Девочка на детской площадке:
— У тебя папа обсуждает про математику все?
— Нет.
— А у меня да.
— Понятно.
— Это когда про электроны надо говорить. И цифры еще. Ты сколько электронов знаешь?
— Не знаю.
— А я один знаю.
— У меня какие проблемы? У меня проблемы, что у Луки ЕГЭ в следующем году. А у нее какие? Что она не может купить себе духи с нотками кокоса, понимаешь?
— На новогодние подарки сдаем по 600 рублей в школе.
— Ого, так мало?
— Мало?
— Мы по полторы сдаем.
— Ну у вас тоже какая-то фигнотень за 300 рублей оптом?
— Летом я просыпалась без проблем. Даже в шесть утра просыпалась. А сейчас не могу: темно, холодно. Не могу, когда темно. Сплю, пока не рассветет. Так что просыпаюсь в восемь, в девять.
— Ну просто ты перешла на зимний режим сна.
— Ой, нет, я вообще не хочу больше никаких творческих мужчин, терпеть все их кризисы. На х** мне это? Лучше уж какой-нибудь простачок-пятачок.
—Толстый и лысый?
— Ну и что? Похудеем, причешем. Не переломимся.
— Только не говори, что тебя уже тошнит от Нового года.
— Нет, меня не тошнит. У меня просто тоска, сколько все это теперь стоит.
— Подарки?
— Да все, Миш! Бенгальские огни на «Озоне» 10 штук 500 рублей! Они сгорят за минуту! За минуту, понимаешь? Просто пятихатку поджечь можно и все!
— Я тебе говорю вот по секрету. Надо вкладывать деньги в иены!
— Какие деньги на **й? Откуда они у меня?!
— Я просто прочитала, что сливочное масло в магазинах теперь в специальную какую-то упаковку кладут.
— Зачем?
— Чтобы его не крали. Подорожало. У вас кладут, нет?
— Ой, не знаю. Как-то не обращала внимание. Я просто сама сливочное масло лет двадцать не ем и не понимаю, как его едят. Что это за рецепт, что оно так всем нужно?
— Ну с бутербродами, наверное. Или кто печет. Не знаю, я тоже не ем. А, с икрой, наверное, масло еще хорошо. Или с рыбкой.
— Ну с икрой-то, конечно… без масла никак…
— Тоже дача эта е***ная. Забор этот сраный, баня эта сраная. Ой, не могу. Хоть бы уже бомбу кинули, чтобы с этим всем уже не разбираться!
— Ты устроилась на ту работу? На которую ты на собеседование ходила?
— Не-а. Там надо быть как его? Клиентоориентированным. А я ориентирована в основном на шмотки купить и поспать.
— А я снимаю студию в Сокольниках за 70 тысяч. Прикинь? В Сокольниках.
— Ну там у тебя, наверное, ремонт хороший?
— Да, только я там жить не успеваю. Прихожу чисто в душ. У меня даже хозяйка спрашивает типа все ли у меня работает. А я ей говорю, что не знаю. Не интересуюсь как бы.
— Я тебе могу посоветовать своего массажиста. Это что-то. Я без массажа вообще не могу жить теперь. Меня вообще ничего не беспокоит. Я всегда счастливая такая.
— Ты счастливая не потому, что у тебя массаж. Ты счастливая потому, что ты безработная.
— Я раньше так любила тусоваться. А теперь как суббота, так я на диване с немытой башкой. И мне вообще неохота никуда идти. Думаешь, это прямо дно уже?
— Это не дно, но это как бы… преддновье.
— Я уверена, что не будет никакой ядерной войны.
— Да? Почему?
— Потому что кому охота жить с мутантами?
(Молчат.)
— Хотя вот Ира живет с мутантом своим и ничего…
— С Егором?
— Это был Егор. А теперь он работает, а потом приходит и до трех ночи играет в «Плейстейшн».
— Обычно я равнодушна в плане машин, но эта вот красивая.
— Ага, представь у тебя бы такая была.
— Не могу представить.
— Ну да, жизнь бы всю изменило сразу до неузнаваемости. Опять же пришла бы Таня твоя, сказала, что ты должна с ней поделиться.
— Я бы ее переехала тогда. На этой новой машине.
Иллюстрация: Натали-Кейт Пангилинан