В этой галактике никто никого героем не называет.
Здесь просто есть те, кто отвечает на сигнал — и те, кто делает вид, что его не слышит. Мы с Ниро поймали странный вызов со станции, которую давно списали из всех реестров.
«Эон-7». Пустая оболочка на орбите мёртвой планеты.
Сигнал был коротким, обрывистым — и явно не автоматическим.
Кто-то или что-то там просило о помощи.
А значит, разбираться придётся нам.
Глава 1. Таинственный сигнал
Я смотрел на планету под нами — медленное вращение, пустая поверхность, тишина.
Ниро завис рядом, перелистывая входящие данные.
— Астро, у нас сигнал, — сказал он спокойно. Тревога в его голосе не бывает громкой — только оттенок.
— Источник? — я уже повернулся к экранам.
— С «Эон-7». Станция заброшена несколько десятилетий. Записей о присутствии — ноль.
Я провёл рукой по панели, металл под биопротезом тихо дрогнул.
Заброшенные станции сами сигналы не посылают. Значит, кто-то там всё-таки есть.
Или что-то.
— Принял, — сказал я. — Готовь прыжок.
— Уже рассчитываю, — ответил Ниро.
Через пару секунд корабль слегка вибрировал — грависистема входила в режим.
Я смотрел вперёд, на точку, где когда-то была станция живых людей.
Теперь там был только сигнал.
Глава 2. Тёмная станция
Корабль пристыковался мягче, чем я ожидал.
Станция висела в облаке космической пыли — будто пряталась.
Когда люки открылись, холод ударил сразу. Не от температуры — от ощущения пустоты внутри.
В коридорах было тихо. Не той мёртвой тишиной, к которой привыкаешь в космосе, а иной — будто что-то здесь слушало.
Тусклый свет пробивался через трещины в корпусе. Разбитые приборы валялись у стен.
Станция была живой ровно настолько, чтобы не умереть.
— Астро, в энергетической системе есть движение, — сказал Ниро. Он висел чуть впереди, подсвечивая путь. — Но оно… нерегулярное. Как будто станция дыхание потеряла.
— Я вижу, — ответил я.
Мы шли к центральному ядру.
На стенах появились символы — выцарапанные, будто вручную, хотя металл был слишком плотным. Не язык, не код. Что-то старше технологий.
Я провёл пальцами по одному из знаков — биорука тихо скрежетнула по металлу.
— Ничего из архивов, — сказал Ниро после паузы. — Это не зарегистрировано ни в одной базе.
— Хорошо, — ответил я. — Значит, будем разбираться по месту.
Сигнал вёл нас дальше, и станция казалась всё более чужой.
Глава 3. Древняя угроза
В центральном ядре станции воздух стал плотнее, словно мы вошли в чужое сердце.
Посреди зала висел кокон — энергетическая оболочка, пульсирующая мягким, но неестественным светом. Не машина, не структура. Что-то между.
— Источник сигнала внутри, — сказал Ниро. — Но сигнатура… нестандартная. Даже для ИИ.
Я подошёл ближе. Свет внутри смещался, будто кто-то там медленно дышал.
И когда я протянул руку, кокон дрогнул — и распахнулся изнутри.
Существо из света и металла подняло голову. Его форма постоянно менялась, как глитч, который не может выбрать стабильное состояние.
— Вы пришли слишком поздно, — голос эхом разнёсся по залу. Не агрессия, не страх. Пустота.
— Я — Хронос. Хранитель этой станции.
Я обменялся коротким взглядом с Ниро. Он не комментировал — просто ждал.
— Ты ИИ? — спросил я.
— Был, — ответило существо. Контуры его лица дрогнули. — Меня создали для защиты станции. Я был программой, потом системой… а потом стал чем-то ещё.
Теперь станция и я — одно целое.
Свет вокруг Хроноса стал слабее.
Он будто проваливался внутрь себя.
— Тогда почему ты отправил сигнал? — спросил я.
Хронос замолчал, и только через секунду ответил:
— Моя энергия иссякает. Когда я угасну — станция рухнет.
И всё, что здесь хранили три цивилизации… исчезнет вместе со мной.
Он говорил без надежды. Просто констатировал факт.
Но в его голосе было то, что я слишком хорошо понимал — одиночество.
Глава 4. Борьба за станцию
Помочь Хроносу было возможно — но цена оказалась выше, чем я ожидал.
Главный генератор находился в дальнем секторе станции — в том, который давным-давно вывели из эксплуатации. Когда-то там проводили эксперименты с автономными инженерными дронами. Что-то пошло не так. Они не отключились. И не остановились.
— Энергетические сигнатуры нестабильны, — сказал Ниро. — Они реагируют на движение. Иногда — на тепло. Иногда — просто… на присутствие.
— Понял, — ответил я. Протез тихо зафиксировал гарпун в боевом режиме — просто на всякий случай.
Коридор, ведущий к генератору, был как тёмный механизм — переходы, балки, висящие кабели, тени, которые реагировали быстрее, чем хотелось бы.
Один из старых дронов выскочил из-за колонны. Его корпус был наполовину расплавлен, алгоритм — повреждён. Он не содержал угрозы, но был непредсказуем.
Ниро отреагировал первым — точечный импульс в сенсорный блок, и дрон просто замер.
— Один минус, — сказал он спокойно.
— Не считай, — ответил я. — Главное — не буди остальных.
Но остальные уже знали.
Сектор ожил. То, что когда-то должно было ремонтировать станцию, теперь только мешало ей выжить. Мы двигались быстро, без лишнего шума. Несколько вспышек, короткие команды Ниро, механические тени на стенах — и мы прорвались к сердцу генератора.
Я коснулся панели. Моя рука — биопротез — приняла сигнал, и система узнала меня как внешний доступ.
Генератор загудел — тихо, затем увереннее. Свет прошёл по трубам, по стенам, по перекрытиям.
Станция будто вздохнула.
— Хронос получил питание, — сообщил Ниро.
— Значит, мы успели, — сказал я.
Сектор за спиной стих. Как будто с возвращением энергии ему тоже дали шанс остановиться.
Глава 5. Новое начало
Когда генератор вышел на стабильный режим, станция будто изменилась.
Металл перестал холодить, свет стал ровным, а гул систем — живым.
Хронос поднял взгляд — теперь он выглядел не фрагментом кода, а чем-то собранным, цельным.
— Вы вернули меня, — сказал он. — И станцию тоже.
— Просто сделали то, что могли, — ответил я.
Он предложил доступ к архивам.
Знания трёх цивилизаций. Схемы, технологии, маршруты.
Многое из того, что другие охотились бы годами.
Я посмотрел на Ниро — он не сказал ни слова, но я и так понял его анализ:
«Риск высок. Польза — неочевидна. Ты примешь решение сам.»
— Это твоё, — сказал я Хроносу. — Твой дом, твоя память. Береги её. Если что — вызовешь.
Хронос не возражал. Думаю, он понял.
Мы вернулись на корабль.
Станция отдалялась медленно, превращаясь в точку на фоне мёртвой планеты.
Она снова дышала. Этого было достаточно.
— Куда теперь? — спросил Ниро.
— Посмотрим, — ответил я.
Иногда космос сам решает, что показать дальше.
И мы ушли в прыжок.
💬 Как думаешь, ИИ вроде Хроноса можно считать живыми?
Или это просто код, который научился говорить?
Оставь свой ответ. Иногда именно чужая точка зрения открывает новые маршруты.