Мы улетали, покидая Гириус 21 в оглушительном молчании. Планета уже почти исчезла в иллюминаторе, но Красная Обезьяна все еще провожала нас насмешливым взглядом своих безумных карликовых глаз. Мы все молчали, не в состоянии произнести даже звука. Разум категорически отказывался принимать происходящее. Красная Обезьяна всего лишь приоткрыла нам дверь в это измерение, в это знание которое изменит саму концепцию существования человечества, если, конечно, мы долетим живыми. Но… обо всем по порядку.
За 36 земных часов до этого.
Космический сухогруз «Сизый». Журнал капитана. Дата: 11 декабря 2347 года по земному календарю. Команда сухогруза получила задание на транспортировку 230 тонн минерального золота в колонию C28765 на планете Гириус 21, звездной системы Красной Обезьяны галактики М58. Доставка заняла 12 земных суток. Чем ближе мы к системе Красной Обезьяны, тем больше наблюдается ряд физических аномалий, связанных предположительно с массивным локальным скоплением темной материи. Через три часа Сизый будет на месте. Конец записи.
Капитан сухогруза «Сизый» Олег Горин.
Горин выключил запись судового журнала и направился в переговорку, где его ждал экипаж.
— Как у нас дела? — неформально обратился он к членам экипажа и уселся в свое капитанское кресло напротив круглого стола. Бросил открытый блокнот и карандаш на стол.
— Гравитационные вихри рвут обшивку корабля! — с места в карьер начал инженер Андрей — Да, да! Именно новую высокопрочную обшивку из сплава титана и центаврийского углерода, которую нам установили для полета в Белую Дыру! И, между прочим, которая выдержала отрицательную гравитацию Белой дыры! Помните?!
— Почему такое происходит? — Горин обратился к бородатому мужчине. — Миш, ты у нас офицер по науке, расскажи нам. Темная материя хоть и обладает гравитацией, но не настолько сильной, чтоб хоть как-то воздействовать на корабль. И тем более на крутую обшивку.
— Ха! Это очень интересный вопрос! — ответил Михаил. — Темная материя «до сих пор не изученная» экзотическая субстанция. Несмотря на то, что она имеет массу, а значит, обладает гравитацией, она не взаимодействуют гравитационно не только с барионными предметами, такими как планета, стул или, — он указал на своего рыжего соседа, — Саймон, она не взаимодействует сама с собой! То есть, она вроде как есть, но ее вроде как нет!
— Как кот Шредингера? — спросил Саймон.
— Не совсем. Кот Шредингера – это проекция микрочастицы на макрообъект. Кот Шредингера, как и радиоактивный атом, к которому привязан, — он изобразил пальцами кавычки, — флакон с ядом, находится в суперпозиции. Радиоактивный атом при открытии коробки распадется с вероятностью 50%, это зафиксирует детектор на ядовитом флаконе и отравит, или не отравит кота. А пока коробка закрыта, согласно квантовой механике, атом находится в суперпозиции: в состоянии распада и не в состоянии распада. А значит и кот – жив и мертв одновременно. В случае с темной материей, она проявляет свои свойства только на больших масштабах. Во всяком случае, так считалось. Ведь ее средняя плотность десять в минус двадцать седьмой степени килограмм на кубометр. А, как мы видим, корабль она рвет с удовольствием, независимо от того что он микроскопический, по галактическим масштабам. Почему так происходит – я не знаю. Корабль у нас хоть и мегамодернизированный, но лаборатории по изучению квантовых объектов у нас нет. Да и персонала соответствующего тоже. А я ведь говорил…
— Может, она тебя не любит, Саймон?! — усмехнулся Андрей. — Носки давно менял?
— А может она наоборот, тебя любит?! — огрызнулся Саймон. — Не слышал, чтоб ты женщинами интересовался.
— А может она так реагирует на 230 тонн минерального золота, которое мы везем? — прервал грызню капитан. — Кстати, зачем оно колонии? Золото, я имею в виду.
