Стучало небо за окном, всю ночь стучало. То в судорогах метроном искал начало. Он останавливался вмиг, заснув как будто. И снова гнал коней ямщик из ночи в утро. Бессонница моя была как сон пунктирный. Пора, мой друг! пора, пора! – был голос лирный. И на дорогу выходил я в одиночку – не в силах, выбившись из сил, поставить точку. А струны лопались: молчи! – всё в мире ложно. И метроном вложил мечи обратно в ножны. И смолк небесный временщик, сдав ночь без боя. И понял я, что вечность – миг, но миг покоя. 3 декабря 2011 г. Оскар Грачёв
Стучало небо за окном,
всю ночь стучало.
То в судорогах метроном
искал начало.
Он останавливался вмиг,
заснув как будто.
И снова гнал коней ямщик
из ночи в утро.
Бессонница моя была
как сон пунктирный.
Пора, мой друг! пора, пора! –
был голос лирный.
И на дорогу выходил
я в одиночку –
не в силах, выбившись из сил,
поставить точку.
А струны лопались: молчи! –
всё в мире ложно.
И метроном вложил мечи
обратно в ножны.
И смолк небесный временщик,
сдав ночь без боя.
И понял я, что вечность – миг,
но миг покоя.
3 декабря 2011 г.
Оскар Грачёв