Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Бесполезные ископаемые

Советник

Советник... Он появлялся в жизни каждого из нас как чертик из коробки и сопровождал жертву до её перехода в иную возрастную категорию, сдавая подопечного с рук на руки новому консультанту. Слово мужского рода, поэтому детей моего поколения терроризировали и просвещали представители сильного пола, старшие братья ровесников, если она у вас учительница, бывшие мамины ученики. Слабый пол брал юношу за глотку после потери невинности. Лучший друг для мальчика его тренер, внушал не просыхающий Луценко, преподаватель физкультуры. Но мать Тараненко служила не учительницей, а страховым агентом, и каждые вечер после ужина рассказывала про своих клиентов, среди которых фигурировал некто Негриков, хорошо мне знакомый одинокий мужчина с магнитофоном "Юпитер". У Негрикова опять сидела компания, докладывала мать, изучая реакцию своего ребенка. - Ни одной бабы. Пили сухое вино под Демиса Руссоса. По идее грек, а поет на английском. Возможно ей хотелось подружиться с обладателем странной фамилии. В об

Советник... Он появлялся в жизни каждого из нас как чертик из коробки и сопровождал жертву до её перехода в иную возрастную категорию, сдавая подопечного с рук на руки новому консультанту.

Слово мужского рода, поэтому детей моего поколения терроризировали и просвещали представители сильного пола, старшие братья ровесников, если она у вас учительница, бывшие мамины ученики. Слабый пол брал юношу за глотку после потери невинности.

Лучший друг для мальчика его тренер, внушал не просыхающий Луценко, преподаватель физкультуры.

Но мать Тараненко служила не учительницей, а страховым агентом, и каждые вечер после ужина рассказывала про своих клиентов, среди которых фигурировал некто Негриков, хорошо мне знакомый одинокий мужчина с магнитофоном "Юпитер".

У Негрикова опять сидела компания, докладывала мать, изучая реакцию своего ребенка. - Ни одной бабы. Пили сухое вино под Демиса Руссоса. По идее грек, а поет на английском.

Возможно ей хотелось подружиться с обладателем странной фамилии. В общем это был симпатичный дядька, похожий на артиста Мишеля Оклера. Бобин у него было прилично, хотя фирменных дисков я у него не видел ни разу. Запись с пластинки на пленку он обозначал военным словом "перебросить". Сермяге оно, кстати, безумно понравилось, и он продолжал им пользоваться даже тогда, когда вся его музыкальная аппаратура либо пришла в негодность, либо была пропита за гроши: клёвая вещь, я бы перебросил, только маг снова не работает, сколько им ни говори, шо не надо так делать, лезут и крутят...

Где и когда свела судьба Негрикова и Сермягу, я так и не отважился спросить ни у того, ни у другого.

Правда этот человек (Негриков) никак не тянул на "советника" в старом смысле слова. И честно признаться, я уже плохо помню, кто из французских актеров был его двойником - Мишель Оклер или Бруно Кремер: так вот ты чем промышляешь, Коко?..

-2

Подслушав мои детские мечты об электрогитаре, сосед Шульц рекомендовал мне, конечно, в сопровождении старших, сходить на танцы, где играет ансамбль "Кристалл".

Магнитофон тебе еще не скоро купят, а там ты можешь сам оценить как звучат со сцены фирменные вещи в исполнении наших ребят.

Ни разу не сидевший, но полублатной мордоворот Курский объяснял, как надо реагировать на провокацию - он гонит, а ты допиваешь, ставишь кружку на бортик...

Курский настаивал, чтобы Тараненко обязательно записался в секцию бокса к какому-то грузину.

Среди советников часто встречались комментаторы интимных сцен в импортных фильмах. И в этой душной сфере как раз хватало и мальчиков и девочек. Котировались "Красная мантия" и "Лисы Аляски".

После восемнадцати ему стали советовать тихий отъезд, без фрондерства и скандалов. Лучше всего через брак с иностранкой. Тараненко был не против, смущала только интонация, та же самая, когда ему советовали посетить танцплощадку или боксировать под руководством Георгадзе, чтобы всегда уметь за себя постоять.

Все эти подробности я и Тараненко последний раз обсуждали за лисичанским пивом пять или шесть лет назад, смутно подозревая, что ожидает всех нас впереди.

-3