Помните, откуда это?
Что с нами делает время? Ты помнишь, какая она была?
— Да... Ну я думаю, мы с тобой ведь тоже не помолодели, правда?
— Да... Правда, у женщин это заметнее.
Это двое старых друзей говорят об Оленьке Рыжовой из "Служебного романа". Один из них разобьёт ей сердце..
Эта фраза, насчёт неумолимого времени, пришла на ум, когда я с трудом узнала женщину из прошлой жизни. Вернее, это ОНА меня узнала. А я - потом...
Сегодня почти весь день дождь, мелкий и частый. Последний осенний дождь. Я люблю такую погоду. Не понимаю, когда говорят - ну что за мерзость сыплется с неба, глаза бы не глядели. Оденься по погоде и иди. Коже хорошо. Дышится легко. Надоели ветра и пыль.
Я оделась и пошла. Новый мой пуховичок с водооталкивающим покрытием, и я не взяла зонт. Идти легко...
..Впереди меня медленно шла женщина, одетая в длинную, тёмно-коричневую меховую шубу, даже на вид тяжёлую. "Кто ходит в дождь в шубе?" - подумала я машинально. Да и не холодно совсем было. Она опиралась на длинную суковатую палку. Не на трость, а именно на палку почему-то. С недешёвой шубой это был явный диссонанс.
Я шла к своему мастеру постричься. А поскольку, когда возвращаться буду, уже стемнеет, решила в магазин зайти перед, а не после. С женщиной той мы вошли в магазин одновременно. И она оглянулась. И - остановилась в дверях. "Осторожно! Двери - автоматические!" - "Да-да.." Она смотрела и смотрела на меня. "Леночка.." - "Бог мой, Тая Васильевна, это вы?" - " Узнала...Ты моя девочка.."
Когда в прошлой жизни я ходила в детский сад, она была моей воспитательницей. Уже когда в школу было идти, я и мои друзья-подружки по детсадовской каше узнали, что звали её Таисия Васильевна. А все звали - Тая. Наверное, не могли выговорить.
Когда я вырасту, я увижу в журнале "Советский экран" фото польской актрисы Беаты Тышкевич. И узнаю в ней мою воспитательницу. Только у Беаты были пышные длинные кудри, а у Таи - короткая стрижка, которую сегодня назвали бы стильной, а тогда - не как у всех.
А ещё она одевалась не как мамы, приходящие за нами в садик. Я слышала, как нянечки, которые приносили с кухни тяжеленные кастрюли с супом и с чем-то ещё, судачили о ней, когда собирали грязные тарелки. "У ней мать вяжет. Да не как мы - спицами. Вязальная машина у ней."
Даже мы, маленькие дети, понимали, что она была очень молодой. Потом узнаю - двадцать два года ей было...
Наверное, поэтому, а ещё потому, что своих детей у неё ещё не было, стружку она с нас снимала отменно.
Хулиганистый Борька не хотел есть борщ. Так она его окунула морд.. ой, лицом в тарелку. Я отчётливо помню, как с правого уха у него свешивалась капустина. Но не смеялась. Драчун Борька был.
А ещё не любила она, когда в тихий час не спали. Мы изо всех сил зажмуривали глаза, но она всё равно вычисляла "неспящих". Как заканчивался тихий час, нянечка с ней вместе убирали раскладушки, и здесь же, в игровой комнате, Тая показывала нам диафильмы. Настоящее чудо! Цветные! Сказки, истории всякие...
У нас дома тоже был такой. И плёнки разные. Но в саду смотреть было веселее. А вот тех, кто не спал, до просмотров не допускали. "Марш отсюда! На веранду!" Мы плакали навзрыд, но она была неумолима.
Назавтра всё повторялось вновь. И снова кто-то бодрствовал. Я, например. Потому и увидела, как пришёл однажды к Тае ухажёр. Так нянечка Феня его называла. Тая сидела за столом. Она во время нашего сна всегда там сидела и писала планы. Что это такое, мы не знали. Знали только, что она их ненавидит. Она часто это повторяла. А ухажёр сел на стул рядом. И они целовались. И тут вошла Таина напарница, другая наша воспитательница. Помню только отчество её - Спиридоновна. Она тоже строгая была. Даже злая, а не строгая. Только Таю любили, несмотря ни на что, а её - нет. И из-за этого и детсад не любили..
Ухажёра она выгнала, а Тае сказала непонятное: "Не сметь развращать детей." Я дома у мамы спросила, что это. Она удивилась и велела прекратить нести чушь. "Где ты набираешься всякой дряни?" В детсаду, мама...
Самые добрые воспоминания о том времени... Тая водила нас в лес. К себе домой водила! У них был большой аквариум с красными рыбками. Даже в саду такого не было. Она и поколачивала деточек! Но всё равно любили её.
В подготовительной группе появились у нас буквари. Она учила нас читать. И очень удивилась и обрадовалась тому, что я умела уже. Меня научила бабушка. И было мне пять лет тогда. Рано по тем временам. Это сейчас сплошь вундеркинды..."Почему же ты молчала?! Что умеешь?!" Не знаю...Наверное, потому что побаивалась её. А она с тех пор всё время сажала меня рядом с собой....
..Та жизнь и ещё много других - они канули в прекрасное далёко...Я многое оттуда помню...
"Тая Васильевна, вы куда-то уезжали? Не видела вас уйму лет.." - "Нет. Просто я уже очень давно выхожу только к вечеру. Да и то не каждый день. Так, пару раз в неделю. Нам с Зосей много ли надо.." - "А Зося..." - "Это кошка моя. Такая же старая...Так и живём."
Потом она как-то заторопилась и сбивчиво объяснила, хоть и не спрашивала я, причину своего затворничества.
Она не хотела, чтобы видели, как она изменилась!
"Пусть лучше думают, что меня нет." - "А соседи как же..." - "Они меня прежнюю не знали. А ты - знаешь. Вот Лорочку Фролову видела недавно издалека. Она меня не узнала. И хорошо..."
Мы ещё минут несколько поговорили и разошлись.
..Я сидела в кресле у Наташи-мастера. Из зеркала на меня смотрела - я. Преображённая, слегка помолодевшая, я себе нравилась. И не понять мне, вовек не понять, почему Тая Васильевна ушла в себя. От людей пришла к себе... Она была замужем. Недолго. Детей Бог не дал. Она и кошка Зося... И наверняка старые фото в альбоме...
Мы, даже теперешние, таковыми не останемся. Время будет где мягко, а где настойчиво брать своё. Но разве можно от него спрятаться? Себя обмануть - разве можно? Жить одним прошлым? Каким бы красивым оно ни было?
Нет.
Я люблю своё настоящее. И оно ко мне благосклонно. Я не хочу приближать будущее. Оно придёт само, меня не спросив. Я только буду смиренно его просить тоже быть ко мне благосклонным.
А сегодня я как будто странный фильм посмотрела. Со старой актрисой. Мне не понравился этот фильм...