- Я не могу… - потрясённо пробормотал Валерий.
- Ты женат, наверное, да?
Он смущённо кивнул.
- Ну и ладно! Я же не претендую. Просто такой красоты не видела ни разу, вот и решилась.
- Но как же так вышло, что ты… никогда, ни с кем. Как?
- Я постоянно пишу. Мне как-то не до этого...
Все рассказы о жизни
В основном, люди встречаются, знакомятся, сближаются и создают семьи, в молодом возрасте. Гормоны и любопытство толкают их в объятия друг к другу. Кто-то ошибается, кто-то находит свою половину сразу и на всю жизнь – всяко бывает. Но случаются и другие истории. Когда люди так и не находят свою половинку. И не потому даже, что не судьба. Просто… не хотят. Одну такую историю я вам сегодня и расскажу.
Наша героиня родилась в интеллигентной творческой семье. Родилась не с золотой ложкой в зубах, но с кистью в одной руке и мольбертом – в другой. Отец её тоже был художником. Талантливым и непризнанным. Но помимо прекрасных картин, Дмитрий освоил ремесло, и семью свою кормить научился. Лена росла не в роскоши, но ни в чём не нуждалась. Главное, ей всегда вовремя покупали кисти, краски и альбомы.
Картины Лены тоже грозили не найти своего почитателя. Она не занимала никаких конкурсов. Педагоги и комиссии смотрели на завораживающие рисунки ребёнка и говорили:
- Красиво… только ведь совсем непонятно!
Почему кто-то когда-то понял странную абстракцию всемирно известного авангардиста, но не понимал её рисунков, Лена не знала. Но особо не грустила. Ей совсем неважно было признание. Лене было важно только одно: рисовать. Или писать картины, как называлось это в профессиональной среде. Лена выросла, сменила альбомный лист на холст, поступила на художественный факультет института искусств. Окончила с отличием. Правда, руководитель мастерской тоже советовал Лене упростить свои абстракции. Точнее, писать не только их.
- Ты бы могла книги иллюстрировать, - сказал он Лене. – Родители-то у тебя не вечные. Не всё искусство понятно широкой аудитории. А иногда признание приходит к художнику только посмертно.
Лену не интересовало признание. Ела она, что было, не замечая, что именно ест. Платья носила годами, не обращая внимания на их состояние. В их семье за всем следила мама. Она в своё время направила Дмитрия по нужному пути, а то бы тоже так и витал в облаках. Что же касается единственной и любимой дочери, Валентина не мешала ей творить. Лена же ничего не требовала, никаких вредных привычек не заимела даже в институте. А когда человек не пьет, не курит, ест, что придётся, и не интересуется даже модой – много ли денег надо, чтобы его содержать?
Для картин Лене всё покупал отец. Как-то он заговорил с дочерью:
- Скажи, вот ты почти всё время в мастерской. У тебя есть какая-то определённая цель?
- Цель? Какая, например?
- Люди пишут, чтобы чего-то добиться. Попасть на выставку. Получить награду. Или сотворить что-то такое, чего ещё никому не удавалось. Что потрясёт мир. Есть у тебя цель, Леночка?
- Пап… но ведь я уже всё поняла, ещё в школе. И потом, в институте. Мои картины не для всех.
- Так вот как раз такие, как ты, и создают шедевры.
- Я не знаю. Может и создам. Но цели такой нет.
- Ладно… ладно! Но замуж-то ты собираешься? Тебе уже двадцать пять скоро.
- Замуж?.. – озадачилась Лена. – Замуж надо, наверное.
- Сидя в мастерской, замуж нельзя выйти. Надо куда-то ходить. Странно, что ты в институте не влюбилась.
Да она влюбилась в институте. Ну, так… немножечко. Но парень, в которого влюбилась Лена, был занят. Он был самым красивым на курсе, и у него была видная, яркая подружка. Лену бы он никогда не разглядел за её лохматой, не всегда промытой, головой, и стоптанными туфлями.
- Ох, Валя… что-то мы упустили с тобой, видимо. Внуков не дождёмся.
- М-да… слушай, а если летом, на даче, познакомить её поближе с Мишей?
- Как ты её познакомишь? Она в мансарду забурится, в мольберт вцепится, и не выкуришь её оттуда.
