Во время наших путешествий по испанской глубинке мы иногда попадаем в довольно неожиданные места. Так, по пути в Санабрию, мы заехали в небольшой поселочек Tábara в провинции Самора. Увидели красивую церквушку и решили зайти внутрь посмотреть. Но оказалось, что это вовсе не церковь. Вернее, не совсем...
Внутри была экспозиция, рассказывающая об истории этой церкви, которая когда-то называлась Санта Мария де Тáбара и относилась она к монастырю, который был основан еще в IX веке неким Флорианом (годы жизни 833-904). Об этом имеется запись на свободных страницах в рукописи Biblia mozárabe, которую сделал в 920 году Juan Diácono. Рукопись эта сейчас хранится в библиотеке Каферального собора Леона. Если вдруг захотите почитать, инвентарный номер folio 101v.
Меня все эти циферки очень впечатлили. Больше 1100 лет прошло, а мы знаем имена этих людей благодаря тому, что они после себя оставили. В той же рукописи говорится, что Флориан не остановился на строительстве монастыря Сан Сальвадор де Тáбара, а отправился дальше и основал еще один монастырь, в местечке Мореруэла де Тáбара.
В ту пору монастыри были центрами культурной жизни. В них были библиотеки, а книги не только хранились, но и переводились и переписывались. И вот как раз в монастыре Сан Сальвадор де Тáбара работала такая мастерская по переписыванию книг. Называлась она scriptorium (скрипториум). А для того, чтобы книгу скопировать, надо было сначала произвести пергамент и чернила. Пергамент производили в соседней мастерской под названием pergaminarium (пергаминариум). Ну и чем писать, тоже надо было самим организовывать.
В этой старинной романской церквушке как раз и работала такая мастерская по переписыванию книг. И сейчас там находится экспозиция, подробно про все технологические процессы рассказывающая. А самое главное, там были выставлены сами книги. Невероятной красоты фолианты, на которые можно бесконечно любоваться, как на огонь и воду.
Страницы для книг делали из кожи ягнят, телят или козлят. Подходила кожа только совсем молодых животных. Листы должны были быть максимально тонкими. Кожу тщательно выделывали, держали в извести, чтобы удалить шерсть, натягивали на специальные рамы, а потом натирали мелом. Подготовленные таким образом шкурки нарезали по размеру, складывали пополам и сшивали в книжки по четыре или по восемь листов.
А потом надо было аккуратно все разметить и начать переписывать каллиграфическим почерком. До нас дошли имена мастера копирования книг Майуса (Maius) и его ученика Эметериуса (Emeterius), которые работали именно в этой мастерской. Поначалу писцы использовали романский курсив, но со временем осмелели и стали придумывать красивые каллиграфические шрифты.
Кроме текста, они должны были еще и картинки копировать. И тут нужны были цветные чернила. Тогда использовали киноварь (красный цвет), зеленый получали из меди или из малахита, синий из лазурита, белый из свинца, а черный из древесного угля. Использовали также соки растений.
Мастера копирования, похоже, не сидели на одном месте. Они приезжали в монастырь, выполняли заказ и ехали в другое место, где их уже ждали. Спрос на эту сложную работу был высокий. Специалистов, которые могли бы вот так взять и скопировать книгу, было очень мало. Книги стоили огромных денег, думаю, что и труд переписчиков должен был хорошо оплачиваться.
Я вообще очень люблю книги. Но в эти вложено столько труда и высокого мастерства, что это делает их настоящими произведениями искусства. От тех, что выставлены в витринах, глаз оторвать было невозможно. Экспозиция там большая и солидная. В следующий раз расскажу, что еще интересного мне удалось узнать в этом музее о рукописных книгах.