— С титаном сплавляют, — ответил Михаил, — в соотношении 1:3. Сплав β-Ti3Au в 4 раза прочнее самого титана. Гириус 21 окружают два красных карлика. На планете есть огромная область, где ночь не наступает вообще. И средняя температура на этом участке почти 2000 градусов. По сути – естественная печь для колонии. Титана на планете завались, а вот золота нет. Колония представляет собой религиозную секту, которой хоть как-то надо зарабатывать. Вот они сплавляют золотом с титаном, а потом продают его за деньги. Странно, зачем им деньги? Разве что аренду оплачивать. Потому что еду им не возят. А ведь на Гириусе 21 нет органики от слова совсем. Как собственно и воды в жидком состоянии. Но температура на полюсах вполне сносная для человека, чтобы основать там колонию. Сплав используется для щитов космических станций, так как он выдерживает удары мелких объектов, а его отражательная способность прекрасно защищает от инфракрасного излучения. Да и радиацию он довольно успешно гасит. Когда гигантские запасы золота обнаружили в поясе Койпера, а далее – везде по галактике, металл перестал быть дорогим. А титан наоборот, поднялся в цене, после того как выяснили, что его не много.
— Религиозная секта! — воскликнул капитан. — А я все думаю, каким чертом их занесло в этот буквальный ад? А кому они молятся?
— Они не распространяют свое учение, капитан, как обычно делают представители большинства религий. Монахи-затворники, ни с кем не общаются, говорят, даже друг с другом не говорят. Простите за тавтологию.
— Из сердца умирающей звезды анахореты строили заборы, — задумчиво произнес капитан, вглядываясь сквозь иллюминатор в просторы космоса.
— Что, простите? — спросил Андрей.
— Вспомнились строки чьи-то.
— Капитан! — воскликнул Саймон. — Карандаш!
— Карандаш? — спросил Горин и обернулся.
Над столом парил карандаш, который только что лежал на столе. Карандаш развернулся грифелем по направлению к Саймону и двинулся к нему. Застыв в нескольких сантиметрах ото лба, он направился к Андрею. Там тоже несколько секунд повисел у лба инженера и полетел к офицеру по науке, а затем и к капитану. Затем резко рванул вверх и ринулся на страницу открытого блокнота, где, прорвав несколько листов, разбился в щепки, словно на него кто-то давил сверху.
— Что это, вашу мать, было? — медленно по слогам произнес капитан, глядя на ошеломленные лица своего экипажа.
— Надо выпить, — шепотом ответил офицер по науке и, на всякий случай, перекрестился.
— Чертовщина какая-то! — дрожащим голосом добавил Саймон и, глядя на Михаила, тоже перекрестился.
— С нами как будто кто-то играет, — прокомментировал Андрей и огляделся.
— Гириусиане? — спросил Капитан.
— Или их боги! — сказал Саймон.
— Что с обшивкой? — Горин посмотрел на инженера.
— Затихло все, — ответил тот шепотом.
— Свяжись с Гириусом. Убедись, что нас встречают. Андрею – наблюдать за состоянием корабля. Мише – фиксировать все аномалии и нарушения. Собрание окончено!
Горин спустился к себе в каюту, налил себе кофе и уселся за компьютер. В поисковике ввел запрос:
«Гириус 21»
Нейросеть выдала:
«Экзопланета земного типа. Расстояние от Земли – более 14млн световых лет. Изначально принадлежала системе Красной Обезьяны, галактики М58. Расстояние до системообразущей звезды (красного карлика) – 0,2 а.е. До момента катастрофы экзопланета имела пригодные для жизни условия. Согласно химическому составу почвы, атмосфера планеты состояла из азота (55%), углекислого газа (40%) и смеси инертных газов (5%). Также в почве обнаружены следы жизнедеятельности бактерий. Примерно 9 млн. лет назад звездная система захватила в гравитационный колодец блуждающий красный карлик. С этого момента на Гириус 21 начали действовать приливные силы сразу двух звезд. Планета лишилась атмосферы, воды и, соответственно любых форм жизни.