- Ничего. Выкурим. Сделаем там ремонт. Пока делаем – вот тебе и повод будет с Мишей познакомиться.
Миша был неженатым двадцатисемилетним сыном соседей по даче. У него была своя проблема, почему он не женился. Родившись в интеллигентной семье двух институтских преподавателей, Миша с детства проводил время в отцовской библиотеке. Мальчик всей душой полюбил читать. Вытащить его из библиотеки было решительно невозможно. Он читал при каждом удобном и неудобном случае, рано посадил себе зрение и ходил в очках.
Окончив институт, Михаил устроился на работу, а всё свободное время проводил дома, с книгой. Правда, подружка у него была. Ксения. Они учились вместе ещё в школе. Ксения была из простой семьи. Мама – буфетчица, папа – водитель. Но Ксении так нравился Миша, что она упорно грызла гранит науки и даже поступила в один институт с объектом своей страсти. Мишу же Ксения интересовала, но постольку поскольку. Он с ней иногда встречался, и не более. Ровно до того момента, пока она не начинала ему мешать читать.
Родители Михаила его отношений с Ксенией не особо приветствовали. Слишком уж настырна была девица. Невоспитанная какая-то. Если бы они знали, что никакой другой условной Ксении, Маши или Даши не появится в жизни Михаила вовсе, может быть так сильно бы и не возражали против этой девушки. Когда соседи по даче предложили познакомить Мишу с их Леной, Григорий и Татьяна согласились.
- Да они знакомы ведь, - только и сказала Таня Вале.
- Знакомы. Но я тебе о другом говорю.
- Да я поняла. Вот только как вытащить Мишу из комнаты и оторвать от книги.
- Мы своей сказали, что мансарду ремонтировать будем. Она к речке писать ушла, - пожаловалась Валя.
- Что за дети у нас, Валюша? Что за наказание? Так ведь и не женятся, и замуж не выйдут, если будут сидеть.
- Мы им не дадим этого сделать!
С грехом пополам родители вытащили своих детей на совместный ужин. Ели шашлык и салат, пили вино. Ненавязчиво презентовали своих выросших детей. Какие они умные да талантливые. Потом Дмитрий выставил на подоконник старый магнитофон и включил музыку. Пригласил свою жену на медленный танец. Гриша с Таней тоже пошли танцевать. Михаил наморщил нос и сказал Елене:
- Тебе не показалось?..
- Какой уж тут «показалось». Сводят нас. Очевидно.
И вздохнула, тоскуя по кисти и холсту.
- Ну давай не будем огорчать стариков. Давай потанцуем, - предложил Миша.
Они встали и присоединились к родителям на импровизированной танцплощадке. Остаток вечера прошёл довольно душевно. Ещё танцевали, и мило беседовали, потом родители дружно взялись убирать со стола, обещая чай с плюшками, но в итоге просто ретировались.
Лена с Мишей какое-то время ещё общались. В принципе, им было вместе довольно интересно. Лене, наверное, чуть интереснее, чем Мише. Она не могла сейчас пойти писать. Её любимую мансарду захламили какими-то стройматериалами, а на природе вечером не порисуешь. Миша же вполне мог уединиться со своим новым детективом Дика Френсиса. Из вежливости, и потому, что Лена была неглупа, Михаил уделил ей чуть больше времени, чем уделял женщинам в принципе.
Наутро Таня спросила сына, как ему Лена. Может быть, он пригласит её погулять? На речке искупаться? Миша, который даже за завтраком не расставался с книгой, спросил:
- Мам, ты чего от меня хочешь-то?
- Да просто не хочу, чтобы ты постоянно читал! Вокруг есть жизнь, если ты не заметил. Людям плохо по одиночке. Тебе пора задуматься о семье. Миша, тебе скоро двадцать восемь лет.
- Да не буду я жениться на Ленке! – возмутился Михаил.
- Почему? Умная девочка. Симпатичная. Что не так?
- У неё пятки чёрные.
- Так мы да даче! Она маме вчера помогала на грядках, вот и чёрные.
