— Ну? Как? Почему ты не звонил? — нетерпеливо говорила Вика, когда открыла дверь и увидела Фёдора. — Отчего я до тебя не могла дозвониться? Почему ты молчишь? Ты говорил с ней? Она согласна?
— Да ты же мне рта открыть не даёшь! — разозлился Фёдор, входя в квартиру. — Дай мне хотя бы отдышаться. Сегодня был такой трудный день. Я устал. В конце концов, я хочу есть. И к тому же, Вика, не забывай, что я прихожу сюда, в эту однокомнатную убогую квартиру, которую мы снимаем, отдыхать в первую очередь душой. Ты меня понимаешь? Душой! А ты на меня наехала со своими «почему», «зачем», «отчего» и «как».
— Я тебя понимаю. Ты хочешь есть?
— Зачем спрашиваешь, Вика? Конечно, хочу. Я когда нервничаю, всегда хочу есть.
— Иди на кухню. Ужин приготовлен и ждёт тебя. И я очень, очень рада тебя видеть.
— Вот! С этого и следовало начинать. А то сразу с вопросов: «Ну?», «Как?», «Почему?».
— Прости. Я очень волнуюсь.
— Хм. «Прости»! А мне что прикажешь делать?
— Федя, я весь день сижу здесь как на иголках. Переживаю. Волнуюсь. Каждую минуту думаю: как ты там? Что с тобой? Мне же интересно, как всё прошло. Вот я и набросилась на тебя. Не сердись.
— Да нет. Я не сержусь. Обидно немного.
— И не обижайся.
— Что на ужин?
— Уха по-монастырски, томлёные говяжьи щёки, салат с индейкой.
— И всё? А селёдка с картофелем, красным луком и душистым маслом?
— И селёдка с картофелем, луком и маслом. Куда же без неё. Раздевайся и проходи на кухню. Там всё уже накрыто.
Фёдор снял шляпу, пальто, ботинки, надел тапочки, подошёл к зеркалу и посмотрел на себя.
— На кого я стал похож? — тихим голосом произнёс он. — А ведь мне всего тридцать шесть. Помнишь, каким я был всего год назад, когда мы только познакомились?
— Помню.
— Это жизнь окончательно меня измучила. Слава богу, скоро это всё закончится.
Он снял галстук. Расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Тяжело вздохнул и пошёл на кухню. Вика — за ним. Фёдор вымыл руки, сел за стол, начал есть и рассказывать. А Вика сидела рядом, подперев щёку кулаком, и внимательно слушала.
— Всё прошло хорошо, — сообщил он. — Наталья согласна продать квартиру. Но если бы ты только знала, Вика, как, оказывается, просто и совсем нетрудно совершать подлость и обманывать близкого человека.
— Я тебе говорила, что это просто.
— А я это только сегодня понял. Думал, что будет трудно, а оказалось, что ничего такого в этом нет. А знаешь, почему?
— Почему?
— Потому что я её не люблю.
— Мне нравится твой взгляд на жизнь, Федя. А знаешь, что самое невероятное?
— Что?
— Я придерживаюсь того же мнения, что и ты?
— Да ладно? Серьёзно?
— Абсолютно. Я, как и ты, уверена, что кого не любишь, того запросто можно предать, обмануть, обобрать и так далее.
— А ещё меня грела мысль, Вика, что скоро у нас с тобой будет своё жильё. И кончатся наши мучения.
— Своё жильё! — радостно воскликнула Вика. — Господи, какое счастье. Если бы ты только знал, Федя, как я устала жить на этой съёмной квартире.
— Я тоже устал, Вика, мотаться туда-сюда и обратно. Но что поделать. Приходится терпеть.
Вика вздохнула, встала, подошла к окну и отдёрнула занавески.
— Как я устала, — продолжала она, глядя в окно. — Первый этаж. Напротив окон — мусорный контейнер. И все, кто проходит мимо, заглядывают к нам в окна. Выкинут мусор и заглянут нам в окна. Мне вот интересно, а что они хотят у нас увидеть?
— Это простое человеческое любопытство, Вика. Не осуждай людей за это. Им и так непросто.
— Да я и не осуждаю. Просто мне не нравится, когда заглядывают в мои окна.
— Так ты занавеску-то задёрни, Вика, они и не будут заглядывать. А с другой стороны, Вика, пусть смотрят. Нам с тобой скрывать нечего.
Вика задёрнула занавеску и посмотрела на Фёдора.
— А в квартире что? — продолжала она. — Изношенная и неудобная мебель. Жуткое состояние сантехники. В подвале кто-то скребётся постоянно.
— Крысы, Вика, это те же белки, но только без меха.
— Да крысы ладно, а соседи сверху!
— А что соседи?
— Они ведь постоянно топают. Или стучат. А по выходным у них гости, и они или кричат, или поют. Это невыносимо.
— Скоро это закончится, Вика. У нас будет много денег. Мы купим свою квартиру и наконец-то будем жить как люди.
— Обещай, Федя, что мы купим её на последнем этаже. Чтобы сверху никто не стучал, не топал и не пел. И чтобы лысые белки в подвале не скреблись.
