Вопросительный знак в заглавии поставлен, скорее, во избежание обвинений в кликбейте. Признаки действительно обнаружены. И вопросов тут нет. Другое дело, что «признаки» и «жизнь», это немного о разном. Так-то признаки жизни, – вещества, появление которых в атмосфере очевиднее всего объясняются биогенными процессами, – давно уже найдены на Венере и Марсе. Теперь же «Джеймс Уэбб» сумел рассмотреть их на экзопланете.
Кстати, если прежде, в эпоху «Хаббла» экзопланеты обнаруживались по косвенным признакам, то «Джеймс Уэбб» действительно экзопланеты «видит». Регистрирует непосредственно, как отдельные источники излучения, спектр которого телескоп способен снимать. Таким образом, может быть получена информация о составе атмосферы планеты. Пока только атмосферы, поскольку лучи света отражаются преимущественно от неё. Увидеть поверхность экзопланеты «Уэббу» ещё ни разу не удалось.
Следовательно о планете. Это находящаяся в 120 световых годах от Земли К2-18 b. Мир представляет собой гикеан, согреваемый лучами красного карлика. Гикенами же теперь именуются «водяные» (формировавшиеся за снеговой линией и на половину состоящие из льда, как спутники Сатурна) суперземли. Такая планета покрыта удерживаемым от закипания высоким давлением атмосферы бездонным океаном. Слой воды достигает тысяч километров, но жидкая она только у поверхности. «Дно» океана образуют слои горячего, как лава, экзотического льда.
Собственно же К2-18 b превосходит Землю в 8 раз по массе и 2.7 раза по диаметру, – что и выдаёт её природу, для каменистого тела плотность слишком низка. Планета вращается в гравитационном захвате, делая оборот вокруг звезды и вокруг собственной оси за 33 дня. И самим фактом наличия у себя атмосферы из углекислого газа и метана доказывает, что с обитаемостью окрестностей красных карликов не всё так безнадёжно. Вспышки нестабильного светила, очевидно, не могут «сдуть» атмосферу планеты в зоне Златовласки (как минимум, если это суперземля). Не смогли же, раз атмосфера на месте. Вероятно также, что К2-18 b,несмотря на медленное вращение, обладает сильным магнитным полем. В противном случае, метан и водяной пар в её атмосфере «горели» бы, превращаясь в сажу и кислород. Однако… да. Первым открытием совершённым при наблюдении К2-18 b стало именно наличие в её атмосфере водяного пара.
Реконструкция условий на поверхности планеты оставляет массу вопросов. С одной стороны, К2-18 b получает на единицу площади только на 5% больше света, чем Земля… Но греется-то она, именно, с одной стороны. Красноватое солнце неподвижно висит в зените над «дневным» полушарием. Возможно, вода там кипит, создавая тот самый пар, выпадающий в форме снега на дрейфующие льды на ночном полушарии... А возможно, и не кипит. Здесь все переменные неизвестны. Определить плотность атмосферы (кроме того, что она не ниже, чем у Земли) пока нельзя. Соответственно, неизвестно давление на поверхности, – как и температура, также зависящая от плотности атмосферы и парникового эффекта. Температура же кипения воды повышается с ростом давления.
Но, так или иначе, «Джеймс Уэбб» увидел в атмосфере К2-18 b диметилсульфид. На Земле это соединение отвечает за характерную вонь «цветущих» водоёмов. Эффективные абиогенные механизмы его производства науке неизвестны, между тем, над волнами гикеана этой вони, буквально, как грязи. Раз уж телескоп за 120 световых лет её учуял.
...В чём засада? Есть засада. На основании существующих моделей воды гикеанов представляются неблагоприятной средой для жизни. И в первую очередь ввиду дефицита «удобрений». Ведь жидкая вода не контактирует с каменным ядром. В случае же К2-18 b видно, что в океане планеты много, как минимум, серы. Следовательно, в моделях есть изъян. Если же мы чего-то не понимаем, нет и уверенности, что происхождение диметилсульфида (в непонятных условиях) не может быть абиогенным.