— Настя, ты же не оставишь меня тут одну?! — вскинув руки, воскликнула свекровь Ольга Николаевна, вглядевшись в меланхоличный взгляд невестки. — Мам, я просто вижу, как ты разрушаешь наше счастье! — отрезала Настя, стоя на пороге квартиры, где стены хранили тайны недавнего семейного уюта. Ольга Николаевна вздохнула, пряча улыбку: «Счастье — это когда старики молчат, а мы можем говорить», — она знала, чем завершаются подобные «разговоры». — У нас с Игорем свое мнение, — продолжала Настя, стараясь говорить уверенно. — И мы переедем к нему в Москву. Эта квартира уже не подходит для молодой семьи. — Конечно, конечно. Скажи Игорю, пусть говорит больше, — хмуро проговорила Ольга, потирая руки. В это мгновение в дверях появился Игорь, его лицо отражало недоумение. — Что за шум? Чем Вы тут занимаетесь? — с удивлением спросил он, наблюдая за драмацей между двумя сильными волевыми женщинами. — Я делаю все, чтобы вообще не оставаться здесь, а твоя мама тут притворяется святой, — с горечью