— Тебе не обязательно туда идти, — Рома облокачивается на капот машины. — Мы можем вернуться домой.
— Нет, — уверенно отказываюсь. — Ты сам меня в это втянул, Алимбаев. Свалил на мою голову новости, а я — разбирайся.
Рома лишь улыбается, ничего не отрицает. Смотрит на меня, пока я изучаю ничем не примечательный подъезд.
Где-то там, на девятом этаже, живёт моя двоюродная сестра. Ощущения… Непонятные.
Я больше недели решалась — ехать или нет. Нужно вообще или забыть к чертям. Эта Марина для меня чужая.
Нет тёплых чувств, но нет и отторжения. Смешанные эмоции.
Впрочем, как и к Роме, который вызвался поехать со мной. Киру мы оставили у свекрови на выходных, а сами рванули в другой город.
Это не перемирие.
Это…
Нечто.
Меня ломает. Тянет к нему. Снова в пыль стирает.
Почему нельзя разлюбить человека по щелчку пальцев?
Почему даже со штампом в паспорте ничего не проходит?
Только сильнее зудит внутри. Жжёт, заражением расползается. Мешает думать нормально.
Я люблю Рому — это факт.
Я хочу его разлюбить — невыполнимое желание.
Я знаю, что смогу. Со временем. За год, два, десять — но это пройдёт. У всех же проходит, а я не особенная. Просто нужно время. Лечение от болезни под названием «любовь».
Я не останусь одна. Сейчас я в себе уверена куда больше. Я вижу чужие взгляды, не сомневаюсь в том, что для многих я всё ещё ничего такая.
Могут быть новые отношения.
Да.
Только внутри всё противится этому. Тошноту вызывает.
По факту, вопрос мужа (бывшего-бывшего-бывшего) был самым важным.
Нужен или нет.
Хочу я чего-то или нет.
И от этого зависит всё.
Я знаю ответ. Такой простой. Слабый, жалкий, но на поверхности плавает.
Намного глубже другой момент. Смогу ли я простить? Забыть, словно ничего не было. Жить дальше, а не постоянно дёргаться в сомнениях.
Я не уверена.
Ничего не знаю.
Где шпаргалка по отношениям?
После развода я попросила Рому о времени. Подумать, проанализировать, взвесить своё состояние.
Это просто привычка, тянет по заезженному маршруту.
Или тяга, потому что по-другому не получается? Нельзя просто.
— Ну? — Рома чуть встряхивает головой, отчего отросшая прядь падает ему на лицо. — Мне пойти с тобой?
Пальчики покалывает. От желания потянуться к мужу, поправить эту упавшую чёлку. Зарыться в мягкие волосы, вспомнить точно, какие они на ощупь.
Прижаться к колючей щетине, вдохнуть родной запах.
Столько этих хочется.
Которых я сама себе не позволяю.
— Я сама.
Решительно заявляю. Всю дорогу сюда прокручивала варианты, как пройдёт разговор.
С Мариной мы изначально списались в соцсетях. Обе отвечали аккуратно, напряжение через экран сквозило.
Но о встрече договорились.
Просто…
У неё никого тоже не осталось. И у меня. И захотелось проверить коннект. В конце концов, можно после уйти и забыть обо всём.
— Я подожду в машине, — соглашается Рома. — Ты мне только отписывайся, ладно?
— Думаешь, похитят? — пытаюсь шутить.
— Или ты их угробишь. Пойду соучастником, улики сотру. Просто держи меня в курсе, хорошо?
— Хорошо.
Обещание я выполняю. Несмотря на волнение от первой встречи, я время от времени отписываю Роме.
Даже когда мы с Мариной погружаемся с головой в детские воспоминания, я всё равно отписываю мужу. Пару строчек.
Разговор затягивается — я пишу мужу, чтобы он не ждал в машине. Хотя бы поел где-то, пока я тут.
Но Рома упрямый.
Ждёт, пока мы обсудим всё.
Оказывается, бабушка очень сильно разругалась с моей тётей после смерти родителей. Настолько, что они не общались.
Но и раньше, как я поняла, были тоже не близки. Просто в тот момент окончательно раскололись на две семьи.
Встреча затягивается намного дольше, чем я планировала. Не уверена, как дальше обернётся. Коннект есть.
Но с той же Ксюшей я чувствую себя намного уверенней.
