К 65-летию музыканта – обозреватель «Абзаца» Филипп Фиссен.
Автор Филипп Фиссен
«Человек в шляпе» – так называлась песня с первой пластинки его группы «Бригада С», выпущенной фирмой «Мелодия» в далёком 1988-м. Надрывно хриплый голос запоминался сразу. Пел сорванный баритон про «просто человека», но чувствовалось, что подразумевается что-то скрытое.
Ещё в начале восьмидесятых некоторые «рокеры» первыми пробились на большую всесоюзную эстраду. И стали они популярнее Пугачёвой, выступали на кремлёвских концертах, пели Брежневу про поворот и костёр, о чём сегодня предпочитают не вспоминать в своём Израиле.
Но лишь в горбачёвскую перестройку советская музыкальная индустрия раскупорила большую банку с русским роком, маринующимся в собственном соку. Выпускали джинна по частям. Сначала «питерских» с их туманом слов и музыкой, заимствованной у западных идолов.
Златоглавая будто помалкивала. Из московских альтернативных официозу музыкантов голову из болота цензуры успели высунуть «Звуки Му» и «Браво». И вот прорвался Сукачёв.
Песни «Бригады С» вышли на одном виниле с подъехавшим с Урала «Наутилусом». Каждой группе была выделена одна сторона пластинки, где умещалось четыре-пять песен.
Примерно тогда же мы впервые увидели солиста «Бригады» по телевидению. Парень в кепи был воплощением московских окраин. «Бродяга» с гитарой бросал вызов забуксовавшей в трясине «Машине времени» и пузырикам тягучего гуру из «Аквариума».
Гарик был голосом улицы. Гласом народа. Не стиляг из московских мажоров, в туфлях-лодочках пинающих асфальт Пешков-стрит, как они называли улицу Горького (Тверскую). А настоящих пролетариев.
Сукачёв и его бригада вошли в пантеон нашего рока пешком – за ними были только битые фонари и электрички.
Творческий путь Гарика язык не поворачивается назвать карьерой. Хотя за годы исполнительской и авторской деятельности Сукачёв стал мэтром не только в своём жанре. Сыгранные им кинороли, опыты в режиссуре, совместные концерты и записи – всё привлекало своего зрителя.
Сукачёв оказался настоящим с первого слова. Монолитным. Бродяга нашёл приют в нашем сердце. «Просто человек. Человек на закате». До заката Гарику, надеюсь, ещё далеко.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.