Два красных карлика освещают планету почти полностью, оставляя узкую полозку неосвещенной части на полюсах, где среднегодовая температура не превышает 20 градусов по Цельсию. В то время, как на экваторе воздух прогревается до 3000 градусов по Цельсию.
На сегодняшний день планета находится в долгосрочной аренде у закрытой коммерческой организации «Дети Вселенной», основное направление которой – добыча титана и изготовление твердых сплавов».
Горин пробежал глазами по тексту, который при этом озвучивался голосом, и ввел новый запрос:
«Жизнь на Гириус 21»
Ответ был такой:
«На сегодняшний день жизнь на Гириус 21 отсутствует полностью. Предшествующая жизнь не была изучена до конца, в виду катастрофических условий планеты. Тем не менее, учеными были найдены следы бактерий, в том числе и цианобактерий, простейшей клеточной формы жизни и некоторых костных остатков хордовой фауны. Дальнейшее изучение предшествующей жизни не вызывает интерес в среде ученных из-за дороговизны подобных проектов».
— Понятно, — пробурчал Горин. — Жизни нет или крайне скудная. Как на многих планетах земной группы. А что там насчет секты?
Он ввел новый запрос:
«Религиозная организация «Дети вселенной»»
На дисплее появилось:
«Дети вселенной – отколовшаяся структура от религиозной некоммерческой организации «Дети завета». Причины выхода – религиозные разногласия. 5 лет назад «Дети вселенной» основали колонию на Гириусе 21, где ведут аскетический образ жизни, вступая в контакт с цивилизацией только для торговых отношений. Религиозная концепция – неизвестна».
— Кругом одни тайны, — недовольно прошептал Олег и ввел последний запрос:
«Темная материя вокруг Гириуса 21»
Ответ:
«4 года назад вокруг экзопланеты Гириус 21 в системе Красной Обезьяны зафиксировали скопление темной материи высокой концентрации, которая продолжает расти до сих пор. Сейчас плотность темной материи в некоторых участках достигает 30мг на кубический метр, что превышает среднее значение по галактики в септиллион раз. Причины скопления не изучены в виду отсутствия современного представления об этой субстанции».
— Хм… Темная материя появилась сразу после основания колонии и продолжает расти. — Горин нажал кнопку селектора. — Андрей, зайди ко мне.
— Есть, капитан! — ответил инженер и через минуту уже стоял напротив Горина.
— Корабль в порядке? — спросил Олег
— Легкий ремонт, конечно, не помешает, но лететь можем. Правда, если темная материя не будет так хулиганить.
— Когда посадка?
— Через 40 минут, капитан.
— Долго мы пробудем на Гириусе?
— Нет, капитан. Мы даже не сможем покинуть корабль. Разгружаемся и улетаем. Колонизаторы не гостеприимны от слова совсем.
— А мы можем что-нибудь сломать в корабле, чтобы задержаться здесь?
— Дайте подумать? — Андрей начал поглаживать свою бороду. — А, зачем нам это?
— Мне нужен контакт с ними. Кое-что хочу узнать.
— Едва ли они встретятся с нами. Но поломать можем. Например, реактор антиматерии. Без него мы орбиту Гириуса не покинем. Придется задержаться для ремонта.
— Сломай его, пожалуйста! Но так, чтобы починить можно было в кротчайшие сроки.
— Не вопрос, капитан! Минут через 20 вырублю нейтронный генератор и погашу реактор. Для посадки они не нужны. Да и взлетаем мы на маневровых двигателях.
— Действуй! — сказал капитан и уже вслед спросил: — Стой! А ты никогда не задумывался, что мы не находим разумную жизнь во вселенной?
