В конце 19 века улицу Воронцово поле неофициально называли Вогауштрассе – здесь, от Земляного вала до Яузского бульвара что ни особняк, то владение семьи Вогау, богатых немецких предпринимателей.
Ну как предпринимателей... Они ничего не производили, не создавали. Как, например, Морозовы. Это был торговый дом «Вогау и Компания». Они торговали стройматериалами, а ещё – чаем и сахаром. И занимались спекулятивными операциями на бирже (будем называть вещи своими именами), пользуясь тем, что Россия находилась в глубоком кризисе после тяжелейшего поражения в войне. В результате Вагау стали богатейшим семейством России.
Представители семьи Вогау предпочитали жить неподалёку друг от друга. На Воронцовом Поле и прилегающих переулках им принадлежало несколько домов. Например, особняк в стиле модерн, который сейчас занимает Посольство Индии, принадлежал Эльзе Марк, дочери Гуго Вогау:
А в Большом Николоворобинском переулке находится усадьба Тессена-Островских-Марков-Вогау с особняком, который был построен в 1884 Виктором Коссовым, семейным архитектором клана Вогау, для Моритца Марка и его жены Софии, урожденной Вогау:
В этом особняке удивительно то, что он сохранился в своём первозданном – дореволюционном – состоянии. Конечно, неидеальном. За прошедшие 150 лет в нём ни разу не было реставрации. Но паркеты, потолки, деревянные панели, двери, окна, люстры, – все интерьеры не просто чудом уцелели, а неплохо сохранились. И сейчас мы в этом убедимся. Но сначала...
Немного истории
Конечно, за годы усадьба меняла своих владельцев.
В 18 веке здесь, на Воронцовом Поле, располагалась усадьба светлейшего князя, всесильного канцлера Екатерины II, Александра Андреевича Безбородко. Прекрасный парк спускался вниз до самой Яузы. Безбородко задумал большой дом, который проектировали Джакомо Кваренги и Николай Львов. Но усадьба не была построена: в 1799 канцлер скончался.
В 1816 участок приобрёл коллежский асессор, обрусевший шведский дворянин Андрей Иванович фон Тессин и выстроил на нём одноэтажный каменный дом.
Дочь Андрея Ивановича Эмилия Андреевна стала второй женой Николая Фёдоровича Островского и мачехой будущего великого драматурга Александра Николаевича Островского.
Николай Фёдорович, адвокат при Московском коммерческом суде, титулярный, а затем и надворный советник, в 1839 получил дворянство и занялся частной практикой. В 1841 он стал владельцем усадьбы, выкупив её у братьев жены.
Одноэтажный главный усадебный дом, стоявший высоко на холме, был надстроен вторым этажом с антресолями. В этом доме Александр Николаевич Островский прожил много лет. Именно здесь написал свои первые сочинения: пьесу «Картина семейной жизни» и очерк «Записки замоскворецкого жителя».
Главный дом усадьбы Островских сохранился (д.7, строение 2). Дом, помнящий А.Н. Островского. До недавнего времени он находился в удручающем состоянии и разрушался, а сейчас покрыт строительной сеткой и это обнадёживает:
Увидеть его можно, только зайдя во двор. Торцом он обращён в Б. Николоворобинский переулок. Кстати, название переулку дала церковь Николы в Воробине, построенная в конце 17 века на средства стрелецкого полка, которым командовал Данила Воробин, во время стрелецкого бунта сохранивший верность Петру.
Летом 1849 – А.Н. Островскому 26, – он, вопреки воле отца, переселился в небольшой деревянный флигель на самом краю усадьбы. И там стал жить гражданским браком с мещанкой Агафьей Ивановной Ивановой. В этом доме они прожили почти 20 лет. Жили трудно: отец отказал сыну в материальной поддержке.
Агафья не имела образования, но была женщиной умной и душевной. Она была первым читателем и критиком Островского. Он всегда прислушивался к её мнению. В этом домике рождались и умирали их дети. В 1867 умерла и Агафья Ивановна.
В 1869, через два года после её кончины, Островский обвенчался с актрисой Марией Васильевной Бахметьевой, которая родила ему четырёх сыновей и двух дочерей. И примерно в это же время усадьба стала постепенно распродаваться и застраиваться. В самом конце 19 века деревянный флигель снесли: там прокладывали Тессинский переулок.
Вторую часть жизни А.Н. Островский провёл в имении Щелыково в Костромской губернии. Там же в 1886 он был похоронен.
