и Емельянов отражали атаки врага. Немецким летчикам так и не удалось разрушить боевой строй звена, и, хотя в фюзеляжах наших самолетов оказалось немало пулевых пробоин, все экипажи вернулись на аэродром, а гитлеровцы только в воздушном бою потеряли три «мессершмитта». Много авиационной техники врага звено Лысенко уничтожило и на аэродроме…»
Несмотря на такое красочное описание, и в этом случае нанести немцам урон не удалось ни не земле, ни в воздухе. Отрадно, что в этом вылете удалось избежать потерь, при этом довольно странно, что и немецкие истребители на победы в этот день не претендовали.