Чем отличается аграрное образование СССР от современного образования в сельском хозяйстве?
Какие кадры нужны агросектору XXI века?
Какие новые направления определяют будущее образования в АПК?
Как Минобрнауки видит перспективы взаимодействия науки и бизнеса в сельском хозяйстве?
Об этом мы поговорили с директором Департамента координации деятельности организаций в сфере сельскохозяйственных наук Вугаром Алиевичем Багировым в совместном проекте двух подкастов: "Культиватор" и "поле.рф"
– Вугар Алиевич, вы сохранили самое главное – систему образования в стране. Расскажите, как вам это удалось?
– В 2013 году в результате реформы образования объединили Российскую академию сельскохозяйственных наук, Российскую академию медицинских наук и Российскую академию наук. Подведомственные организации были переданы в Федеральное агентство научных организаций.
В то время я работал в Российской академии сельскохозяйственных наук, был ученым секретарем отделения животноводства и заместителем академика, секретаря отделения. Михаил Котюков, в то время руководитель Федерального агентства научных организаций, пригласил меня на работу в госслужбу. Так началась моя государственная деятельность.
Мы сохранили всю научную систему Российской академии сельскохозяйственных наук. В то время у нас было 405 организаций, из них 260 научных организаций и 145 федеральных государственных унитарных предприятий. За это время нам удалось создать 50 федеральных научных центров аграрного профиля, 30 междисциплинарных научных организаций, а все 145 федеральных государственных унитарных предприятий были преобразованы в федеральные государственные бюджетные учреждения и присоединены к научным центрам. Это нужно было сделать в обязательном порядке, потому что там все наши земельные ресурсы, это самые лучшие земли страны.
Кроме того, за это время в рамках реализации национального проекта «Наука и университеты» мы создали 35 селекционных центров, 165 новых лабораторий. Сегодня для развития аграрного сектора нужны молекулярно-генетические исследования, биотехнологические исследования – словом, в аграрный сектор должна прийти большая наука, альтернативных вариантов нет. Поэтому в обязательном порядке должно быть хорошее образование, современное оборудование.
- Почему вы выбрали профессию, связанную с сельским хозяйством?
- Когда я учился в седьмом классе, то стал победителем республиканской олимпиады. Меня пригласил руководитель района и спросил, кем я в перспективе хочу стать. Я хотел стать врачом, как и все у нас в семье. Но он сказал: надо развивать сельское хозяйство. И я после школы поступил в Азербайджанскую сельскохозяйственную академию, был Ленинским стипендиатом. Но после второго курса меня призвали в армию. Два года я служил в Афганистане, имею пять боевых наград. Честно говоря, это хорошая школа, и я благодарен судьбе, что ее прошел.
Затем я поступил в аспирантуру в Научном центре животноводства имени Льва Константиновича Эрнста и под руководством Льва Константиновича защитил докторскую диссертацию. Далее – Российская академия сельскохозяйственных наук, был ученым секретарем, заместителем академика, секретаря, великого ученого Валерия Васильевича Калашникова. Первым вице-президентом в то время был академик Владимир Иванович Фисинин. Я работал с уникальными людьми, учился у них и благодарен судьбе, что у меня были такие уникальные учителя. Не каждому Господь Бог подарит такую школу.
- В чем разница между сегодняшним образованием и образованием, которое было тогда, и есть ли эта разница?
- Честно говоря, в какой-то мере я завидую ребятам, которые учатся сегодня. Нам было гораздо сложнее. Я учился в докторантуре в нулевые годы, поступил 1 февраля 2002 года, и ровно через три года, 1 февраля 2005 года защитил докторскую диссертацию: «Биотехнологические аспекты сохранения генетических ресурсов редких уникальных и исчезающих видов животных». По двум специальностям: биотехнология и физиология человека и животных.
Я получал всего лишь тысячу рублей стипендии. В то время у меня было трое детей, сегодня – четверо. Вы понимаете, как это было непросто. До этого я работал ученым секретарем в институте и получал около 10 тыс. руб. Но я решил идти в докторантуру, потому что видел перспективу, только таким образом можно было посвятить себя науке.
- Как изменилась сама структура, система образования?
- В Советском Союзе у нас была очень хорошая школа во всех отраслях, были прекрасные, уникальные преподаватели. Советское образование было лучшее в мире, многовекторное – все знали и математику, и биологию. Потому что без хорошего знания математики невозможно дальше двигаться, математические методы моделирования – это сегодня основные направления в биологии, и не только в биологии.
В этом плане у нас была очень хорошая сильная фундаментальная составляющая. Сегодня проблема в том, что аграрный сектор многие абитуриенты используют как запасной аэродром, не все, но таких хватает.
Каждый год у нас обучается 186 300 человек по крупным направлениям – это агрономия, агроинженерия, ветеринария. Из них 124-125 тыс. человек – в подведомственных организациях Министерства сельского хозяйства.