— О, ты про парадокс Ферми? — Олег обернулся. — Ну, это по сути то же, что ты и озвучил.
— Судя по всем официальным научным данным, человек – единственное разумное существо. Я понимаю, что всю вселенную нам никогда не изведать, но наши зонды побывали на миллиардах планет, где легко могла бы зародиться жизнь. Однако большинство из них пустые, а на остальных лишь следы жизни в виде бактерий. И лишь на нескольких скудная растительность и грибы с насекомыми.
— А как же искусственный интеллект в образе боженьки на белой дыре?
— Он из другой вселенной. Как бы, не считается.
— Ну, тогда предположу, что Робин Хенсон был прав насчет великого фильтра. Цивилизации просто не доживают до такого прогресса, чтобы выйти в космос. Кроме нас, разумеется. И вообще, чего ты ко мне пристал с такими вопросами. Я – технарь! Мое дело в железе ковыряться. Мучай Мишку, он у нас по инфузориям спец, — съязвил он и вышел из помещения.
Через 20 минут центральная консоль загорелась в режиме alert, показывая неисправность силовой установки. Корабль на пару секунд затрясло. Горин включил внешний передатчик.
— Гириус 21, говорит капитан сухогруза «Сизый», приём!
— Сизый, доброго мира вам! — раздалось в динамиках. — На связи первый среди равных колонии «Дети Вселенной». Правила разгрузки знаете?
— Напомните, пожалуйста. И как к вам обращаться?
— Правила такие: после посадки в заданные координаты – открыть грузовой шлюз. Корабль не покидать. Называть меня можете просто «Первый».
— Боюсь, мы не сможем следовать правилам в этот раз, Первый, — капитан понизил голос, изображая сожаление. — На орбите системы нас атаковала темная материя, как бы странно и бредово это не звучало. Ее плотность тут зашкаливает на приборах. У нас поврежден варп-двигатель и нам необходим ремонт.
— Но вы обязаны покинуть Гириус 21 сразу после разгрузки! — не сдавался собеседник.
— Думаете, мне охота здесь торчать? — слукавил Горин. — У вас тут отнюдь не райские водопады Ригеля 41 и не золотые пляжи Прометея 11. У вас тут ад. Но, к великому нашему сожалению, мы не сможем покинуть орбиту планеты без варпа.
— Отгружайтесь, включайте маневровые двигатели, поднимайтесь на орбиту и вызывайте техническую помощь! — рявкнул Первый.
— Боюсь, вы не до конца осознаете ситуацию, Первый. В такие места может отправиться только техслужба военного флота, имеющая такую же защиту корпуса как у нас. Чтобы подобный протокол инициировать уйдут месяцы. Плюс, лететь сюда еще две недели. А учитывая, что в системе темная материя с плотностью дегтя, вряд ли вообще сюда отправят еще один корабль.
— И что вы собираетесь делать? — раздраженно спросил Первый.
— Сядем и починим корабль сами.
— Почему бы вам его не починить на орбите?
— Во-первых, там, как я уже говорил, темная материя свирепствует. Знаете, на что она способна? Двигать предметы внутри корабля. Она ведет себя как живая! А, во-вторых, при инициализации варп-ядра, как вы знаете, нужно покинуть корабль и обесточить его полностью. Протокол безопасности, мать его!
— Так вы еще выходить собираетесь? — не сдавался Первый. — И надолго?
— Максимум на сутки, — ответил Горин. В ответ был тишина. — Вы меня слышите?
— Слышу! — спустя минуту молчания ответил собеседник. — Мне нужно посоветоваться. Оставайтесь пока на орбите! Конец связи!
Горин выключил передатчик и повернул голову в сторону двери. Там стояла вся команда.
— Ты что такое творишь, капитан?! — ошарашил вопросом офицер по науке.