Поэтому пока непонятно.
Но я рада, что это сделала. Закрыла вопрос, который терзал.
Теперь осталось решить, что с Ромой делать.
И в Новый год войти в новую жизнь.
— Почему расстёгнутая? — фыркает муж, встречая меня у самого подъезда. — Давай помогу с пуговицами.
— Ром, гипс же сняли. Я могу сама.
— Очевидно, не можешь. Начала раздетой гулять. На Киру рычишь, а сама…
У меня в груди екает от этого. Предательское сердце тут же реагирует.
Рома раньше так постоянно ворчал. Фыркал, когда я из университета выбегала без пальто к нему. Переживал, бухтел и накидывал на меня свою куртку.
А потом как-то перестал.
Теперь же…
Всё заново.
И я будто пьяна от накативших чувств.
— Дурак, — недовольно цокаю языком. — Ты всё время тут был? Мы же видели рядом кафе.
— Не хотел. Не переживай, с голода не умру. У меня свидание дальше по плану.
— Свидание? — я знаю ответ, но ревность царапает коготками. — И с кем?
— С одной обворожительной девушкой. Она любит котов, манговый чай и солёную еду.
— Я не соглашалась ни на какое свидание.
— А это уже не важно. Я давал тебе время. Честно старался не напирать. Окей. Время вышло.
— Я ещё не решила!
— Решила. Просто тебе страшно. Это нормально. Будем работать с этим по ходу дела. Я буду делать всё, чтобы этот страх ушёл. Но пока…
Мужчина подталкивает меня к машине. Настойчиво усаживает в салон, не давая даже возразить.
Но, откровенно, я не особо пытаюсь. Что-то фыркаю для вида, но по самодовольному лицу Ромы понимаю, что это не работает.
Он ныряет головой в салон, почти сталкивается носом с моим. Его губы непозволительно близко. Кожу пощипывает.
— Девушка, я похищаю вас для свидания, — нахально усмехается Алимбаев.
— Ром…
— Отлично. Вы знаете моё имя. А ваше?
— Евлампия, — фыркаю, стараясь не поддаваться заразительной улыбке.
— Врать похитителям нельзя.
— Кто сказал?
Рома смеётся, закрывая дверь. Я подхватываю, когда слышу щелчок замка. Он меня запер? Думает, я настолько с ума сошла?
Наблюдаю, как муж быстро обходит машину. Падает на водительское сидение, заводит двигатель.
— Осторожность не помешает, — отвечает на мой осуждающий взгляд. — Так, будем знакомиться? Рома, тридцать лет. В прошлом — редкостный мудак. Сейчас исправляюсь.
— И почему же?
— Потому что как мудак я потерял очень многое. Больше так не хочу. А, я временно безработный. Получил предложения о работе, но пока выбираю.
— Должность руководителя?
— Явно нескоро. Но я больше не спешу. Знаешь, решил, что сейчас я лучше время семье уделю.
Наверное, так бывает. Когда люди начинают меняться после того, как стало слишком поздно. Перешагнули грань и поняли, что сделали это зря.
Я вот представить не могла, что мне будет дико не хватать дома будильника в самую рань.
Банально.
Слушать сонное ворчание мужа, толкать его холодными пятками. И прижиматься на секунду, просто для того, чтобы почувствовать его тепло.
А ещё…
Мне нравилось готовить кофе Роме по утрам. Раньше, да. До момента, когда на меня свалилась гора из домашних обязанностей.
Готовить в турке, правильно. Слышать приближающиеся шаги, получать поцелуй в плечо.
Нежится в его объятиях, пока кофе закипает.
А потом всё превратилось в обязанность.
И потеряло свою магию.
Рома знает, что он потерял. Знает, что потеряет окончательно, если снова оступится.
Я… Понимаю, на какой риск иду.
— Семье, значит? — спрашиваю, справившись с голосом.
— Да. У меня есть дочь. Чудесная и активная. Бедовая немного, но это в маму.
— Эй! Почему это?
— Мама там такая же. Любит то ногу подвернуть, то руку сломать. То себя вдовой сделать, меня в могилу отправив. Но я заслужил, не подумай.
— Очень заслужил. Значит, свидание? — Да. Простое свидание. Одно.
— А потом?
— А потом ещё одно. И ещё. Юль, давай не заглядывать дальше? Попробуем. А дальше разберёмся. Как нам вернуть то, что я похерил.