Для информации – в нашей стране 57 аграрных вузов, из них 46 являются подведомственными организациями Министерства сельского хозяйства, 11–Министерства науки и высшего образования. Кроме того, 65 междисциплинарных вузов тоже готовят аграриев.
Сегодня возможности огромные, и нужны новые направления. Мир меняется. Нам сегодня необходимы агробиотехнологи. Мы должны изучать молекулярные механизмы, понимать, каким образом можно управлять селекционным процессом. Молодые специалисты должны прекрасно знать молекулярную генетику, внедрять цифровизацию, беспилотные летательные аппараты в аграрном секторе. Таким образом мы можем интенсифицировать наше направление. Сегодня аграрный сектор является драйвером нашей экономики, а ее надо поставить на правильные рельсы
Недавно состоялась встреча министра сельского хозяйства Оксаны Лут с министром науки и высшего образования Валерием Фальковым по вопросам новых направлений в аграрном секторе. Этому будет посвящена стратегическая сессия. Нам нужны селекционеры, генетики – одним словом, специалисты 21 века.
- Насколько же отстает сегодня аграрное образование от потребностей бизнеса?
- Бизнес всегда говорит, что молодых специалистов еще надо обучать. Одно дело – практика, другое – теория. Когда мы заканчивали институты и университеты, мы тоже не все знали на практике, и сегодня выпускники могут чего-то не знать. Но если у них есть желание работать в аграрном секторе – это великое дело, и нам надо им помочь.
В этом плане большую работу проводит фонд Бортника. Есть семь направлений, в том числе агробиотехнологии. В этом году они провели конкурс среди студентов аграрных вузов, и более двухсот проектов победили. Это означает, что студенты пятого курса выиграли по миллиону рублей. А значит, эти ребята уже останутся в аграрном секторе, у них есть мотивация. Им надо показать правильный путь.
И, на мой взгляд, не все может реализовать государство. Я обращаюсь к реальному сектору экономики, и думаю, что коллеги со мной согласятся: если мы сегодня не поддержим этих ребят, завтра некому будет работать. Нужны целевые места в вузах. Если бы я работал в реальном секторе, я бы пришел в школу и мотивировал их.
Планируется открыть 18 тысяч агроклассов, и там должно быть целевые будущие студенты. Еще одна интересная тема – развитие сельских территорий, это перспектива нашей страны. Если не будет развития сельских территорий, мы придем к полной урбанизации. А ведь мы все родом из села, это надо помнить и с любовью к этому относиться. Поэтому я предлагаю сотрудничество с реальным сектором экономики, под нужды которого мы готовы пересмотреть, переформатировать планы своих научных исследований. Наука должна работать под конкретный заказ. Полученные теоретические знания должны способствовать развитию реального сектора экономики. Только тогда мы обеспечим технологический суверенитет нашей страны и ее продовольственную безопасность.
Именно этому посвящен Национальный проект, который будет реализовываться с 2025 года. Дмитрий Патрушев является куратором этого проекта, Оксана Лут – руководителем. Будет пять федеральных проектов, и у каждого есть свои конкретные руководители. Мы, как Министерство науки и высшего образования, коллег поддерживаем и будем помогать реализации данного проекта. Я считаю его нашим общим проектом, потому что продовольственная безопасность – это наша национальная безопасность. Мы вплотную работаем с коллегами из Министерства сельского хозяйства, у нас полное взаимопонимание и общая задача.
- Сейчас поставщики посевного материала, оборудования, средств защиты растений все чаще приходят в вузы и открывают свои кафедры, понимая, что нужно выращивать новое поколение специалистов. Но есть вилка между академическим знанием и тем, что сегодня имеется в производстве. Старые стандарты образования себя изжили. Как вы считаете, сколько времени и какие ресурсы потребуются для того, чтобы максимально сократить этот разрыв?
- Приведу пример: наука сегодня создает конкурентоспособные сорта, которые дают урожай 130-150 ц/га. А мы при генетическом потенциале, скажем, 100 ц/га собираем около 30 ц/га. Где еще 60-70 ц/га? Дело в том, что мы не соблюдаем агротехнологии. Почему? Есть много нюансов. Необходимо использовать хорошие удобрения, как в Европе, где их в разы больше используют, чем мы. Несоблюдение агротехнологий, слабая техновооруженность - эти нюансы приводят к тому, что мы урожай недополучаем. Хотя по генетическому потенциалу мы никому не уступаем. Фундаментальная составляющая в Советском Союзе и на постсоветском пространстве у нас была идеальной, лучше, чем где-либо. А вот инновационные составляющие, когда полученные теоретические знания переходят в реальный сектор – это звено у нас хромает. Наука не умеет себя продать, скажем простым языком. А европейцы – продают, сопровождают свои технологии, вот в чем их преимущество.
