— Никит, друг? — Никиту кто-то потеребил за локоть, и он, обернувшись, увидел знакомое лицо. Не сразу сообразил, что перед ним стоит Мишка, тот самый лучший друг, который увел у Никиты его первую любовь.
Конечно, Михаил изменился, за пять лет он стал старше, превратившись из двадцатидвухлетнего парня в мужчину под тридцать. Откуда-то в висках появилась седина, да и сам Михаил выглядел так, как будто вел далеко не самый здоровый образ жизни.
— Привет, — спокойно ответил ему Никита, без лишних эмоций, охов и ахов. Ну встретились, бывает. Город не очень большой, да и времени прошло не слишком много для того, чтобы не вспомнить друг друга.
— Как дела, Никит? — Михаил смотрел на бывшего друга так, как будто встретил как минимум своего кумира, — ты где? Как живешь? Что нового?
Никите было стыдно признаться в том, что за пять лет в его жизни мало что изменилось. Он не был женат, жил с мамой, работал в строительной бригаде. Звезд с неба не хватал, в отличие от своего заклятого дружка, с которым снова его свела судьба.
Они встретились в магазине строительных материалов, и Никита сразу обратил внимание на то, что в руках Михаил держал две банки с краской. Сам Никита приехал в магазин по заданию руководителя: нужно было составить план расходов на предстоящий ремонт двухкомнатной квартиры в центре города.
— У меня все в порядке, дела также, — ответил Никита, и уже хотел пойти дальше по своим делам, но Михаил буквально вцепился в него.
— Слушай, давай посидим, поговорим. Пять лет ведь прошло, как мы не виделись. Или ты до сих пор обижаешься на меня из-за Маринки?
Внутри все болезненно сжалось, и Никита с отвращением подумал о том, что до сих пор, несмотря на время и жизненные обстоятельства, любое упоминание о Марине неприятно отзывается внутри.
— Нет, я не обижаюсь, — соврал Никита, — чего делить? Марина не была моей женой, она мне не принадлежала. Так что все в порядке.
Общаться с Михаилом Никите не хотелось, надо же было так сложиться обстоятельствам, что, спустя всего два месяца после возвращения в родной город, Никита столкнулся с Мишей. Хотелось сбежать, спрятаться от него или, на худой конец, послать бывшего друга куда подальше, но Никита так не мог. Хотел, но не мог, потому что воспитан был иначе. Ну и вести себя как пацану ему не хотелось.
Вышли из магазина, прошлись до ближайшего бара. По дороге Михаил закинул две банки с краской в багажник машины, и Никита оценил и внешний вид, и стоимость транспортного средства. Сам он пока ездил на подержанной старенькой «японке», но планировал купить машину получше. Елена Павловна уже вышла на пенсию, часто болела, и все средства уходили на банальные бытовые нужды и лекарства для не молодеющей женщины.
— Давай выпьем, — предложил Михаил и сделал знак рукой бармену, — сто грамм коньяку плесни, любезный. Два раза.
— Я не буду, — ответил Никита, — я на работе и за рулем. Ты, как мне показалось, тоже.
Михаил отмахнулся:
— Ой, что будет от двух стопок? Расслабиться хочу, увидел тебя и что-то разнервничался.
«Еще бы», — подумал про себя Никита, а сам с брезгливостью смотрел, как его бывший друг заливает в себя содержимое сначала одной стопки, а потом и другой.
— Ну, спрашивай, — выдохнув, проговорил Михаил, а Никита с удивлением уставился на него.
— Что спрашивать?
— Ну про меня, Маринку. Мы ведь поженились в итоге. Ты же знал об этом.
— Знал, — сухо отозвался Никита, — только зачем мне подробности? Поженились и ладно, совет вам, да любовь.
Михаил ухмыльнулся:
— Ревнуешь до сих пор что ли? Да перестань! У тебя же тоже баба, наверняка, есть?
«Баба». Это слово казалось Никите грязным и недостойным, оно никак не ассоциировалось у него с Мариной, той белокурой голубоглазой красавицей, какой она осталась в памяти Никиты.
— Я не женат, если ты об этом, — ответил он, — работаю также, ремонтами занимаюсь.
Михаил снова ухмыльнулся и, подперев рукой подбородок, с интересом смотрел на Никиту.
— А я так и думал почему-то. Любил ты Маринку сильно, она уж очень хорошей была. Только ветренной, ну да ладно. Слушай, а ты по старой дружбе можешь нам с ремонтом помочь?
Никита сразу же хотел отказаться. Идея того, что ему придется находиться в квартире Марины, видеть, как они общаются с мужем, претила Никите. Только вот Михаил умел наседать, ну и еще припомнил прошлое.
— Я же как-то помог твоей матери, денег не взял. И ты можешь нам помочь! Сто лет прошло, как мы с тобой Маринку делили. Хотя… Мы ее и не делили вовсе, она же не колбаса.