Рома спрашивал нужен ли он мне.
По факту — нет!
Я справлюсь сама. И с ребёнком, и с работой. Я ведь могу выжить, добиться своих успехов, необязательно для этого иметь мужчину рядом.
Это по факту.
Но сердцу обычно наплевать на все факты.
Нужен.
Не потому, что без него не смогу.
Просто с ним было лучше.
— Одно свидание, — стараюсь звучать строго.
— Одно, — соглашается Рома.
Но по глазам вижу, что одним свиданием дело не ограничится.
Эпилог. Юля
Выстроить доверие заново намного сложнее.
Как башня из тысячи кирпичиков. Пошатывается, наклоняется, вот-вот разрушится. Удерживаем, учусь по новой собирать.
Рома задерживается на работе.
Кирпичик летит вниз.
Муж перезванивает, объясняет. На связи, без лишних истерик и обид. Честные разговоры, десять раз повторит всё, успокоит. Поймёт.
Я приезжаю с проверкой.
Крошка бетона осыпается, забивает лёгкие пылью.
Рома с начальством. В офисе. Цивильное совещание, а я чувствую себя круглой идиоткой.
И снова удерживаем башню. Отстраиваем.
Двигаемся дальше.
Недоверие — как маленькая червоточина. Ты её лечишь, прикрываешь, штопаешь. А она сидит внутри.
Напоминает о себе в самый неподходящий момент. Чтобы не расслаблялись раньше времени.
Любовь и яд, и лекарство.
Но точно не однозначный ответ.
Любить кого-то, строить отношения — это работа. Целый путь, который мы с Ромой проходим вместе. Вкладываемся одинаково.
А потом меня отпускает.
Разом, как по щелчку пальцев. Я даже не могу уловить этот момент, скользит между нашими тихими вечерами.
И поселяется в душе уверенностью.
Рома выбрал меня. Он мог после развода найти себе другую. Он красивый и успешный мужчина. Уверена, найти новую девушку для него не проблема.
Но он выбрал меня. Выбрал бороться за отношения и справляться с моим недоверием.
Как и я сделала свой выбор. Дать ещё один шанс. Попытаться открыться этому мужчине снова. Вернуть то, что мы потеряли.
Выбрала его. Снова. Из всех возможных вариантов.
Зачем же тогда так делала, если теперь сомневаюсь?
И отпустило.
— Оу.
Рома ухмыльнулся, когда я сильнее зарылась в его объятия. Ткнулась носом в шею, погладила колючие волоски на затылке.
Ощутила, что это — мой мужчина.
И всё стало легче.
Кажется, Рома ощутил тоже. Потому что прижался губами к моему виску. Проложил цепочку поцелуев вниз, задел губы. И сжал так крепко в своих руках, что под рёбрами затрещало.
Или это сердце так разыгралось?
Девять месяцев спустя мы просыпаемся в одной кровати. Точнее, просыпаюсь я. Рома дальше дрыхнет рядом, спрятав голову под подушку.
При этом его ладонь лежит на моём животе. Стоит пошевелиться, как мужчина прижимает меня обратно, поглаживает кожу. Щекочет.
И продолжает спать.
Высвободившись из хватки, я поднимаю с пола футболку мужа. Накидываю на себя, выхожу из спальни.
Я проверяю Киру. Глушу в себе смех. Дочь спит так же, как и Алимбаев! Спрятавшись под подушку и одеяло. Только обнимает она плюшевого мишку.
Внутри…
Чёткая, удивительная гармония.
Когда я чувствую, что всё…
Идеально.
Так, как я хотела.
Как мне нужно было.
На кухне нахожу резинку для волос, стягиваю пучок на затылке. Стараясь не шуметь, достаю своё новое приобретение.
Вчера увидела в магазине и не смогла удержаться.
Специальный набор для того, чтобы готовить кофе на песке.
Как любит Рома.
Нагревательная панель, кварцевый песок, турка. Всё сразу, чтобы можно было сразу перейти к приготовлению.
Чем я и занимаюсь.
Прикусив губу, изучаю инструкцию. Засыпаю песок, включаю нагрев. Чувствую себя так, будто атомную бомбу изобретаю.
Но мне просто захотелось сделать Роме что-то приятное.
