Сегодня мы поговорим о сложной проблеме, актуальной для тех, кто изучает психопатологию. Этот вопрос касается различий между психопатией, аутизмом, шизоидной личностью и посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР), включая его сложные формы.
Даже опытные диагносты с многолетней практикой признают, что разграничить эти состояния зачастую крайне трудно. Психопатия, особенно её крайняя форма — антисоциальное расстройство личности, аутизм, включая высокофункциональный, шизоидное расстройство личности, а также сложное ПТСР — все эти состояния часто проявляются схожим образом. Когда терапевт или диагност встречает пациента впервые, бывает практически невозможно точно определить его диагноз.
Известно, что люди с пограничным расстройством личности, которое также называют расстройством эмоциональной дисрегуляции, порой демонстрируют черты, неотличимые от вторичной психопатии, особенно в условиях стресса, унижения или отвержения. Однако когда мы говорим о первичной психопатии — о классических психопатах, мы имеем в виду совершенно иную категорию, которую нужно разграничивать с аутизмом, шизоидным расстройством личности и сложной травмой.
Общие черты всех четырёх состояний
У всех этих состояний наблюдается схожее проявление крайне низкой эмоциональной реакции.
Эмоции, как правило, либо подавлены, либо отсутствуют вовсе. Люди с такими диагнозами демонстрируют минимальную или полностью отсутствующую эмоциональную реакцию на прошлые события, текущие переживания или возможные будущие катастрофы. Они рассказывают о самых драматичных, травмирующих событиях своей жизни с полным отсутствием эмоционального выражения на лицах, с "покерным лицом".
Самораскрытие таких пациентов — крайне сложная задача. Они упорно отказываются делиться своими переживаниями, рассказывать о своём прошлом, чувствах и мыслях. Когда вы пытаетесь заговорить с ними о личном опыте или эмоциях, вы можете буквально увидеть, как между вами "опускается занавес", и они уходят в себя. Их язык тела становится защитным или агрессивным, или и тем и другим одновременно.
Языковая особенность и взаимодействие
Все четыре группы пациентов демонстрируют специфическое использование языка. Нарциссы, к примеру, используют язык как инструмент манипуляции, стремясь сбить с толку собеседника. В то время как люди с аутизмом, шизоидным расстройством и сложным ПТСР зачастую искажают язык, делая его трудно воспринимаемым. Они могут использовать чрезмерно клинический или безличный стиль речи, описывая события своей жизни так, будто они произошли не с ними. Например, самые травматичные события из их опыта описываются так, словно это просто эпизоды из медицинского отчёта.
Вместо ясного выражения мысли их высказывания часто оказываются двусмысленными, туманными, с элементами придирок или лингвистических "уловок".
Они могут пытаться избегать прямых ответов, задавая встречные вопросы или переопределяя термины. Это создает ощущение, что вы играете с ними в интеллектуальную игру, цель которой — избежать открытого разговора, запутать, обмануть.
Речь таких людей, особенно психопатов, изобилует вульгарностями, сквернословием и непристойностями. Язык - это их стратегия, их оружие. Он всегда двусмысленный и оставляет место для неясностей и каких-то ухищрений.
Эмоциональная отчуждённость
При взаимодействии с такими пациентами часто возникает ощущение "прозрачной перегородки". Вы чувствуете, что между вами и пациентом существует невидимый, но ощутимый барьер. Он становится особенно явным, когда беседа затрагивает интимные, сложные или болезненные темы. Чем больше вы пытаетесь наладить контакт, тем сильнее пациент закрывается, словно запирается в своём собственном коконе. Вы видите, что человек словно уходит в свой мир, становясь эмоционально недоступным.
Эти пациенты, будь то психопаты, шизоиды, аутисты или жертвы травм, создают ощущение изоляции и оцепенелости. Они неспособны на настоящую близость или искреннее общение. Даже в лингвистическом плане они избегают обязательств, находясь словно "за стеклом", сквозь которое невозможно проникнуть.
Таким образом, ключевыми признаками являются эмоциональная замкнутость, специфическое использование языка, сложность самораскрытия и общее ощущение изоляции, которое эти пациенты создают.
С этими пациентами ты никогда не добьёшься значительных результатов, потому что у тебя постоянно возникает ощущение, что, хотя они присутствуют, они будто «не от мира сего».
Когда ты пытаешься достичь их эмоционально или интеллектуально, кажется, что они где-то в другом измерении. Если ты попытаешься дотянуться до их внутреннего мира, они могут проявить внешнюю доброжелательность, но в то же время ты чувствуешь, как они превращают тебя в своего рода карикатурного аватара, двухмерный символ, с которым не устанавливают подлинной связи.
Эти четыре типа пациентов (психопаты, шизоиды, аутисты и жертвы травмы) не воспринимают партнера или терапевта как другого человека. Для них любой партнер - лишь функция, инструмент, и потому они занимают оборонительную позицию, стремясь изолироваться от ситуации и человека напротив. Когда ты находишься рядом с такими людьми, возникает ощущение, что температура в комнате упала, будто из пространства выкачали кислород. Ты находишься в присутствии кого-то, кто буквально приостановил проявление своей человечности.
