Найти в Дзене
Безнадёжный романтик

Зачем нужны детям страшилки? И какие истории лучше детям не рассказывать

Страшные истории для детей имеют педагогическую ценность - они помогают подготовиться ребёнку к страшному в жизни.  Это и любопытство, и желание самоутвердиться, подсознательное стремление приобрести опыт преодоления страха, жажда испытания. Но не все жуткие стихи и истории закаляют душу. Некоторые просто убивают, как, например, это: «Ехал Ваня на машине весь размазанный по шине». Такой ужасный юмор не столько приуготавливает человека к борьбе с убийством,  несправедливой силой и прочей мерзостью, сколько делает эту мерзость обыденной и привычной. А не лучше ли для профилактики страха вместо весело исполняемых страшных историй предложить детям шуточные истории, рассказываемые страшным голосом? Страшная ночная история с разбойниками Стояла ночь черным-черна, как черная стена. Текла река издалека, она была быстра. Одна поляна у реки огнем озарена, на ней разбойники сидят у яркого костра. И вдруг воскликнул атаман: «Эй, Джонни! Если ты не пьян, потешь, дружок, рассказом нас». И Джонни

Страшные истории для детей имеют педагогическую ценность - они помогают подготовиться ребёнку к страшному в жизни. 

Это и любопытство, и желание самоутвердиться, подсознательное стремление приобрести опыт преодоления страха, жажда испытания.

Но не все жуткие стихи и истории закаляют душу. Некоторые просто убивают, как, например, это: «Ехал Ваня на машине весь размазанный по шине».

Такой ужасный юмор не столько приуготавливает человека к борьбе с убийством,  несправедливой силой и прочей мерзостью, сколько делает эту мерзость обыденной и привычной.

А не лучше ли для профилактики страха вместо весело исполняемых страшных историй предложить детям шуточные истории, рассказываемые страшным голосом?

Страшная ночная история с разбойниками

Стояла ночь

черным-черна,

как черная стена.

Текла река

издалека,

она была быстра.

Одна поляна у реки

огнем озарена,

на ней разбойники сидят

у яркого костра.

И вдруг воскликнул

атаман:

«Эй, Джонни!

Если ты не пьян,

потешь, дружок,

рассказом нас».

И Джонни начал свой рассказ:

«Стояла ночь

черным-черна,

как черная стена.

Текла река

издалека,

она была быстра.

Одна поляна у реки

огнем озарена,

на ней разбойники сидят

у яркого костра.

И вдруг воскликнул

атаман:

«Эй, Джонни!

Если ты не пьян,

потешь, дружок,

рассказом нас».

И Джонни начал свой рассказ:

«Стояла ночь

черным-черна,

как черная стена.

Текла река

издалека,

она была быстра.

Одна поляна у реки

огнем озарена,

на ней разбойники сидят

у яркого костра.

И вдруг воскликнул

атаман:

«Эй, Джонни!

Если ты не пьян,

потешь, дружок,

рассказом нас».

И Джонни начал свой рассказ:

«Стояла ночь

черным-черна,

как черная стена.

Текла река

издалека,

она была быстра.

Одна поляна у реки

огнем озарена,

на ней разбойники сидят

у яркого костра.

И вдруг воскликнул

атаман:

«Эй, Джонни!

Если ты не пьян,

потешь, дружок,

рассказом нас».

И Джонни начал свой рассказ:

«Стояла ночь

черным-черна,

как черная стена.

Текла река

издалека,

она была быстра.

Одна поляна у реки

огнем озарена,

на ней разбойники сидят

у яркого костра.

И вдруг воскликнул

атаман:

«Эй, Джонни!

Если ты не пьян,

потешь, дружок,

рассказом нас».

И Джонни начал свой рассказ...

Немало лет прошло с тех пор,

но все еще горит костер

и ночь черна,

хоть выбей глаз,

и не кончается рассказ:

«Стояла ночь...»