«Акиндин, Пигасий и Анемподист придворные персидского царя Сапора были тайными христианами. Когда царь воздвиг гонение на приверженцев новой религии, завистники донесли ему на них. Вызванные на суд к царю, святые мученики безбоязненно исповедали свою веру в Святую Троицу. Царь приказал бить их плетьми».
Так гласит предание о мученичестве святого Акиндина. Его имя появилось в древнегреческой традиции, восходит к слову ακίνδυνος (акиндинос), что означает «вне опасности», «не подверженный опасности». Изначально имя носило пожелательный смысл. Жители античной Греции, натерпевшись всяческих невзгод от войн и болезней, просто хотели, чтобы их чадо росло в безопасности.
На Русь имя пришло из Византии вместе с христианством. Для произношения оно всегда было трудным, поэтому сразу стало подвергаться различным языковым трансформациям. Наиболее распространённый в русской традиции вариант этого имени – Анкудин. Об этом нам поведают названия наших деревень.
Анкудиново
Деревня Анкудиново располагалась в Пошехонье на дороге между Кукобоем и селом Семёновским. Анкудином звали первого хозяина или поселенца деревни.
Анкудинка
Деревня Анкудинка была раньше в окрестностях Любима, в пяти верстах от города выше по реке Обноре. Это типичный К-топоним, уменьшительная форма той же именной основы. Деревню склоняли и во множественном числе – Анкудинки.
Кудиново
Московское село Кудиново тоже наследует свою родословную от первооснователя по имени Анкудин или просто Кудин. В процессе «эксплуатации» полная форма Анкудиново немного подсократилась. Ан – пропало, Кудиново осталось.
***
На первый взгляд Акиндин и Анкудин плохо подходят для образования уменьшительных дериватов. Однако, судя по названиям наших деревень, в старину в разговорной речи было несколько вариантов для его упрощения – Акиня, Киня, Киндя. Если покопаться в списках российских ойконимов, то этот перечень можно существенно пополнить.
Окинино (Акинино)
В названии бывшей рыбинской деревни Окинино был запечатлён о́-кающий дериват Окиня. Сейчас на месте этой деревни располагается район города Рыбинска Скоморохова гора. На некоторых картах фигурирует и в форме Акинино.
Кинчино
От той же гипокористики, выраженной в более короткой форме Киня образовано название деревни Кинино, расположенной на левобережье Волги напротив Кинешмы.
Ещё один вариант образования именных дериватов демонстрирует нам кировская деревня Кинчино. Кинча – это тот же Киня с дополнительным суффиксом -ч. Аналогичные прозвища – Санча, Ванча, Хотча.
Киндяково
Второй по популярности разговорный вариант для Акиндина – Киндя. Он ярко представлен в романе Василия Белова «Кануны».
— Киндя! — орал Савватей Климов Судейкину, который блаженно глядел на махи. — Закрой, батюшко, рот, а то мельница залетит. Вишь как машет, крыльями-то.
Ещё более экспрессивный вариант Киндяк звучит в названии деревни Киндяково в окрестностях села Николо-Топор Мышкинского района.
Киндяки
К-модификация топонима Киндяково даёт нам форму Киндяки. Деревня с таким названием располагалась между Рыбинском и Ярославлем в районе современного посёлка Дюдьково.
В старинном русском лексиконе именная форма Киндяк использовалась в том числе и для названия одного из сортов восточных тканей. Оригинальное персидское название материала – киндад.
Киндяк – бумажная набойчатая, чаще красная ткань; крестьянский кафтан или сарафан из такой ткани (Словарь русского языка XI–XVII вв.)
Любителям истории стоит учитывать этот факт. В истоках деревни лежат не ремесленные традиции, а имя первопоселенца.
Киндаево
Основателя вологодской деревни Киндеево звали Киндеем (Киндей). В святцах между прочим есть такое особое имя Киндей, но, скорее всего, это один из уменьшительных вариантов того же Акиндина, который появился ещё в греческих традициях именования.
