В первой части я рассказала о самом главном, старом и, что немаловажно, продуктивном специнтересе в нашем случае — любви к игрушечным моделям отечественного автопрома.
Я Ксения. Сын Лёня, 8 лет. РАС. 5 лет в коррекции. Здесь «об жизни тех, кто обжегся».
Здесь речь пойдет о другом специнтересе — любви к домофонам.
История этой зацикленности началась еще в Челябинске, когда за пару лет до нашего переезда нам в подъезде поменяли домофон на более современный с видеонаблюдением, бегущей строкой и возможностью управления через смартфон.
У Леонида это была любовь с первого взгляда. Мы не могли просто выйти из подъезда или зайти в него, не постояв 5-10-15 минут перед дверью и не полюбовавшись домофоном.
Шли годы, мы покинули свой отчий дом с красивым домофоном. Леонид до сих пор считает это неправильным поступком. Грустит и ностальгирует. По деду и по домофону преимущественно.
В Санкт-Петербурге Леонид быстро смекнул, что домофонов и тут достаточно, как современных, так и простеньких. Все наши прогулки были наполнены глубоким смыслом — прицельное рассматривание всех ближайших домофонов в округе.
По мере роста и развития сына его специнтерес тоже не стоял на месте. Он также как и в случае с моделями машинок искал в ютьюбе всевозможные ролики, в которых мальчишки снимают на телефон домофоны, звонят в квартиры, используют специальные коды для того, чтобы попасть в подъезд.
Леонид выучил всех производителей домофонов, знал для какого домофона какой код может подойти.
Мой папа сделал ему персональную связку домофонных ключей, с которой юный любитель домофонов обходит подъезды и пробует каждый ключ. Благо, что в большинстве случаев ключи не подходят.
Он выучил все системные слова на английском типа Error, Open, Say.
Большой радостью является позвонить в собственную квартиру и поговорить с папой или со мной по домофону.
Звонить, к слову, я разрешаю только в нашу квартиру. Хотя очень и очень хочется понажимать и потыкать другие кнопочки. Одно время я разрешала нажимать кнопки, не относящиеся к номерам квартир в конкретном подъезде. Набрать номер несуществующей квартиры и тут же сбросить — это было великое счастье!
Но однажды у нас случилась Ситуация! Которой я даже благодарна, потому что теперь можно каждый раз её припоминать и больше никуда не звонить.
Мы шли из больницы после своего планового ЭЭГ-мониторинга. Рядом с больницей жилой дом. Леонид по традиции пошел рассматривать домофоны. Я слегка отвлеклась на рабочий чат в телефоне.
И тут спустя буквально полминуты ко мне подбегает словно ошпаренный мой товарищ, прячется за мою спину. А какая-то тетенька выглядывает из подъездной двери и ругается на него.
Оказалось, что на первом этаже этого жилого дома детский сад. И номера кнопок у домофона обозначали номера групп. И Леонид, значит, обзвонил все группы. В тихий час…. Ругалась на нас тетенька-охранник этого детского сада. Мы извинились и бодро удалились с места преступления.
С тех пор особо прекрасные и интересные домофоны молодой человек только рассматривает без права нажимать кнопки.
Какой-то особой продуктивности в этом зацикленном увлечении выделить трудно. Одно время он их активно рисовал, вырезал и на пластилин клеил по всей квартире около каждой межкомнатной двери.
Также в роли домофонных аппаратов выступали старые неработающие смартфоны, которые юный техник крепил на пластилин. А ночью эти домофоны-смартфоны имели свойство отклеиваться от стены и очень громко и феерично падать.
Было дело, когда Лёня копил деньги на настоящий домофон. В подборке на Озоне и Авито у него была целая серия нужных ему домофонов. Проблема в том, что он искренне верил, что такой домофон папа смог бы подключить к двери его комнаты. Правдами и неправдами удалось отговорить от этой идеи.
Вот такая получилась история про наши специнтересы в двух частях.