А городская усадьба в Николоворобинском переулке перешла к новым владельцам. В 1870 её покупает Мориц Марк, женатый на Софии Вогау. Мориц Марк происходил из богатейшего купеческого рода обрусевших немцев и был одним из трёх совладельцев Торгового дома «Вогау и компания». Усадьба была записана на имя матери Гуго Софьи Карловны Марк, поэтому над окном красовался вензель из переплетённых букв М и С. Он и сейчас находится там, но различим с трудом:
Строительство нового дома началось в 1884. Виктор Александрович Коссов – семейный архитектор Вогау. Он построил эклектичный двухэтажный особняк с шатровой башней и слуховыми окнами. С фасадами, щедро украшенными треугольными фронтонами, пилястрами и наличниками. Прекрасный замок стоит в глубине усадьбы (д. 7, строение 1):
Он построен из красного кирпича, оштукатурен годами позже. Вогау торговали не только чаем и сахаром, но и многими другими вещами, в том числе и стройматериалами. Произведёнными в России. А вот стройматериалы для постройки своих московских домов привозили из Германии. Все дома для семьи Вогау построены рабочими, которых тоже специально выписали из Германии.
В 1892 Коссов строит ограду и сторожку (д. 7, строение 7):
Сейчас от огромной усадьбы остался лишь этот небольшой двор. На углу стоит высокий трехэтажный флигель (дом 7, строение 6):
За ним вглубь участка тянутся ещё флигель и службы (дом 7, строения 5, 4 и 3):
Главный фасад дома выходил в большой парк, который спускался до самой Яузы. Парк сохранился частично, разбит на участки и принадлежит разным владельцам. Фасад, выходящий в парк, великолепен, но сейчас совсем скрыт за гаражами:
Но давайте уже зайдём внутрь этого дома. И по парадной мраморной лестнице с чудесными коваными перилами поднимемся на второй этаж:
На лестнице кованый фонарь в стиле модерн:
В зимний сад сейчас не пройти, можно только заглянуть туда сквозь покрытое полустёртой золотой росписью стекло – оно тоже чудом сохранилось с тех давних пор:
По ковру из метлахской плитки (одного из главных дореволюционных артефактов, её тоже, как и все остальные стройматериалы, привезли из Германии) проходим в анфиладу комнат.
Метлахскую плитку производили в немецком городе Метлах, на заводе керамики Villeroy&Boch (и сейчас производят, пока, во всяком случае). Рисунок плитки не наносится на её поверхность, а составляется из глины разных цветов, он «вплавляется» внутрь. Плитка с годами стирается, а рисунок всё равно остаётся.
Столовая из резного дуба
Это жемчужина особняка, его главное сокровище. Сто лет назад здесь каждый день собиралась за обедом большая семья.
Обычно деревянные резные гостиные оформляли в готическом стиле. Здесь – немецкий ампир.
В стенах устроены специальные дубовые буфеты с лифтами, по ним из кухни подавались блюда и убиралась на кухню посуда:
Мы бродили по этой тёплой и уютной комнате, ахали и любовались красотой резного дерева – дубовыми панелями и шкафами:
Камином с поливными фигурными изразцами-картинами:
Резным потолком с кессонами:
Разглядели даже паркет, выглядывающий из-под ковров – старенький, истоптанный, его тоже не коснулась ни одна реставрация:
Белый бальный зал
В бывшем танцевальном зале сейчас стоят музейные витрины с экспонатами:
Сюда часто приходят студенты-медики со своими преподавателями.
И ещё один зал с красивым камином:
В целом всё это выглядит более чем скромно: ведь здесь жила немецкая лютеранская семья. И, конечно, со временем что-то было утрачено, а тому, что сохранилось, срочно нужна реставрация.
На втором этаже располагались жилые апартаменты.
Здесь всё ещё более скромно, стены обиты чуть ли не фанерой. Ведь дом строили экономные немцы (зачем тратить деньги на дорогое убранство, если его всё равно никто не увидит).
С 1930 по 1952 здесь, на втором этаже особняка Вогау, размещалась Клиника лечебного питания Государственного научно – исследовательского института питания. Это был замечательный институт, который занимался лечением заболеваний при помощи различных диет.
История немецкой семьи Вагау в России закончилась грустно, как многие подобные истории: после революции крупнейшие предприниматели России были вынуждены ликвидировать все свои дела, продать заводы и покинуть страну.
И вот что удивительно: не осталось даже фотографий. Поэтому мы не знаем, как выглядели люди, построившие эти дома и жившие в них когда-то.
К счастью, почти все эти дома благополучно пережили все невзгоды. Сейчас в особняке Вагау располагается Российский Музей медицины, в который может прийти каждый желающий и посмотреть прекрасные интерьеры, в которых ещё витает дух старины:
Адрес: Б.Николоворобинский переулок, д. 7, строение 1.