Коммунальные квартиры изначально задумывались всего лишь как временное решение жилищного вопроса. Они существовали еще до революционных событий и пережили как монархию, так и Советский Союз. Эти квартиры продолжают существовать и в современном обществе. Рост их популярности пришелся на 1922 год, когда в стране началась "уплотнительная застройка".
Тогда молодое советское правительство приняло решение перераспределить жилплощадь, создавая из одной квартиры от 4 до 8 маленьких комнат, которые затем делились между разными семьями. Не сказать,что практика была новой, так как в Российской империи уже существовало нечто подобное- хозяин квартиры сдавал ее покомнатно для разных семей, случалось, что и в одной комнате жило несколько семей сразу. Так что первые советские граждане были рады хотя бы и одной комнате, но которую не надо было делить с чужими людьми.
Первоначально новые жильцы — это были бывшие "буржуи" и городская интеллигенция, которых сменили те, кто по различным причинам не мог или не хотел жить в отдельном жилье. Таким образом, коммунальные квартиры привлекли разнообразные группы людей: от ученых и писателей до мигрантов из отдаленных деревень, многие из которых даже не имели базового образования.
Эта ситуация стала основой уникальной социальной среды. В коммунальных квартирах сформировался особый менталитет, характеризующийся частыми конфликтами, отсутствием личного простора и элементарных норм чистоты. Низкое качество жизни и регулярные поборы лишь усугубляли уже не самые комфортные условия проживания.
В Советском Союзе были разработаны универсальные правила, регулирующие жизнь в жилых помещениях. Как правило был некий свод правил, касающийся быта в коммунальных квартирах, которому уделялось особое внимание — она всегда висела на видном месте. Многие жильцы выделяли важные разделы красным фломастером и вешали их на обозрение для всех.
Спокойное время тишины, известное как "тихий час", объявлялось обычно с 20:00. Из-за тонких стен, состоящих зачастую лишь из одного слоя кирпича, невозможно было смотреть телевизор или говорить громче шепота. Новички иногда восставали против таких строгих норм, но вскоре осознавали, что в условиях городских бараков без них просто не выжить и нужно учитывать интересы всех соседей.
Единственной категорией жильцов, пренебрегающих правилами, были алкоголики, которые активно устраивали шумные "концерты", драки и даже иногда более радикальные конфликты. Формальные законы явно не гарантировали соблюдения порядка. Для поддержания спокойствия чаще всего выбирался представитель коммунальной службы, которого назначали сами жильцы. Этот человек служил связующим звеном между жильцами и различными коммунальными службами, но, как правило, не получал за это никакой материальной благодарности, на общественных началах, как говорится.
Если же никто не хотел брать на себя эту ответственность, жильцам приходилось организовываться самостоятельно. Так как мнений могла быть целая масса — столько же, сколько и квартирантов — многие правила оставались довольно размытыми и выполнялись не по какому-то строгому регламенту, а по ситуации.
В коммунальных квартирах пространство делится на личные и общие зоны. Личное пространство представляет собой комнаты жильцов, тогда как к общим относятся кухня, коридор и санузел. В своих комнатах жильцы зачастую стремились поддерживать порядок, однако общие помещения находились в запущенном состоянии. Это приводило к возникновению антисанитарии и насекомых, таких как тараканы и другие "прелестные" насекомые. Хотя там где соседям удавалось договориться и самоорганизоваться коммуналки были вполне приличным жильем.
Сломанные предметы на кухне или в ванной часто оставались в таком состоянии на годы, иногда даже на десятилетия. Например, если в коридоре перегорела лампочка, жильцы могли несколько лет обходиться в темноте, не удосужившись её заменить. Общие пространства коммунальных квартир также часто использовались как альтернативные балконы: здесь вешали бельё, сушили его или хранили ненужные вещи.
Уборка таких мест организовывалась по заранее составленному графику, однако его соблюдение было редким исключением. Со временем, конечно, состояние этих зон ухудшалось, и они переставали быть просто неубранными, превращаясь в свалки. В идеальных коммунальных квартирах царила дружелюбная атмосфера: жильцы совместно готовили и собирались за общим столом. Тем не менее, чаще всего на кухне вставала очередь из тех, кто хотел приготовить пищу, подтверждая, что жизнь в таких условиях нередко была настоящим испытанием.
В коммунальных квартирах регулярно размещались списки, указывающие, кто и когда займётся приготовлением пищи. На этот распорядок сильно влияло количество места на кухне: иногда в ней размещалась только одна плита и небольшой стол, что накладывало свои ограничения. Каждый человек использовал одну конфорку, что нередко приводило к тому, что одна часть плиты оставалась в идеальном состоянии, тогда как другая покрывалась слоем жира и гари.
Если на кухне был холодильник, то полки делились между жильцами: по одной на каждую комнату. В зимний период в каждой комнате обычно появлялся свой холодильник, и для хранения продуктов нередко использовали специально подвешенные сумки на окнах — такие яркие клетчатые аксессуары сразу выдавали коммунальную квартиру.
Санитарные узлы, такие как ванная и туалет, считались наиболее проблемными местами. Жильцы мылись в тазах или раковинах, а если в квартире был душ, то пользовались им по очереди. Условия иногда напоминали контроль на границе: некоторые особо педантичные жильцы могли следить за тем, сколько времени другие проводят в ванной. Любая попытка насладиться долгим мытьём вызывала недовольство и крики снаружи.
Туалеты также имели свои правила. Часто их стены украшали индивидуальные сидения для каждой семьи, а рулоны туалетной бумаги становились предметом особой ценности. Когда эта продукция появилась в продаже, к ней стали относиться с таким же трепетом. Существовал даже анекдот о том, как в эпоху Сталина соседи доносили друг на друга за использование партийных газет с портретами руководства в туалете, что ещё больше подчеркивало атмосферу недоверия.