Михаил сказал это и грязно рассмеялся, так, что Никите стало неловко. Вроде, пьян был не он, а стыдно было Никите.
Отказывать он никогда не умел. Как бы ни хотелось Никите уйти подальше от Михаила и забыть о встрече с ним, сделать этого он так и не смог. Договорились о том, что в выходные Никита приедет в новую квартиру Михаила и Марины, чтобы оценить масштабы предстоящего ремонта и составить смету расходов.
Больше всего Никита волновался из-за предстоящей встречи с Мариной. Не спал толком несколько дней, порывался набрать номер Михаила и отказаться от встречи и совместного дела. Но он так и не смог, считал себя трусом.
В субботу ровно в полдень стоял у подъезда новостройки, в которой, по словам Михаила, и была приобретена новая квартира. К Никите подошла женщина, и он не сразу узнал в ней Марину. Она поправилась, сделала короткую стрижку и вообще мало походила на ту хрупкую голубоглазую красавицу, какой помнил ее Никита. Чары тут же рассеялись, и ему стало легче.
— Хорошо выглядишь, — сказала Марина и улыбнулась ему. Улыбка отдаленно напомнила Никите о прошлом, но он уже не жалел о том, что согласился помогать Михаилу, иначе он так бы и продолжал считать, что упустил прекрасную женщину. А тут… В общем, не дрогнуло ничего внутри у Никиты.
— Спасибо, — ответил Никита, а Марина, видимо, ждала встречного комплимента, но он врать ей не стал, — а где Миша?
Марина надула губы и сморщила носик:
— Отсыпается. Бухал вчера с дружками до полуночи, теперь болеет. Пойдем, я тебе покажу фронт работ.
Квартира оказалась достаточно просторной, и Никита уже представлял себе, что и как будет делать в помещении, прикидывая расходы. Марина расписывала ему свои планы, фантазировала и показывала картинки из интернета, но Никита сразу отсеял несколько вариантов, назвав примерную стоимость того, что хотела соорудить в своем жилище Марина.
— Ты ведь сделаешь нам скидку? — спросила она, а потом улыбнулась Никите, заставив его с сожалением вспомнить о прошлом, — мы ведь друзья?
Он не стал отказываться, тем более что работать собирался в свободное от основной деятельности время. Марина радостно захлопала в ладоши, а потом продиктовала Никите свой номер, по которому он должен был оставаться с ней на связи.
На следующий день он отправился в строительный магазин, отправлял Марине фотографии краски, ламината и обоев, она отвергала каждый из них, зато заинтересовалась самыми дорогими вариантами.
— Ты купи на свои, а я тебе на следующей неделе деньги переведу, — попросила она, — ты ведь друг, мы тебя не обманем.
Это упоминание про какую-то придуманную дружбу начало постепенно раздражать Никиту. Сначала он купил дорогие обои, потом сам несколько раз мотался в магазин, чтобы заменить краску, за свои деньги приобретал материалы, а Марина со скрипом переводила долги, делая это так, как будто одалживала что-то Никите.
Через месяц на проверку явился Михаил. Выглядел он еще хуже, чем при первой встрече с Никитой, было ясно, что бывший друг некоторое время находился в запое.
— Куда это годится? — спрашивал он, ходя по квартире и пиная стройматериалы, — что за цвет? Какого черта тут неровно?
Никита пытался оправдываться, хотя внутри все кипело от злости негодования. Он тратил свое время, деньги, силы, а в итоге получалось так, что он никак не мог угодить ни Марине, ни Михаилу. Он уже сто раз пожалел о том, что согласился взяться за этот чертов ремонт, а теперь не было возможности повернуть время вспять и отказаться, убежав от Михаила и не оглядываясь.
Кое-что пришлось переделывать, но Никита списал эти неполадки на состояние Михаила. Еще бы, после двухнедельного запоя принимать какие-то важные решения было достаточно проблематично, и Никита был готов пойти ему навстречу.
В один из вечеров, когда Никита был дома и отдыхал после рабочего дня, ему позвонила Марина.
— Давай встретимся, прошу тебя! Мне очень важно увидеть тебя и поговорить с тобой!
В ее голосе было столько беспомощности и мольбы, что отказать Никита не мог. Приехал на квартиру, уверенный в том, что снова что-то было не так с ремонтом.
Марина сидела посреди кухни на единственной в квартире табуретке и пила вино прямо из горла бутылки.
— Что случилось? — удивился Никита, оглядываясь вокруг и пытаясь понять, что заставило Марину напиваться в воскресенье вечером.
— Я устала, Ник, — сказала она и тяжело вздохнула, — я безумно устала от всего! Как бы мне хотелось все повернуть назад, изменить прошлое, снова стать молодой и красивой, той Маринкой, которую ты знал. А сейчас мне так тяжело, что хоть на стенку лезь.