Все эти четыре типа пациентов — психопаты, шизоиды, жертвы травм и пограничные личности (последние имеют элементы вторичной психопатии) — внутренне переживают глубокое отвращение к себе.
Многочисленные исследования, проведённые в 1990-х годах, подтвердили, что они зачастую ненавидят себя, и это чувство часто выражается в саморазрушительном поведении. Их действия могут быть агрессивными или пассивно-агрессивными.
Даже шизоиды, которые, казалось бы, отстранены и счастливы в своей изоляции, порой демонстрируют вспышки ярости или агрессии, особенно в ответ на неудобные ситуации или подавляющее присутствие других людей.
Существует популярная теория, что шизоидная личность использует изоляцию как форму поддержания отношений. Даже отвержение других людей или их избегание — это своего рода связь. Таким образом, шизоид находится всего в одном шаге от психоза или шизофрении. Именно поэтому состояние называется шизоидным: оно почти шизофреническое. В моменты крайнего стресса шизоиды могут агрессивно отвергать других людей, особенно если чувствуют дискомфорт от их присутствия.
Все четыре группы пациентов склонны к саморазрушению и неадекватному поведению.
Психопаты характеризуются упрямством, безрассудностью и импульсивностью. Жертвы травм часто становятся эмоционально неуправляемыми. Это особенно характерно для женщин, поскольку большинство жертв сложного посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) — это женщины, хотя встречаются и мужчины с этим диагнозом.
Дифференциация в клинической практике
Для клинициста различия между этими четырьмя группами пациентов представляют серьёзную задачу. Методы лечения для жертвы травмы, психопата, пограничной личности или человека с аутистическим спектром различаются кардинально.
Неправильный диагноз может привести к опасным последствиям. В первые пять-десять сеансов различить эти состояния бывает крайне сложно, потому что симптомы на первый взгляд кажутся идентичными. Только углублённое изучение может выявить ключевые различия.
Например, отношение к сексу и близости у разных типов пациентов сильно отличается. Психопат, как и нарцисс, проводит чёткое разделение между сексом и интимностью. Психопат противопоставляет секс и интимность. У него есть комплекс "святая-шлюха", который также характерен и для нарцисса. Психопат никогда не будет относится к своему сексуальному партнеру как к близкому человеку.
У психопата, как правило, нет настоящей близости с сексуальными партнёрами.
Даже когда взаимодействие кажется интимным, это всего лишь внешняя видимость. Психопаты рассматривают своё тело как объект, лишённый истинного значения, пренебрежительно. Поэтому они часто вовлекаются в экстремальные сексуальные практики, которые унижают их тело, нарушают их физические и психологические границы, овеществляют их. Только в сексе психопат позволяет своим сексуальным партнерам унижать его. Психопат использует свое тело, как инструмент для достижения цели.
Психопаты склонны к самообъективации, они часто позволяют сексуальным партнёрам злоупотреблять их телами, рассматривая это как способ манипулирования и достижения своих целей. Эта черта отличает психопатов от шизоидов, аутистов или жертв травмы.
К примеру, сексуальные действия психопатов, как отметил Харви Келли в своей работе "The Mask of Sanity" (1942), сравнимы с «почесыванием зуда» — это импульсивные акты, лишённые глубокого смысла или эмоциональной связи. В жизни психопата всё бессмысленно, и это проявляется, в частности, в его сексуальной жизни, которая зачастую шокирует и вызывает отвращение.
Психопаты редко соблюдают какие-либо сексуальные границы. Они склонны к экстремальному и безрассудному сексу без каких-то моральных или физических ограничений. Они готовы подвергаться моральному и физическому унижению, но это только относительно секса. Эта черта также относится и к нарциссам-психопатам, и к пограничникам, когда они переходят в психопатическое состояние.
Поведение и особенности
Психопаты лживы и неверны. Психопаты, как правило, склонны к обману, манипуляциям, паразитизму и предательству. Женщины-психопаты часто выступают в роли «охотниц за богатством», используя окружающих для достижения своих целей. Эти характеристики не свойственны другим группам пациентов. Например, шизоиды, люди с аутизмом и жертвы травм редко проявляют такие черты.
Если вы сталкиваетесь с историей серийной измены, предательства, антиобщественного поведения или отсутствия угрызений совести при достижении своих целей, то перед вами, скорее всего, психопат. Эти черты служат дифференциальным диагностическим признаком, который помогает отличить психопатов от жертв травм, аутистов или шизоидов.
История антиобщественной, даже преступной деятельности, крайняя целеустремлённость, проявляемая без угрызений совести, без границ, правил и ограничений — это поведение, характеризующееся безрассудностью, бессердечием и безжалостностью. Когда вы наблюдаете всё это, перед вами, скорее всего, психопат.