- Понимаешь, мама… пятки – это деталь. Мелочь. Ну, повозилась в огороде, а ноги не помыла – зачем? Дача же. И так сойдёт. Но проблема в том, что Лена такая и есть. Да, умная и симпатичная. Разговаривать с ней интересно. Только ей плевать, что на ней надето. В каком состоянии её пятки, или хоть волосы – неважно. Она не следит за собой. Она вся в своём творческом процессе. Понимаешь?!
- А ты весь в чтении, с утра до ночи. Только на работе и не читаешь. Тебе отец машину предлагал, ты что сказал?
- Что?
- Что ты в автобусе читаешь, а в машине – не сможешь. Это ненормально, постоянно читать! Я внуков хочу.
- Обязательно, что ли?
- Да!
- Так у вас Глеб есть.
Глеб был маленьким сыном Мишиной сестры, Варвары. Она вышла замуж, уехала в другой город, родила сына. Родителей и брата особо визитами не баловала. Таня, стесняясь своих естественных желаний, устало опустилась на стул. Конечно, так откровенно призывать сына жениться и требовать внуков, это не комильфо, но что поделать, если и правда хочется. Хочется понянчиться с малышом, который будет рядом, а не за тысячу километров. Хочется, в конце концов, счастья своему сыну. И уже понятно, что затея со сводничеством провалилась. От этого ещё более неловко.
- Мама… мам!
- Что, Миша?
- Ну не буду я жениться на Лене.
- Я поняла уже.
- Я вообще как-то не очень хочу жениться. Жена ведь уже хрен даст почитать.
- Миша! Не выражайся!
- А я что? Я ничего. Может я ещё и женюсь. Позже. Потом.
- Да иди уже со своей книгой! Сил нет смотреть на тебя.
Лена и Миша остались каждый при своём интересе. Правда, спустя ещё десять лет, терпеливая и настырная Ксения женит Мишу на себе. К тому времени у неё уже здорово уменьшится список требований к супругу. Она столько лет его добивалась, что Ксении стало неважно, чем занят муж. На работу ходит? Ходит! Ребёнка они родили? Родили! Ну и читай себе свои книги на здоровье. Ксения получила, что хотела. Статус замужней женщины. Сына Максима. Родители Михаила, поначалу не слишком привечавшие Ксюшу, смирились и приняли. Радовались появлению на свет Макса. Любили внука. Что же касается Михаила… стал ли он меньше читать? Нет, не стал. При каждом удобном и не слишком удобном случае он открывает свой портфель, поправляет очки на переносице, и погружается в чтение очередной книги. Вот такой уж он, книгофил.
Лена дальше писала картины, а потом решила попробовать что-то новое. Она вышла на центральную улицу города со своими красивыми, малопонятными обывателю, абстракциями, и дополнительно предложила услугу по написанию портрета. У них в городе была улица, на которой в выходные организовывалась небольшая ярмарка творческих работ. Там были не только картины. Продавались красиво связанные спицами и крючком вещи. Слепленные из глины фигурки. В общем, Лена решила, что хватит сидеть на шее у родителей – они не молодеют. Вышла на ярмарку, и… не продала ни одной картины. Зато портреты у неё заказывали. Лене было невероятно скучно писать эти портреты, но ведь она училась. Технику знала. Что подзабыла, вспоминала понемногу.
Однажды пришёл он. Заплатил. Сел на стул. Лена впервые вдохновилась лицом заказчика – он был в самом деле красив.
- Вы мне польстили, - сказал мужчина, рассматривая портрет.
- Нет. Вы правда такой. Возможно, я даже что-то упустила.
Валерий – так его звали – пригласил Лену на чашечку кофе. И она пошла. Потом они долго гуляли, а после Валера пригласил её к себе в гостиницу. В их городе мужчина был в командировке. Лена пошла, недолго думая. И там… поразила его до глубины души, сказав, что она девственница.
- Я не могу… - потрясённо пробормотал Валерий.
- Ты женат, наверное, да?
Он смущённо кивнул.
- Ну и ладно! Я же не претендую. Просто такой красоты не видела ни разу, вот и решилась.
- Но как же так вышло, что ты… никогда, ни с кем. Как?
- Я постоянно пишу. Мне как-то не до этого. В институте мне нравился парень, тоже очень красивый. Но у него была подружка – звезда местная. А я простая совсем.
- Неправда. Ты же знаешь, ты очень красивая. Не можешь не знать. Ты ведь художник.
