Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Андрей помог Ольге присесть и опустился в кресло рядом. Подошедший официант положил на стол меню. Сделав заказ, Грин посмотрел на Ольгу.
- Я обещал Полу дать вам интервью… Слово надо держать, хотя глядя на вас мне не хочется думать, что вы журналист… - улыбнулся Грин.
- Три вопроса… А потом мы будем просто беседовать…
- Согласен! - улыбнулся Грин.
Подошедший официант поставил на стол низкий стакан с виски, бокал с ромом и перед Ольгой высокий бокал с «Дайкири». Глотнув виски, Грин положил руки на стол, глядя на сидящих напротив.
- Заранее прошу прощения, некоторые вопросы могут показаться не совсем корректными, - Ольга пригубила из бокала.
- Не страшно… Обещаю отвечать честно, - улыбнулся Грин.
- В западных изданиях принято клеймить советскую прессу, как подверженную государственной цензуре. В связи с этим возникает вопрос, действительно ли на Западе свобода творчества ничем не ограничена?
- Оля, не стоит верить всему, что говорят и пишут у нас… - улыбнулся Грин, - Если ваш журналист напишет неправду, то статью просто не выпустят в печать. А журналиста накажут или выгонят с работы. Наши же журналисты не отличаются тщательностью в своих репортажах. Многое они почему-то додумывают сами. Из всего они готовы делать сенсацию. Не задумываясь о последствиях. Недавно один именитый журналист брал у меня интервью, а когда его опубликовали я честно говоря был озадачен… Мои слова исказили и переврали… Конечно обратился в редакцию и потребовал опубликовать опровержение. Только что это решает? Опровержения никто не читает… А у меня возникли некоторые неприятности.
- Почему в Великобритании так мало издается произведений советских писателей? - Ольга пригубила из бокала.
- Наши издатели всю иностранную литературу отдают на рецензию. А рецензентами зачастую являются так называемые «диссиденты», бывшие советские граждане. Вывод, я думаю, напрашивается сам собой, - развел руки в стороны Грин.
- Мистер Грин, вы бывший сотрудник спецслужб и хорошо понимаете процессы происходящие в настоящий момент в Панаме. Как вы оцениваете эти события?
- Последнее заявление генерала смелое до безрассудства. Но я его полностью поддерживаю. Находясь в обороне нельзя победить, тем более могущественного врага. Еще несколько лет назад генерал сказал мне: «Мы готовы сражаться с американцами до последнего. Мы сможем удерживать нашу столицу в течение двадцати четырех часов. Мы уничтожим канал. В горах и джунглях мы сможем продержаться несколько лет. Уверен, что уже через год, американский народ скажет: «К черту эту войну». Тогда мне показалось, что генерал безумен… Как можно ввязываться в войну заранее зная, что проиграешь? Но сейчас по прошествии лет, когда я ближе узнал генерала… «Американскому Голиафу» ничего не остается, как внимательно следить за действиями «панамского Давида», который не скрывает, что держит пращу наготове и камень уже вложен. И хотят американцы или нет, но им придется с этим считаться.
- Спасибо вам! - Ольга улыбнувшись, коснулась руки Грина.
- Признаюсь, ждал, что вы спросите меня о моей работе в «MI-6». И я рад, что вы не спросили… И все же отвечу на не заданный вопрос, - Грин улыбаясь смотрел на Ольгу, - Да, я знал Кима Филби, мы дружили. Мой коллега и соотечественник, оказался советским разведчиком, и лично я питаю к нему огромное уважение за ту последовательность, с которой он пришел к своим новым убеждениям и отстаивал их в борьбе с фашизмом. Как-то меня спросили, чтобы я сделал, если бы знал, что мой друг двойной агент? - Грин сделал большой глоток из стакана, пожевал губами, - Узнай я, что Филби двойной агент, я нипочем не сдал бы его. Дал бы ему по-дружески двадцать четыре часа, чтобы смыться и только потом позвонил бы в полицию… Дружба не может иметь политическую окраску.
На канале Boosty, «Журналист» размещается с большим опережением (нумерация частей не совпадает, текущая глава соответствует 194), доступ только по подписке, всего 100 рублей в месяц. Первые части всех размещенных работ в свободном доступе.