Психопат обычно унижает себя через унижение других. Они относятся к окружающим с презрением.
Психопаты склонны ненавидеть и унижать всех вокруг, а нарциссы, кстати, нет. Если нарцисс иногда идеализирует общественных фигур, будь то политики, спортсмены или интеллектуалы, психопат презирает абсолютно всех без исключения. Это презрение является неотъемлемой частью их личности.
Оно выражается в компульсивной необходимости обесценивать, унижать и деградировать других людей. Это особенно заметно в терапевтической среде, где психопат почти сразу начинает ставить под сомнение компетентность терапевта: его рекомендации, опыт, интеллект и профессиональную мудрость.
Оценивание и унижение других у психопатов носит неизбирательный характер. Это не направлено исключительно на интимных партнёров или близких людей, а распространяется на всех вокруг.
Более того, психопаты обладают выраженной сверхбдительностью и параноидальностью, которые значительно превосходят такие же черты у жертв травм. Если вы видите человека, который проявляет злобу, презрение, активно унижает других и при этом ведёт себя сверхбдительно и параноидально, это, скорее всего, психопат, а не жертва травмы.
Хотя внешние проявления этих двух типов пациентов могут показаться схожими, их внутренние механизмы радикально различаются. Именно поэтому так важно использовать дифференциально-диагностические признаки, чтобы определить, с каким расстройством вы имеете дело. Неправильный диагноз может нанести огромный ущерб пациенту, поскольку эти группы требуют совершенно разных подходов в терапии.
Эмоциональная пустота психопатов
Психопаты не испытывают эмпатии. У нарциссов, хотя они и не всегда имеют доступ к своим положительным эмоциям, такие эмоции есть.
У психопатов же нет ни эмпатии, ни положительных эмоций. Их самоотчёты о внутреннем состоянии минимальны или отсутствуют вовсе. Это не потому, что они играют в интеллектуальные игры или используют это как способ манипуляции — хотя они склонны и к тому, и к другому. Просто у них нет ничего, что можно было бы сообщить. За этой пустотой стоит фундаментальное отсутствие содержания.
Целеустремлённость психопатов часто выглядит крайней, потому что они идентифицируют себя через свои действия и окружение. Психопаты — примитивные «механизмы» с бинарным восприятием мира, похожим на животных: либо «хорошо», либо «плохо». Они имитируют человеческое поведение, человеческие эмоции, поскольку являются отличными актёрами, но эта имитация неискренна. Актерские способности психопата схожи с нарциссом, но у них обоих это всего лишь подражание, а не реальность.
Различия с другими расстройствами
Для человека с аутистическим расстройством характерно отсутствие восприятия многих социальных и сексуальных сигналов.
Они не понимают язык тела других людей и мыслят конкретно, что делает их неспособными улавливать метафоры, шутки или сравнения. Их язык прост, почти механичен, как у разговорного словаря. Это неспособность воспринимать внутренние состояния других, но не злонамеренная, а вызванная ограничениями их мышления. Это приводит к тому, что их реакции иногда кажутся странными или даже антисоциальными. Человек с аутизмом не может выразить словами свой внутренний мир.
Шизоидная личность, напротив, желает лишь одного — чтобы её оставили в покое.
Эти люди не способны на сильные эмоции или интенсивные переживания. Их эмоциональное состояние плоское, а замкнутость и одиночество — их зона комфорта. Хотя все, даже нарциссы и психопаты, по своей сути социальные существа, шизоид по-настоящему процветает в одиночестве.
Жертвы травм подавляют свои эмоции, потому что они воспринимаются ими как угрожающие.
Эти люди боятся, что, если они позволят себе вернуться к своим травматическим воспоминаниям, они будут подавлены. Любая попытка приблизиться к ним или заставить их обратиться к своим болезненным переживаниям вызывает у них защитную реакцию. Жертвы травм всячески пытаются избежать болезненных воспоминаний, соприкоснуться с тем, что с ними когда-то произошло, и поэтому их раздражает любая попытка сблизиться с ними.
Дифференциальные признаки
Все четверо ведут себя практически одинаково в одинаковых условиях, и это значительно затрудняет диагностику таких пациентов.
Для того чтобы правильно диагностировать пациента, клиницист должен внимательно изучить их отношение к телу, сексу, интимности, их склонность к лживости, неверности, паразитизму, обесцениванию других и паранойе.
Если все эти черты присутствуют, перед вами, вероятно, психопат. Такой тщательный подход позволяет избегать ошибок и эффективно помогать пациентам.
Материалы статьи взяты из лекций Сэма Вакнина. Youtube.
👉 Здесь мой Telegram-канал с живыми обсуждениями — истории, анонсы статей, поддержка и общение. Присоединяйтесь.
👉 Написать лично: хотите задать личный вопрос или обсудить свою ситуацию? Пишите в личку.
Я читаю все сообщения и стараюсь отвечать каждому.