Почему наш президент выбрал извинения.
Ангела Меркель, экс-канцлер Германии, выпустила книгу воспоминаний. Где, в числе прочего, бесконечно обличает президента России Владимира Путина во всех смертных грехах. То он опоздал на важную встречу из-за пива — на 40 минут. То подло выпустил собаку, зная, что Меркель их боялась.
На какой эффект рассчитывала автор — понятно, показать миру холодного жестокого тирана, не считающегося ни с кем и ни с чем.
Но какого добилась?
Путин вышел перед журналистами и с мягкой улыбкой извинился за любимого, давно умершего лабрадора Конни. Навсегда победив в этом противостоянии.
Почему?
Дело в том, что в этой ситуации, как и во многих других, работает не контраст смыслов, а контраст интонаций. Меркель пишет с агрессией, неприятием и страстным желанием обратить гнев читателя против Путина.
А Путин?
Путин оправдывается. Выбирает интонацию мирного и добродушного урегулирования. И это — не в первый раз, у нашего президента уже есть такой опыт.
Когда-то с подобными претензиями выступала с полос прессы известная активистка и журналистка Маша Гессен.
Абсолютно потрясает единый для дам паттерн — казаться сильными, маскулинными правдорубками. Именно такую позу выбирает Меркель, это же исполняла Гессен, заявившая публично, что “бросила трубку” в разговоре с Путиным.
Обе — и Меркель, и Гессен — как бы поигрывают мускулами в несуществующем диалоге с тираном, доминируют, властвуют и обличают.
Какое оружие использует наш президент в ответ?
Мягкость и иронию. Извиниться за давно умершую собаку перед воинствующей экс-чиновницей — безусловно, выигрышный ход. Выигрышный настолько, что любой увидит, где сила, а где — вопли бессильной ярости.
Президент Путин никогда, ни разу за всю историю своего правления не пытался демонстрировать публично какие бы то ни было человеческие превосходства, не пытался доминировать — наоборот.
Гораздо чаще он использует либо объяснения, граничащие с оправданиями, либо мягкий смех. Почему?
Очевидно, либо сам президент, либо его пиарщики прекрасно понимают: насмешка — всегда сильнее агрессии. Ирония и снисхождение кладут на лопатки злобу. Вот и все.
Великий критик Александр Александрович Тимофеевский писал про тот, первый случай с Гессен: “Когда Марии Гессен приходит в голову мысль — кремлевские политтехнологи открывают бутылку шампанского и осыпают себя блестками”.
Ровно этот же фокус повторила Меркель, за что ей большое спасибо. Мало нашему “тирану” было народных аплодисментов — еще и любовь к собакам добавила ему политических очков, в том числе.
Высказывайте своё мнение. Понравилось? Жмите лайк и подписывайтесь.