— Обещаю.
Вика вернулась за стол.
— Но как твоя жена согласилась, я не понимаю?
— Она согласилась легко, — ответил Фёдор.
— Ты уверен, что она ничего не заподозрила?
— Уверен.
— Что ты ей сказал?
— Как мы с тобой и договаривались, Вика, я сказал своей жене, что нашей с ней трёхкомнатной квартиры в центре города нам уже недостаточно на четверых. Ведь у нас двое детей.
— Ты сказал своей жене, что это сейчас ваши дети маленькие, но когда они вырастут, им потребуются свои комнаты. А для этого вам нужна квартира большей площадью и с большим числом комнат. Но уже не в центре, а в спальном районе. А для этого необходимо продать квартиру. Ты ей это сказал?
— Ну конечно, сказал.
— И она не заподозрила, что ты хочешь её обмануть и сбежать с деньгами?
— А с чего вдруг ей меня подозревать? Она ведь любит меня и уверена, что я люблю её. А когда женщина любит, ей и в голову не придёт, что тот, кого она любит, хочет её обмануть. Скажи честно, Вика, а тебя не мучает совесть?
— С какой стати?
— Наталья — твоя подруга.
— Моя совесть чиста, потому что я тебя люблю.
— И тебя ничего не волнует?
— Волнует.
— Что?
— Меня волнует, как вы решили вопрос с вашими детьми?
— А что с нашими детьми?
— Ведь их нужно будет снять с регистрации, чтобы продать квартиру. А это не так-то и просто.
— Ах, это. За это можешь не волноваться. Этот вопрос тоже решён. Детей зарегистрируем у её родителей. У них квартира в два раза больше нашей, так что за это не волнуйся.
— Я тебя обожаю. А когда?
— Что когда?
— Когда вы продаёте квартиру?
— Через неделю. Покупатель ведь уже нами найден. А когда деньги за квартиру он отдаст мне, я от неё уйду. Я договорился с Наташей, что деньги нам передадут наличными. Вот с этими деньгами я и сбегу. И мы купим на эти деньги нам с тобой квартиру.
— А что ты скажешь жене?
— А жене я скажу, что потерял деньги, и мне очень стыдно. И поэтому мы должны с ней расстаться. Квартиру, которую мы купим, оформим на тебя. А когда я и Наталья разведёмся, мы с тобой поженимся. Надеюсь, Вика, ты меня не обманешь?
— За кого ты меня принимаешь? Я — честная женщина и никогда никого не обманывала.
— А как же твоя подруга?
— Ты имеешь в виду свою жену?
— Ну да. Разве её ты не обманываешь?
— Её обманываешь ты, Федя. Да-да, ты. И нечего на меня так смотреть.
— Интересно. Я обманываю, а ты что делаешь?
— А я просто тебя люблю. И поэтому иду у тебя на поводу. Я — жертва любви. Ты вскружил мне голову, и я не могу ничего с собой поделать. Готова ради тебя на всё. Но я неспособна обмануть того, кого люблю. Так что за себя можешь не волноваться.
— Надеюсь.
— Ты останешься у меня на ночь?
— Нет, Вика. Сейчас я поем, после мы немного отдохнём, и я поеду к жене и к детям. Дни перед продажей квартиры я должен провести с ними. Ради нашего с тобой благополучия. Чтобы Наталья ничего не заподозрила и не отменила сделку. Я даже думаю, что нам вообще не нужно видеться эти дни. Надеюсь, ты понимаешь, почему нам следует поступить именно так?
— Я понимаю.
— Нам нужно быть предельно осторожными, Вика. Предлагаю даже не созваниваться. Встретимся, когда всё будет завершено. Через неделю в это же самое время я приду к тебе уже с вещами и с деньгами.
— Я согласна.
Через два часа Фёдор ушёл от Вики. А сразу после его ухода Вика позвонила Константину.
— Костя, это я. Всё идёт, как мы планировали. Через неделю Фёдор продаст квартиру. Деньги он отдаст мне. А я отдам их тебе. Как договаривались.
Нет, Костя, нам встречаться нельзя. Для нашей с тобой безопасности. Чтобы Фёдор что-нибудь не заподозрил. Я ему не верю. Он сказал, что белки — это те же крысы, только пушистые. Такое сравнение меня пугает. Он запросто может за мной следить. С него станется.
Купи билеты на поезд до Сочи и пришли мне сообщение. Встретимся в купе. Через неделю он приедет сюда. Это будет вечер. А уже через два часа я встречусь с тобой в купе поезда, на который ты купишь нам билеты. Мои паспортные данные у тебя есть. Всё. Больше мне не звони.
Вика выключила телефон и перекрестилась. В свою очередь, Константин, поговорив с Викой, тут же позвонил Жанне.
— Жанна, любовь моя, всё идёт, как мы и планировали, — сказал он. — Через неделю я встречаюсь с Викой в купе вагона. Деньги будут у неё. Сойду на первой же станции. С деньгами. Вика будет крепко спать. Ты будешь меня ждать на станции. Я тоже тебя люблю.