Далее к западу, там где в народных диалектах заметны следы чудских и вепсских говоров, можно встретить топоним Киндаево, в котором звучит вариант Киндай. В деревне Киндаево кстати расположен музей Вепсской культуры.
Киндасово
Между Ладогой и Онегой есть интересная деревня Киндасово, жители которой прослыли в местном фольклоре деревенскими чудаками. Говорят, это самая весёлая деревня в Карелии.
Одна из популярных версий связывает её название с карельским словом «kinnas», что в переводе означает «рукавица». По легенде, мужик встретил крестьян и спросил: «Как деревня называется?» — «Не знаем», — ответили ему крестьяне. Тогда мужик кинул на землю рукавицу и сказал: «Пусть отныне называется она Киннас (рукавица)».
Типичный пример народной этимологии. Учитывая, что в тех местах есть также Киндасово озеро, краеведам стоит присмотреться к отымённой основе. Производная от Акиндина с учётом карельской языковой традиции вполне могла звучать как Киндас.
Акиндулкино
Если двигаться по карте в восточном направлении, то можно отследить другие тенденции. В республике Марий Эл есть деревни Киндулкино и Акиндулкино. Имя Акиндула носит явные признаки тюркских языковых шаблонов.
Киндерёво
Наконец, получив представление о всех возможных модификациях топонимов, произошедших от имени Акиндин, мы можем вполне уверенно расшифровать название нашей даниловской деревни Киндерёво.
Сопоставив название с вопросом «Чьё?», мы получим имя первого хозяина деревни – Киндерь. Оно представляет собой именной дериват (производную форму) имени Акиндин, образованный с использованием суффикса -ер.
Эта частица нечасто, но встречается в именных дериватах, звучащих в названиях наших деревень. Например от прозвища Степерь (Степарь) происходит название любимской деревни Степерево. Это производная форма от Степана. Аналогичные прозвища лежат в основе таких ярославских деревень, как Сендерево, Шустерево, Пентерево.
В окрестностях города Данилова находятся сразу три деревни с названием Киндерёво. Первая на Лунке, вторая в окрестностях Ермакова, третья в любимской Кулиге. Компактное расположение одноимённых поселений позволяет судить о следах земельной вотчины одной семьи ранних землевладельцев. В архивных документах можно обнаружить наиболее вероятных кандидатов, от которых унаследовали свои названия эти деревни.
В библиотеке Архива Министерства Иностранных Дел в Москве находится небольшая рукопись, содержащая чрезвычайно интересный список – «Десятня новиков всех городов Московской и Новгородской земли неслужилых и безпоместных, которые были поверстаны поместным окладом по государеву указу, состоявшемуся в Апреле 1596 (7104) года».
Реестр содержит кроме того перечень новиков (новобранцев) Костромского уезда, к которому раньше относились земли Даниловского и Любимского районов, в котором упоминается Яков Иванов сын Киндырев. В 1569 году в одной из грамот упоминаются дети боярские Фёдор и Воин Киндыревы. В списках опричников от 1573 года фигурируют также Воин Васильев сын Киндырев, Иванец да Гриша Григорьевы дети Киндырева.
По всей видимости, именно от этих костромских служивых Киндыревых унаследовали свои названия ярославские деревни.
Прозвище Киндырь (Киндерь) является вычурной производной формой крестильного Акиндин. Его носил литовский князь Иван Дмитриевич Киндырь, который принимал участие в битве на Ворскле в далёком 14 веке. Имели ли костромские Киндыревы какую-либо связь с литовскими князьями, увы, неизвестно. Возможно это лишь однофамильцы, поскольку различные производные формы крестильного имени Акиндин, как мы выше убедились, были довольно популярны на Руси.
Спасибо, что прочитали. Продолжение следует. Ставьте нравлики, подписывайтесь на журнал!