Он сжал её лицо в ладонях и заглянул в глаза.
Лене повезло с первого раза. Ну, или очень не повезло – она была в смятении. Валерий ушёл в свою жизнь, а она через время обнаружила, что беременна. Лена перестала есть и спать. Мама, естественно, заметила.
- Что-то случилось?
- Ох… только не говори папе!
- Что такое?!
Узнав новости, Валентина очень обрадовалась.
- Мама… но я же не замужем!
- Да плевать!
- Мам… я и не выйду замуж! Он женат. И мы даже не обменялись контактами. Я не знаю, что мне делать…
- И думать нечего!
Валентина осторожно донесла новость до мужа. Дмитрий немного огорчился и сильно обрадовался. Радости было больше, поэтому никто не заводил разговоров об отце ребёнка. Они просто ждали появления на свет нового человека. И он… появился.
У Лены родилась дочка. Копия своего отца. Лена уже начала забывать Валеру, а тут смотрела на красивые черты новорождённой девочки, и вспоминала. Оказывается, и новорожденные могут быть красивыми.
- Как назовёшь? – спросила Валя.
Лена бы назвала Мэри, в честь одной талантливой художницы-абстракционистки, но не стала смешить людей. Назвала Машей. Решила, что будет называть дочку Мэри иногда. Для себя.
Дмитрий и Валя не чаяли в Машеньке души. Лена по-прежнему писала картины. В выходные выходила на ярмарку и зарабатывала портретами. Валерия она больше так никогда и не видела. Но это не огорчало Лену, ведь она и не была влюблена в отца своей дочери. Лена была уверена, что она так и не будет счастлива в личной жизни. Никогда. Ей просто этого не надо. Наверное, большая удача, и даже счастье, что она, будучи такой вот, не вполне нормальной, смогла родить для себя ребёнка. Да! Удача и счастье, иначе и не скажешь.
Маше было шесть лет, когда по пути на дачу машина дедушки и бабушки попала в страшное ДТП. Валентина скончалась на месте, Дмитрий умер в больнице спустя несколько часов. На Марии, которая ехала с ними на заднем сидении, не было ни царапины – у машины пострадала только передняя часть. Зато как. Всмятку.
Так Лена с Машенькой остались вдвоём. Лена похоронила и оплакала родителей. Ей пришлось выбрать дочь, а не картины. Их и так было уже написано великое множество – вся мастерская завалена. Лена продала дачу и сделала вклад в банке, чтобы жить на проценты. Маша вскоре пошла в школу, Лена помогала ей с учебой, заботилась, а в выходные дочка помогала маме. Она росла бойкой и очень красивой. Когда такая кукла, округлив глаза, говорила прохожим: «Не хотите ли портрет? Моя мама очень красиво рисует!», никто не мог ей отказать. Ну, или почти никто.
Так что, жили Лена с Машей хорошо. Только очень скучали по бабушке с дедушкой.
- Нарисуй их! Нарисуй бабу с дедом, - просила Маша.
Она, к сожалению, или к счастью, не имела способностей к рисованию.
Однажды Лена всё-таки засела за портрет родителей. Писала и слёзы текли по её щекам. Она прикладывала немало усилий, чтобы не скатиться в абстракционизм. Ей хотелось просто хороший семейный портрет: мама сидит на диване, а папа рядом, обнимает её. Просто красивый портрет, чтобы хоть на мгновение показалось, что они снова живы, и снова дома. Наверное, Лена не очень талантливый художник… вряд ли она сможет сделать всё настолько хорошо.
Однако, Маша, которой было уже почти десять, оценила готовую работу:
- Вау! Как живые, мам!
Они обнялись и немножко поплакали. Пройдёт пятнадцать лет, и Маша сумеет открыть выставку своей матери. Она сделает Лену знаменитой. В определённых кругах знатоков, но картины будут продаваться. Иногда признание может прийти и при жизни. Правда, ключевое слово тут «иногда».
Рассказ на реальных событиях.
Навигация канала - много прозы и стихов
Канал существует в том числе благодаря поддержке читателей. Для донатов:
Карта сбербанка 2202 2056 7696 0161
Тинькофф 2200 7007 4722 8210
мой телеграмм - прозу теперь можно читать прямо там