Нет, Жанна, лучше нам эти дни не встречаться. Мне кажется, Вика что-то подозревает. Про каких-то лохматых крыс говорит. Может, это она на меня намекает. Но даже если я ошибаюсь, лучше не рисковать.
Очень хорошо, что ты со мной согласна. Встречаемся на станции. Понятия не имею, что это будет за станция. Всё зависит от того, на какой поезд я возьму билеты.
Константин выключил телефон. Жанна позвонила Карлу.
— Карл, это Жанна. Всё как мы и планировали. Костя сойдёт через неделю на станции. Пока не знаю, на какой станции он сойдёт через неделю, но мне точно известно, что при нём будет очень большая сумма денег.
Будь очень осторожным. Он точно не в себе. Сравнивает себя с лысой белкой. Я сниму номер в гостинице. А когда через час он уснёт, я тебе позвоню, и ты встретишь меня на машине у входа в гостиницу. Всё понял? Умница. Люблю тебя.
Прошла неделя.
— Ну? — воскликнула Вика, когда открыла Фёдору дверь. — Всё хорошо?
— Всё замечательно, — ответил Фёдор и вошёл в квартиру. — Квартира продана, деньги получены.
— А где деньги?
— Деньги — вот, — ответил Фёдор и кивнул на небольшой чемодан, который держал в руке. — Это несгораемый сейф. Его так просто не открыть. Секретный электронный замок. К нему ключа не подберёшь. Жене я уже позвонил и сказал, что потерял деньги. Завтра утром поедем покупать квартиру. Господи, как я устал и хочу есть.
— Иди на кухню, там уже всё накрыто.
Через час после ужина Фёдор спал крепким сном, а Вика пыталась открыть чемодан. Но у неё ничего не получалось. И тогда она решила, что его откроет Константин.
Через час Вика показывала проводнице паспорт, чтобы войти в вагон поезда. Константин уже ждал её в купе.
— Как всё прошло? — спросил он.
— Всё отлично.
— Где деньги?
— Здесь, — она поставила маленький чемодан на стол.
— Там всё точно?
— Надеюсь?
— Что значит «надеюсь»? Ты не проверила?
— Я не смогла его открыть. Там очень хитрый замок. Я думала, что ты с ним справишься.
— А ключи?
— Ключей нет. Замок электронный. Нужно знать код.
— Код неизвестен. Наталья не назвала Фёдору код, а он не рискнул спрашивать, чтобы не вызывать подозрения. Если хочешь, мы можем прямо сейчас сломать замок.
— Не надо ничего ломать, — сказал Костя. — Откроем, когда приедем в Сочи.
Через два часа Константин сошёл с поезда. Вика в это время спала крепким сном.
— Деньги у тебя? — первое, что спросила Жанна, встретив Константина на вокзале.
Константин ответил то же самое, что ему сказала Вика. А уже через час он спал крепким сном в гостинице, а Жанну Карл увозил в неизвестном направлении.
***
«Где Вика? — подумал Фёдор, когда проснулся. — Ничего не понимаю. И почему я спал в одежде? Что вообще происходит?»
Поднявшись с постели, Фёдор обошёл квартиру.
«Неужели сбежала? — подумал он. — А где чемодан?»
Обойдя ещё раз квартиру, Фёдор понял, что и чемодана с деньгами тоже не было.
«Значит, сбежала, — подумал он. — Вот и верь после этого женщинам. И что же мне теперь делать? К Наталье я вернуться не могу, ведь я сказал ей, что деньги потерял. Да и зачем мне теперь Наталья, если у нас нет ни денег, ни квартиры. Уеду лучше, куда глаза глядят, и начну новую жизнь. Буду считать, что я и в самом деле потерял эти деньги».
В действительности же Фёдор никаких денег не терял. Да у него просто и не было никаких денег. Но он об этом не знал.
Дело в том, что Наталья сразу заподозрила неладное в поведении мужа. Особенно когда он настойчиво потребовал, что деньги должны быть наличными и переданы ему.
Фёдора пытались убедить, что это неудобно, что сейчас никто так не делает, что это рискованно. Но Фёдор был непреклонен. Говорил, что никому не доверяет и хочет, чтобы ему дали все деньги наличными.
Вот тогда Наталья и решила сделать всё по-своему. Она договорилась с покупателем квартиры, что деньги будут переведены на её счёт.
А чтобы Фёдор не волновался, ему дали чемодан и сказали, что все деньги лежат там. А когда Фёдор хотел их пересчитать, Наталья сказала, что уже всё пересчитала. Фёдор поверил Наталье. Да и как он мог не поверить, если они должны были уже сегодня поехать покупать другую квартиру, большей площади, в спальном районе.
Договорились, что Фёдор привезёт деньги на сделку. Но уже через два часа Фёдор позвонил Наталье и сказал, что потерял деньги, чувствует себя очень виноватым и поэтому уходит от неё.
Когда Карл и Жанна наконец-то сумели открыть чемодан, выяснилось, что он битком был набит мужскими романами о женском коварстве. ©Михаил Лекс Пожалуйста, поставьте палец вверх, если понравилось, и поделитесь с подругой через стрелочку. Это хорошая поддержка для меня и моего творчества!