— Миш, вот тебе разве не интересно, что здесь происходит? — ответил Горин. — Ты в курсе, что темная материя здесь появилась недавно. Причем, почти сразу после прибытия этих монахов! Правильный вопрос, Миш: что они тут творят?
— Но мы должны покинуть систему сразу после отгрузки! — добавил Саймон. — Не через сутки, и даже не через час! Последний грамм золота отгрузили и адьёс!
— У нас что, приказ? Мы сухогруз гражданского флота. И все решения на корабле принимаю я, без всяких докладов, отчетов и запросов на дальнейшие распоряжения.
— Только ты? — Саймон обиделся.
— Я, с согласия команды, разумеется.
— Но мы не согласны! — ответил Миша.
— А чем мы рискуем? — вмешался Андрей. — Или тебя дома жена ждет на день рождения тёщи? Или ты монахов испугался? Ну побудем мы тут пару часов, если не найдем ничего, то восвояси. А если найдем? А если это сенсация? Разве тебя, офицера по науке, не прет от любопытства? Я понимаю, что ты не настоящий офицер, но ученый-то ты настоящий?
— Ну, ладно, — сдался тот. — Если Саймон не против, то…
— Саймон в меньшинстве, да? — спросил Саймон. — А, черт с вами! — махнул рукой. — После Белой Дыры уже ничего не страшно. Только мы еще ответа не получили! А вдруг они не согласятся?
— Садитесь! — прозвучало в динамике. — Мы вам техников в помощь пришлем!
— Спасибо, Первый! — Горин широко улыбнулся. — Вижу координаты посадки.
«Сизый» на стал плавно опускаться на платформу Гириуса 21, а по сути грохнулся на нее.
— Так будет эффектнее, — улыбаясь, прокомментировал штурман Саймон. — Пусть видят, как нам хреново!
— Просто, скажи, что у тебя тремор с похмелюги, — съязвил Андрей.
— Смотрите! — воскликнул Михаил, указывая на монитор. — Там мужик без скафандра, — он указал пальцем на человека в спортивном костюме. Самая заурядная наружность: средний возраст, легкая седина, легкая щетина, натянутая улыбка. Человек стоял перед площадкой, явно ожидая команду «Сизого»
— Ты же сам состав атмосферы проверял! — сказал капитан. — Утверждал, что там нет кислорода!
— И сейчас утверждаю, — прошептал офицер по науке, удивленно вглядываясь в показания. — Там атмосферы нет! Вы забыли? Там нулевое давление! Как у нас на Луне! У человека кровь закипает через минуту без скафандра!
— Может, это галлопроекция? — спросил Саймон.
— Нееееет… — протянул Михаил, — фиксирую спектр ДНК. Это обычный мужик.
— Скафандры надеваем, — скомандовал Горин. — Мы на Белой Дыре тоже «обычного», — он изобразил пальцами кавычки, — видели. Однако Богом себя называл.
Через пять минут члены команды сходили по трапу на каменистую поверхность буро-красного оттенка.
— Хорошо, что не сняли скафандры, — сказал мужик в трико, натирая левой ладонью фиолетовый кристалл, висевший на веревке вокруг шеи — Атмосфера тут смертельная для человека. Вернее, ее нету, — он захохотал.
— Почему тогда вы без скафандра? — спросил Михаил.
— А они у нас закончились еще два года назад, — спортсмен протянул правую руку для пожатия. — Я – Второй среди равных. Уполномочен вас встретить и проводить.
— Так себе аргумент, знаете ли, без скафандра по улице ходить, — съязвил Саймон. — И что значит, закончились? Вы ими печи топите?
— У нас их было то всего три штуки, — начал оправдываться Второй, — ну и в первое время мы ими активно пользовались, чинили, снова пользовались, пока они полностью не истрепались. На самом деле, тут можно и без скафандра, но с кислородным баллоном и радиационной защитой. Но, как я полагаю, на «Сизом» нет отдельных от скафандра кислородных баллонов. А я без кислородного баллона, потому что позволяет Вселенная! — он ткнул пальцем на фиолетовый кристалл.