Последние девять месяцев мы оба старались. Пытались исправить проблемы в отношениях, боролись друг за друга. Даже когда было очень больно и невыносимо.
Поначалу я жутко боялась, что это всё окажется напрасным. Я не смогу отпустить или муж решит вновь пойти по кривой дорожке.
Теперь это прошло.
Мы вместе.
Мне кажется, всё ещё навсегда.
Кофейный аромат начинает щекотать рецепторы, пока я кручусь. Убираю турку с песка, возвращаю обратно.
Как-то я уже пыталась сделать подобный напиток, но не получилось. Песок на сковородке прогрелся недостаточно, приходилось то увеличивать огонь, то уменьшать. И результат меня огорчил.
А тут — идеально всё.
— Ой! — я вскрикиваю, получив укус в плечо.
Крупные руки обвиваются вокруг талии, поджарое тело прижимается к моему.
Тепло проникает сквозь ткань, я расслабляюсь. Позволяю себе утонуть в чужом запахе.
Веду кончиками пальцев по крупным венам на руках мужчины. Он напрягается. Знаю, что щекотно. Знаю, что ему так нравится.
— Вот кто украл мою футболку, — ухмыляется Рома, оттягивая воротник ниже. Целует плечи.
— Я не слышала, как ты подошёл, — бормочу с претензией. — Уже проснулся?
— Я проснулся в момент, когда ты сбежала от меня. Но вставать не хотелось. А ты выманила меня запахом кофе. Вкусно пахнет.
— Я не стала экспериментировать с пряностями сегодня. Посмотрим, как получится.
Стараясь скрыть необъяснимую нервозность, я дёргаю плечом. Рома упирается в него подбородком. Стискивает сильнее.
У нас всё налаживается, обиды и страхи утихают, но при этом все прикосновения становятся крепче. Желание — сильнее.
Словно наступил второй медовый месяц, затянувшийся надолго. Рома сейчас такой же, как был раньше. В начале наших отношений.
Или даже лучше.
— Подашь кружку? — прошу, а мужчина тянется, не отпуская меня. Начинаю смеяться: — Ром! Ты меня сейчас завалишь, и я упаду!
— Не упадёшь. Я поймаю. Доверяй мне, Юльчонок.
И я доверяю.
Прячу смех на его груди, когда муж раскручивает меня, наклоняет. Но всё-таки умудряется найти нужную кружку.
— Ром!
Возмущаюсь, когда муж поднимает меня на руки, но сама хватаюсь за него сильнее. Рома усаживает меня на кухонную тумбу, сдвигая всё в сторону.
Перехватываю банку кофе, которое почти улетает на пол. Прижимаю к себе, чтобы не шумело.
Муж сам переливает из турки в кружку, аккуратно отставляет в сторону. А после прижимается к моим губам.
Коротко, а при этом настойчиво. Поцелует свой утренний поцелуй, вызывая во мне бурю эмоций.
Вроде быстро действует. Но успевает и укусить мою губу, и провести языком по отметинам. Гладит поясницу, чуть царапает.
— Ну? — толкаю его носком в бедро. — Я жду отзыва на кофе.
— Вкусно, — тихо произносит мужчина, смотря на меня.
— Ты ещё не попробовал.
— Угу. Но было вкусно.
И снова прожигает взглядом мои губы.
Воздух становится тяжёлым и раскалённым. Рома не отводит взгляда, тянется за кофе. Делает первый глоток.
Жмурится от удовольствия.
У меня пульс шалит.
— Спасибо, Юль, — благодарит искренне. Перехватывает мою ладонь и прижимается к ней губами. — Очень вкусно.
— Я рада, что тебе понравилось.
Мне самой приятно, когда ему приятно.
И хочется радовать.
Ведь теперь я вижу отдачу. Искренняя благодарность. Когда Рома не воспринимает это как данность.
Мужчина ведёт ладонями по моим голым бёдрам, забираясь под футболку. Мурашки следуют за ним.
На муже только пижамные штаны. И я могу пронаблюдать вблизи за тем, как напрягаются кубики пресса, когда веду по ним пальцами.
Надавливаю коготками, а вибрацией отдаёт внизу моего живота. Жар плывёт по телу, охватывая всё сильнее.
Муж разводит мои ноги шире, исследует губами ключицы. Нагло шарит под футболкой, расплавляя меня.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Кучер Ая