-Может быть студентов, будущих селекционеров, обучать также и маркетингу, умению продавать свои достижения, свои сорта и гибриды?
- Во всех научных центрах мы открываем отделы маркетинга. Обязательно надо уметь преподнести то, что у тебя есть. Вот у тебя прекрасный результат – его надо вынести на рынок, чтобы за ним пришли. Это непростая задача, но надо учиться. В каждом научном центре должен быть проектный офис, отдел маркетинга, которые непосредственно занимаются этими вопросами. Кроме того – должна быть хорошая аналитическая работа, нам нужно знать, что в мире происходит.
- Что нужно сделать для того чтобы человек «от сельского хозяйства» перестал восприниматься как «мужик в лаптях», а стал действительно драйвером экономики, в том числе визуальным, на которого хочется равняться?
- Для информации хочу сказать: в 1997 году я получил золотую медаль ПВЦ за внедрение IT-технологий в аграрном секторе. Компьютеры сам собирал, с программным обеспечением был знаком, на свою зарплату покупал программы. А сегодня и вовсе дети рождаются с гаджетами. Необходимо внедрение цифровых технологий, должен быть «электронный агроном». Мир идет по такому пути. Без цифровизации, без внедрения современных наукоемких технологий невозможно развиваться.
Слава богу, у нас земельных ресурсов в стране хватает, нам есть куда развиваться, и я уверен, что наша страна будет мощнейшей аграрной страной в мире. Свыше 50% чернозема в мире – именно у нас. Но нам необходимо внедрять современные технологии, а этому тоже надо учиться. Давайте посмотрим на экономику Китая – что было 30 лет назад и что происходит сегодня. Поверьте, потенциал нашего народа гораздо выше, чем где-либо в мире!
- Институт селекции в нашей стране почти утрачен. Сколько времени необходимо чтобы и какие инструменты нужны для того, чтобы селекция у нас достигла высокого уровня?
- Нельзя сказать, что институт селекции утрачен, но он находится не в лучшем состоянии. Академик Пустовойт, имя которого носит Федеральный научный центр, занимался подсолнечником, когда масличность была около 24-26%. Он довел масличность до 50% – выше нельзя. И то, что теперь масличность подсолнечника выше 45% – это его заслуга. Наша база, наша генетика по всему миру разошлась.
Но иностранцы пошли по пути гибридизации. Например, по кукурузе–простые гибриды, двухлинейные, а у нас испокон веков – сорта, сорта, сорта. Надо меняться.
По зерну у нас нет конкурентов. Мы самые крупные экспортеры зерна. В Немчиновке работают такие выдающиеся селекционеры, как Людмила Беспалова, Баграт Сандухадзе, у них есть школы, и их надо развивать. Мы создали 165 новых лабораторий по селекции и биотехнологии – это 1700 новых молодых ученых! Процесс идет, но надо его интенсифицировать. Селекционер – это высокое призвание, это элита, более того – это суперэлита! А в картофелеводстве есть еще и суперсуперэлита.
Но сейчас необходимо обучать и тех, кто учит. Наука движется вперед, а преподавание чуточку отстает. Есть хорошая идея ведущих государственных университетов – переподготовка преподавателей аграрных вузов. В последнее время большую работу по аграрному образованию ведет Министерство сельского хозяйства, которое создало специальную комиссию, и я член этой комиссии. Мы заслушиваем каждый университет, они докладывают, что планируют в этом направлении.
Кстати, хочу напомнить, что 30 июня распоряжением Правительства РФ под номером 17-77 нам было передано 11 аграрных ВУЗов, в которых мы создали институты фундаментальной и прикладной агробиотехнологии. Это очень важно. Нужна роботизация в аграрном секторе, нужны новые интересные направления.
Сегодня в аграрные вузы конкурс –18 человек на место, средний балл ЕГЭ при поступлении – 86 баллов. За 2 года ЕГЭ мы подняли от 52 до 61 баллов, вот какой значительный скачок. Такой спрос говорит о том, что мы движемся в правильном направлении. И к ветеринарной медицине тоже очень большой интерес. За последние 5 лет по ветеринарной медицине на 25% увеличились контрольные цифры приема. А в общей сложности в нашей стране контрольные цифры приема по ветеринарии, агрономии, агроинженерии – 38 тыс. 400 мест.
Молодежи хочется видеть интересные направления, и в ближайшее время откроются новые направления генетики и селекции.
В заключение нашего разговора хочу процитировать великого французского мыслителя Жана Жак Руссо, который в 1762 году сказал, что единственное средство удержать государство в состоянии независимости – это сельское хозяйство: «Обладай вы хоть всеми богатствами мира, но если вам нечем питаться, вы зависите от других». В этом плане аграрный сектор – ключевой для безопасности нашей страны, и поэтому мы обязаны готовить высококвалифицированные кадры в образовании и науке.