— А нам, значит, не позволяет! — не унимался Саймон.
— Саймон, заткнись! — тихо скомандовал командир, пожимая руку Второму. — У нас там еще четвертый остался. Андрей зовут. Будет корабль чинить. Вы обещали ему техников в помощь.
— Конечно, — ответил Второй. — Как освободятся, так сразу к вам. Пойдемте, я вас отведу в жилой блок. Там конечно не апартаменты как у вас на Земле. Но сутки переживете. Еда, вода, туалет и тепло. Что еще нужно?
— Экскурсию мне тут проведете?
— Нет, конечно! Первый запретил. Да и все остальные против.
— Ну, хоть минут 15 мне уделите вашего времени для беседы, — командир широко улыбнулся, продолжая пожимать руку.
— Если только богословской, — подмигнул в ответ Второй. — Пойдемте, тут недалеко.
Мужчина в спортивке повел команду «Сизого» в сторону жилых блоков, представляющих собой свинцовые кубы с толщиной стены около метра и оснащенные системой снабжения и циркуляции воздуха. Там члены команды сняли скафандры.
— А я смотрю, у вас тут защита на уровне! — заметил с сарказмом Саймон. — На Вселенную надейся, а сам не плошай?
— Блоки мы привезли с собой, когда основали тут колонию, — спокойно прокомментировал Второй. — Вообще-то на планете нет воздуха и повышенная радиация. Я понимаю, что вас смущает отсутствие на мне скафандра. Но поверьте мне, если бы он у нас был, я бы его надел, чтобы не смущать вас. А скафандра нет.
— Почему не закажете? — спросил капитан. — Сюда сухогрузы ходят раз в месяц.
— Да, незачем было. Никто сюда не спускается. Еда и вода нам не нужны.
— Что, тоже вселенная позволяет не жрать и не пить? — снова съязвил Саймон.
— А что это за кристалл? — Михаил указал пальцем на бесформенный фиолетовый камень на шее.
— Это наш способ общения с Вселенной. С Богом, если хотите, темной материей! Когда мы касаемся его… — он замялся. Его дружелюбный тон резко сменился на канцелярский. — Ладно, располагайтесь. Туалет там, вода тут, — он постучал по алюминиевой фляге, — из еды, только два сухпайка осталось. Тут где-то были. Сами найдете. Требование колонии, не выходить за пределы жилых блоков, остается в силе. — Он хотел что-то еще добавить, но не решился и вышел из помещения.
— Есть мысли? — спросил Горин.
— Есть! — ответил офицер по науке. — Тут вроде как несложный пазл. У нас есть сверхвысокая плотность темной материи, которая ведет себя как живая, далее есть колонисты, которые существуют без воды, еды и воздуха. А также фиолетовый кристалл, без которого, судя по всему, эти фокусы не получились бы. А что если колонисты научились управлять темной материей? А ведь мы до сих пор о ней ничего не знаем. Что если темная материя либо принимает форму жизненно необходимых ресурсов, либо меняет структуру тела сектантов. Причем, полагаю, что сами Дети Вселенной понятия не имеют, как это работает. Для них это просто инструмент общения с Богом. Как когда-то хомо эректусы начали пользоваться огнем.
— Что это за кристалл тогда?
— Судя по виду и потому, что они тут добывают, смею предположить, что это триоксид титана. Неустойчивое соединение и редкая форма. Представляет собой темно фиолетовые кристаллы, как раз то, что мы видели на шее у этого гопника. Он его еще руками потирал. В чистом виде почти нигде не встречается, так как быстро переходит в более устойчивый диоксид титана. И почти не изучен, в виду своей бесполезности.
— Они сами его делают?
— Возможно. А возможно и тут находят, если предположить наличие условий для его образования и длительного сохранения на планете. Ведь планета довольно аутентична. Широты планеты крайне резко различаются по климатическим условиям.
