Суды при установлении отцовства по правилам Кодекса РСФСР о браке и семье (КоБС) должны принимать во внимание результаты генетической экспертизы, несмотря на то, что такого доказательства родства нет среди перечисленных в старом кодексе. Иное означало бы формальное применение его норм.
Об этом говорится в новом постановлении Конституционного суда (КС) РФ.
Соответствующие выводы были сделаны КС РФ после рассмотрения жалобы женщины, которой отказали в установлении отцовства при оценке генетической экспертизой вероятности родства в 99,999 процентов и которая попросила проверить конституционность статьи 48 КоБС.
Родилась до Семейного кодекса РФ
Как следует из материалов дела, нотариус отказал заявительнице принять у нее заявление на наследство после смерти в 2021 году ее отца, поскольку она не могла представить доказательства их родства.
Тогда заявительница обратилась в районный суд с иском о признании права собственности в порядке наследования и установлении в отношении нее отцовства. Поскольку истица родилась до 1 марта 1996 года (дата вступления в силу семейного кодекса РФ), районный суд опирался на статью 48 КоБС, и, имея на руках результаты генетической экспертизы, свидетельствующие с вероятностью 99,999 процентов о родстве с наследодателем, требования ее удовлетворил.
Но суды вышестоящих инстанций исключили это доказательство, поскольку оно не упомянуто в оспариваемой норме КоБС, а другие обстоятельства, там перечисленные, такие как совместное проживание и ведение общего хозяйства, совместное воспитание либо содержание ими ребенка, она доказать не смогла.
"При этом суды отметили, что ссылки на кровное родство в данном случае не являются основанием для удовлетворения иска", — добавили в пресс-службе КС РФ.
В итоге женщина обратилась в КС РФ, посчитав такую позицию судов несправедливой и даже странной.
Формализм судов
КС РФ отметил, что суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы — иное вело бы к ущемлению конституционного права на судебную защиту.
При этом КС РФ подчеркнул, что по действующему Семейному кодексу РФ суд при установлении отцовства принимает во внимание любые доказательства, с достоверностью подтверждающие происхождение ребенка, к которым относятся фактические данные, установленные с использованием средств доказывания, перечисленных в Гражданском процессуальном кодексе РФ.
"КоБС РСФСР также не предполагал отказа суда от исследования доказательств, касающихся кровного родства между ребенком и предполагаемым родителем, включая заключение молекулярно-генетической экспертизы, несмотря на то, что в названной норме оно не упомянуто", — сказано в постановлении КС РФ.
Таким образом, по мнению КС РФ, оспариваемую норму следует понимать как закрепляющую правило, касающееся оценки судом доказательств в делах об установлении отцовства, не имеющее концептуального отличия от регулирования, содержащегося в Семейном кодексе РФ.
КС РФ уверен, что в подобных делах заключение генетической экспертизы не может оставаться без надлежащей оценки судом наряду с иными доказательствами, но упомянул, что в судебной практике получило распространение иное толкование оспариваемой статьи, в соответствии с которым суды не признают экспертное заключение о наличии биологического родства относимым доказательством по делу. "Придание оспариваемой норме смысла, ограничивающего пределы доказывания по делам об установлении отцовства обстоятельствами, строго перечисленными в части второй данной статьи, и дифференцирующего состав этих доказательств в зависимости от даты рождения, не согласуется с гарантиями судебной защиты", — говорится в постановлении КС РФ.
В данном толковании статья №48 КоБС РСФСР признана не противоречащей Конституции РФ.
Правоприменительные решения по делу заявительницы подлежат пересмотру.