Он нахмурился:
— Поэтому позвала меня сюда так поздно?
— Ты против? — удивленно спросила Марина, — а раньше прибегал по первому моему зову. Ты больше не любишь меня?
Никита почувствовал, как внутри шевельнулось что-то похожее на былые чувства, но тут же ощущение это улетучилось.
— Глупости, — ответил он, — причем тут любовь? Ты замужем, а у меня давно своя жизнь.
Марина хихикнула и, икнув, громко ойкнула:
— Ой, ну какая у тебя жизнь? Ты ведь с мамкой до сих пор живешь. Наверное, забыть меня не можешь до сих пор?
Никита с сожалением смотрел на полноватую женщину с опухшим от выпивки лицом и красными отметинами от вина над верхней губой.
— Память не стереть, — ответил Никита, — но чувства давно прошли. Зачем ты меня позвала? Что-то с ремонтом?
— Со мной что-то! — Марина нервно поднялась с табуретки и закружилась по кухне, — я не могу так больше! Не хочу я быть с Мишей, он меня тянет ко дну! Как вышла за него замуж, так и покатилась по наклонной.
Никита пожал плечами:
— Я не виноват в этом, ты сама решала, от кого рожать детей и за кого выходить замуж.
Марина вдруг замерла на месте, а потом посмотрела на Никиту полным сожаления взглядом:
— Я беременна была не от него! Это был твой ребенок! А Мишка заставил меня сделать аборт, пообещав жениться и устроить райскую жизнь.
Никита молча наблюдал за Мариной. Она плакала, размазывая по щекам слезы, причитала, а еще пыталась просить у него прощения. Слишком поздно, Никите это было уже неинтересно.
— Я любила тебя! Но ты – нищий ремонтник, что ты мог мне дать? Так бы и жили до сих пор с твоей матерью в тесной двушке! А Миша дал мне возможности, я смогла устроиться на хорошую работу, у меня свой автомобиль, салон красоты, возможность путешествовать.
— К чему тогда жалобы? — удивился Никита, — если ты получила все, что хотела?
— Я хотела быть матерью, а не смогу! — всхлипнула Марина, — из-за того прерывания беременности я больше не смогу родить! Я не люблю Мишу, а тебе я соврала! Я ненавижу эту жизнь, я устала ею жить! Если бы можно было повернуть время вспять, я бы осталась с тобой.
Никита отошел подальше от Марины, которая приблизилась к нему вплотную, а потом попыталась положить руки ему на плечи.
— Я люблю тебя до сих пор, — проговорила она, а потом снова громко икнула.
Никита отстранился от нетрезвой женщины, потом с жалостью посмотрел на нее.
— Извини, Марин, но мне пора. Ты зря позвонила мне и позвала. Пожалуй, я откажусь от дальнейшего сотрудничества с вами, слишком дорого вы мне обходитесь.
Она вдруг истерически расхохоталась. Держалась руками за живот, смеялась и выглядела не совсем психически здоровой.
— Трус! Ты просто трус! Боишься, что Мишка узнает и надает тебе по щам? Трус! Ты, Кузьмин, просто тряпка!
Она выкрикивала что-то еще, но Никита Марину уже не слушал. Вышел из квартиры, бросив ключи на пол у входа. Больше никаких дел со своими «друзьями» он иметь не хотел. Но случиться это должно было, потому что иначе Никита никогда бы не отпустил из своей жизни обиду на Мишу и веру в то, что мог быть счастлив с Мариной. Нет, не мог, теперь он точно об этом знал.
На следующий день Никите позвонил разъяренный Михаил. Орал в трубку, некоторые слова было невозможно разобрать, но главное Никита услышал.
— Какой же ты друг? Да ты просто кинул нас! Отомстить мне решил спустя пять лет? Завидуешь?
Выслушав Мишу, Никита спокойно ответил:
— Ты прав, но не во всем. Я тебе не друг, это ты точно подметил. Был другом много лет назад, но все давно осталось в прошлом. Кинул ли я вас? Судя по тому, что потратил я больше ста тысяч рублей, а вернули вы мне только половину, при этом не заплатив за услуги по ремонту, то тут вопрос: кто кого кинул? И нет, я не завидую тебе. Я тебе, Миша, сочувствую. Ты спился, живешь с нелюбимой женщиной, у меня нет поводов для зависти. Извини.
Никита не стал дальше слушать крики своего псевдодруга, которые лились из телефонного динамика, он просто отключил связь и улыбнулся сам себе. Наконец-то он смог отпустить прошлое, это было очень важно для него. Как там говорится: новая дверь не откроется, пока не будет закрыта старая? В тот день Никита не просто запер старую дверь, он еще и ключи выбросил куда подальше. Туда, где он никогда их не отыщет и не сможет воспользоваться.
И он чувствовал, что новая дверь вот-вот откроется перед ним, а там он уже не упустит своего счастья, потому что он все-таки не трус...
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.