— Отлично! А мы можем синтезировать такой кристалл на корабле? — спросил капитан.
— Можем, наверное. Лаборатория у нас так себе, но можно попробовать. Но я не уверен, что мы получим именно такой же минерал, как у этого. Ведь, если они его находят или добывают здесь, камень может содержать какие-то дополнительные примеси, о которых нам неизвестно.
— Может у них спросить? — произнес Саймон.
— Я полагаю, этот гопник тут самый разговорчивый, — ответил капитан. — Но даже он слился.
— Может выйдем, да осмотримся?
— Сколько у нас кислорода? Минут на 40? Да и как это будет воспринято? Эти жрецы тут же сообщат в корпорацию работодателю. И плакала тогда наша карьера, работа, а, возможно, и свобода. Нет! Если кристаллы есть тут, то мы их обнаружим с орбиты. Полагаю, надо закругляться и валить на Сизый. Андрей, как слышно меня? — обратился он на корабль.
— Только не говорите, что вас нужно уже забирать, — ответил голос в гарнитуре. — Я только улегся киношку посмотреть, попкорном затарился и…
— Запускай двигатели, мы скоро будем!
— Так точно, — жалобно протянул тот и отключился.
— Уже уходите? — раздался знакомый голос у двери. — А я вам чистой воды принес.
У двери стоял Второй с флягой в руке.
— Наш инженер, к счастью, все починил, — ответил капитан. — Спасибо за гостеприимство. Проводите нас?
— С большим удовольствием! — выдохнул тот. — Если бы вы знали, сколько проблем и разногласий в колонии из-за вас.
— Один маленький вопросик можно, на дорожку? — спросил Михаил. И, не дождавшись утвердительного ответа, продолжил. — Когда вы общаетесь с богом, или с вселенной там, вам кто-нибудь отвечает?
— Нам достаточно того, что о нас заботятся, — после небольшого раздумья ответил мужчина в спортивке. — Мы не нуждаемся в еде, воде, воздухе и комфортной температуре. Вселенная поддерживает в нас жизнь и веру.
— Значит, не отвечает? — спросил офицер по науке уже через скафандр, который надевал.
— А мы ничего и не спрашиваем. Зачем? Мы довольны и счастливы!
— И даже общаться не пробовали?
— Нет, почему же? Мы непрерывно благодарим вселенную в своих молитвах, а она нам шлет свое благословение в виде знаков.
— Каких знаков? — на этот раз спросил капитан.
— Божественных, судя по всему. Нам они не ведомы. Они появляются каждое утро на священном ка…, — он осекся. — Готовы на выход?
Уже через двадцать минут Сизый висел на орбите.
— Что там с темной материей? — спросил Горин с капитанского кресла.
— Молчит пока, — неуверенно ответил Андрей. — Затаилась, видимо.
— Саймон, сделай виток вокруг планеты, — капитан повращал пальцем в воздухе. — Только медленно. Ищем кристаллы. Мы же можем их отсюда обнаружить, Миш?
— Конечно, можем! — ответил тот — Спектральный анализ – наше все! Только идем по полосе умеренных температур. Кристаллы нестабильны на температурных качелях.
— Только как можно незаметнее для колонистов, — почти прошептал капитан.
— Вообще не вопрос, — ответил Саймон. — Перышком сейчас пойдем. — Он открыл панель управления сухогрузом. — Два коротких импульса маневровых, и вот мы уже в движении. Энергия на минимуме, сенсоры на максимуме.
— А чего далеко лететь? — офицер по науке ткнул пальцем на карту. — Они тут повсюду. Кристаллы, имею в виду. Можем снижаться и делать забор.
— Нет! Летим на другое полушарие. Дай еще импульс маневровыми. Если кристаллы там тоже есть, то лучше сядем подальше от колонистов. Авось и не заметят. И сами не садимся. Отправьте туда беспилотник.
— Мы на месте, капитан, — Саймон остановил корабль. — Якорь брошен, робот отправлен.
— И сразу валим отсюда. Только недалеко. В пределах сгустка темной материи. Кстати, что там по обшивке?
— Она у нас самовосстанавливающаяся. Умный металл, мать его, — ответил инженер. — И вообще, обшивка не рвалась, а скорее царапалась темной материей. И, кстати, мне показалось, что это было не рандомно. Словно какие-то символы.
— Символы? — Команда посмотрела на инженера. — Темная материя что-то писала на корпусе корабля?
— Да, да! Я фантазер! Еще в детстве у бабушки на рисунке ковра искал скрытые послания роботов-ангелов с планеты Траппист 7.
— А дай нам изображение обшивки с регистратора, — сказал Горин. — Ну, еще до самовосстановления. Глянем на эти послания ангелов-роботов.
— Не ангелов-роботов, а роботов-ангелов, — пробурчал Андрей, запуская архив регистратора на экран. — Они сначала роботы, а уж потом ангелы. А то получается, что роботы умерли, а потом воскр...
— Ухты! — воскликнул офицер по науке. — Сизый, изображение видишь?
— Вижу, — донесся из динамиков голос корабля. — Определенно письменность. Пробовать расшифровать?
— Конечно! — почти хором ответили все.
— А тут нечего и расшифровывать, — усмехнулся корабль. — Кто-то явно пытается наладить контакт. Вот что я расшифровал.
На экране побежали символы:
01234567, огонь, вода, свет, еда, мужчина, женщина, ребенок, масса, скорость, энергия, температура, планета, звезда, галактика, вселенная.
— Я.. я.. я.. знаю что это! — прохрипел Михаил. Он ошарашено попятился назад, тряся и тыча пальцем в сторону экрана. — Это контакт! Первый контакт! Смотрите! Цифры есть у всех! Язык математики – универсален! Затем идет подборка знакомых слов! На всех планетах земной группы, да и не только земной, есть жидкая вода, огонь и свет! Это элементарные необходимые условия для возникновения жизни! Далее они определяют, живых существ, ищут точки соприкосновения в антропогенезе! Почти у всех живых существ два пола! За исключением некоторых грибов! Половой диморфизм – основа эволюции! И ребенок! Это говорит о к-стратегии! То есть, все разумные существа, да и не только разумные, просто высшие млекопитающие имеют от одного, до трех детей за приплод и заботятся о них. В отличие от р-стратегии, где приплод большой, а заботы нет совсем. Кто выживет, тот выживет. Далее они говорят о своем уровне развития. Что они не в каменном веке живут, а имеют научную базу. Это определенно первый контакт!
— Наверное, мы можем им ответить, — предложил капитан. — Сизый, распечатай на этом же языке следующее послание: «КТО ВЫ?»
— Готово, капитан! — раздалось в динамиках и из принтера появился лист А4 с надписью. — Горин вскочил, выдернул листок, положил его на стол и сверху карандаш. Быстро уселся и начал ждать, не сводя глаз с карандаша. Но тот не двигался.
— Олег, нам нужен кристалл, полагаю, — прокомментировал инженер. — Через минуту будут на корабле. Я принесу, — добавил он и выбежал из рубки.
Через две минуты Андрей прибежал обратно, сжимая в кулаке несколько фиолетовых кристаллов.
— Дыхание сперло, — еле выговорил он и протянул содержимое кулака капитану.
Горин взял кристалл и начал его интенсивно греть в руках, перетирая грани пальцами. В этот момент карандаш поднялся в воздухе и прямо на надписи начертил несколько знаков. А на последнем символе снова расплющился о поверхность стола, как в первый раз.
— Сизый?! — почти хором крикнули все члены команды и задрали головы к динамику. — Что тут написано?
— МЁРТВЫЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ!