Найти в Дзене

Невроз сердца - почему кардиологи не могут с ним справиться?

Я ненавижу этот мостик через железнодорожные пути. Каждый раз, когда я перехожу через него, чувствую тревогу, переходящую в панику. Мостик высокий и длинный, деться с него некуда, ты у всех на виду. Быстро спуститься не выйдет - до противоположного края десятки метров. Когда дохожу до середины, сердце начинает молотиться, как бешеное, на лбу выступает пот, ноги подкашиваются. Это паническая атака. Как ни успокаивай себя, ничего с ней не поделать - начинается и отнимает силы. Сегодня мы поговорим с вами о "неврозе сердца" - болезни, при которой мы чувствуем, что с нашим сердцем что-то не так, а врачи ставят какие-то пустяковые диагнозы вроде "вегетососудистой дистонии", и вместо настоящего лечения дают такие "полезные" советы, как пить настойку пустырника или принимать контрастный душ. Первой поделиться с нами своей проблемой Мария Рябинина, учительница из Москвы. Меня зовут Мария Васильевна, мне 54 года, и я учительница русского языка. Всю жизнь я гордилась своей работой и отношение
Оглавление

Я ненавижу этот мостик через железнодорожные пути. Каждый раз, когда я перехожу через него, чувствую тревогу, переходящую в панику. Мостик высокий и длинный, деться с него некуда, ты у всех на виду. Быстро спуститься не выйдет - до противоположного края десятки метров. Когда дохожу до середины, сердце начинает молотиться, как бешеное, на лбу выступает пот, ноги подкашиваются. Это паническая атака. Как ни успокаивай себя, ничего с ней не поделать - начинается и отнимает силы.

Невроз сердца, или кардионевроз - как его лечить?
Невроз сердца, или кардионевроз - как его лечить?

Сегодня мы поговорим с вами о "неврозе сердца" - болезни, при которой мы чувствуем, что с нашим сердцем что-то не так, а врачи ставят какие-то пустяковые диагнозы вроде "вегетососудистой дистонии", и вместо настоящего лечения дают такие "полезные" советы, как пить настойку пустырника или принимать контрастный душ.

Первой поделиться с нами своей проблемой Мария Рябинина, учительница из Москвы.

Мария Рябинина, 54 года, Москва

Меня зовут Мария Васильевна, мне 54 года, и я учительница русского языка. Всю жизнь я гордилась своей работой и отношением к ученикам, но последние месяцы моя жизнь превратилась в бесконечную борьбу с самой собой.

Первый приступ случился весной, накануне контрольной. Весь день я проверяла горы тетрадей, готовила раздаточный материал и думала о том, как дети напишут тест. У меня всегда были высокие требования к себе: не опоздай, сделай всё на отлично, ведь от твоей работы зависят их оценки и будущее.

Вечером я села на диван передохнуть, как вдруг почувствовала, будто на грудь положили тяжёлую плиту. Сердце заколотилось, как птица в клетке, руки онемели, а в голове пронеслась мысль: "Сейчас остановится, и всё закончится". Я пыталась сделать глубокий вдох, но воздуха не хватало, как будто комок в горле застрял.

Мужа рядом не было — он давно ушёл, а дети уже взрослые и живут в других городах. Я осталась одна со своим страхом. С трудом дотянулась до телефона и вызвала скорую. Когда приехали врачи, давление было немного повышено, но сердце оказалось в порядке. "Просто перенервничали", — сказали они.

Я попробовала забыть об этом случае, но приступы начали повторяться. Особенно часто это происходило после напряжённых дней в школе или, наоборот, в тишине дома, когда оставалась наедине со своими мыслями. Ощущение, что сердце выскакивает из груди, липкий пот, холод в руках — это стало моим ежедневным спутником.

В какой-то момент я начала бояться даже выходить из дома. А вдруг это случится в автобусе? Или на улице, где никто не поможет? Я перестала ходить в магазин, всё покупала через доставку. Однажды не смогла выйти на работу — меня накрыл приступ прямо на пороге.

Врачи говорили: сердце у вас здоровое, займитесь нервами. Мне стало обидно, как будто они решили, что я всё это придумываю. Но однажды моя коллега, которая заметила моё состояние, порекомендовала обратиться к психологу.

Сначала я сомневалась. Как мне помогут разговоры? Но на первой же встрече психолог сказала мне: "Вы не с сердцем боретесь, а со своими страхами и тревогами". Тогда я впервые задумалась, что, возможно, мои ощущения — это способ, которым тело пытается "сказать" мне о том, как я давно себя чувствую.

Мария Рябинина
Мария Рябинина

Я начала вести дневник и записывать, что именно вызывает у меня тревогу. Это помогло увидеть, что я постоянно требую от себя слишком многого, а окружающим позволяю слишком мало. Постепенно я учусь расслабляться, уделять время себе, а не только работе и детям.

Конечно, это непросто. Приступы всё ещё случаются, но теперь я понимаю, что это не смертельно. Если чувствую, что начинаю задыхаться, я сажусь, закрываю глаза и медленно дышу. И самое главное — говорю себе: "Это просто тревога, она пройдёт".

Я не скажу, что уже полностью выздоровела, но теперь у меня есть надежда. А главное, я начала замечать, что в жизни есть место и для радости, если научиться заботиться о себе.

Андрей Мельников, 28 лет

А вот и история молодого человека, Андрея Мельникова. Ему всего 28 лет, но и ему врачи поставили тот же диагноз, что и Марии - "кардионевроз".

Меня зовут Андрей, мне 28, и раньше я считал себя абсолютно здоровым. Всё началось полгода назад, и до сих пор не могу поверить, что это происходит именно со мной.

Первый раз это случилось поздним вечером. Я сидел на кухне с ноутбуком, закрывал срочный проект. День был тяжёлый, как обычно: звонки, дедлайны, презентация, бесконечные правки от начальника. Я чувствовал усталость, но решил доделать всё, чтобы "завтра было легче".

И вот, в какой-то момент, я почувствовал резкую боль в груди. Словно что-то сдавило сердце, как тисками. Начало колотиться бешено, будто кто-то запустил в груди барабан. Грудная клетка онемела, руки стали ледяными, а пот градом полился со лба. Я не мог вдохнуть нормально, словно воздух вдруг закончился. Голова закружилась, и в ушах появился гул.

Первая мысль: "Сердечный приступ. Сейчас умру". Я схватил телефон и уже собирался звонить в скорую, но тут меня начало отпускать. Всё это длилось, может, минут десять, но показалось, что прошла целая вечность.

На следующее утро я всё-таки пошёл к врачу. Сделали ЭКГ, УЗИ сердца, сдал анализы. Всё в порядке. Врач сказал: "Ты здоров. Возможно, это было из-за стресса". Тогда я подумал, что это разовая история. Но нет.

Через пару недель я снова почувствовал похожие симптомы. В этот раз это случилось прямо на совещании, когда шеф начал критиковать мою работу. Сначала сердце "провалилось", а потом бешено заколотилось. Я пытался дышать глубже, но становилось только хуже. Казалось, что вот-вот потеряю сознание. Я нашёл повод выйти из кабинета, но в душе был уверен, что со мной что-то серьёзное.

С тех пор эти приступы стали происходить всё чаще. Они возникают, когда я волнуюсь или даже без видимой причины. Каждый раз это будто нож в сердце: сначала паника, потом холод в руках, дрожь, потливость. Я боюсь ехать в метро, потому что думаю, что мне станет плохо, а никто не поможет.

Я прошёл ещё несколько врачей. Каждый из них повторял: "Сердце у тебя как у космонавта". И только один терапевт посоветовал обратиться к психотерапевту. Тогда я впервые услышал термин "кардионевроз".

Андрей Мельников
Андрей Мельников

Честно говоря, сначала я был скептически настроен. Как это — у меня нервы? Я же всегда держу себя в руках. Но сейчас понимаю: причина не в слабости, а в том, что я просто загнал себя в угол. Моя тревога, постоянное напряжение — вот что "играет на нервах" и заставляет тело выдавать такие сигналы.

Я начал работать над этим: сходил к психотерапевту, стал больше гулять и постепенно учусь говорить "нет" своей работе. Путь долгий, но я уже чувствую, что понимаю своё тело лучше. Теперь, когда наступает приступ, я стараюсь дышать медленно и напоминать себе, что это всего лишь сигнал, а не смертельная угроза. И знаете, становится легче.

Как психотерапевт помог Андрею и Марии?

По счастью, оба этих пациента - и Андрей, и Мария - сделали правильный выбор. Они обратились к психотерапевту, который верно поставил им диагноз и помог справиться с бедой. Послушайте рассказ врача, который нашел верный ключик к "неврозу сердца".

Как психотерапевт, я понимаю, что кардионевроз — это проблема не сердца, а разума, который сигнализирует о накопленных эмоциях, тревогах и стрессах. Несмотря на схожесть их симптомов, подход к лечению Андрея и Марии немного отличался из-за их возраста, личной ситуации и характера.

Работа с Андреем Мельниковым

1. Первичная встреча

На первом сеансе я объяснил Андрею, что его сердечные приступы — не что иное, как проявление тревожного расстройства. Сердце у него здоровое, а его тело просто реагирует на стресс через симпатическую нервную систему.

2. Понимание триггеров и когнитивная работа

  • Мы составили список ситуаций, в которых у Андрея возникают приступы. Большинство из них связаны с его работой и страхом потерять контроль.
  • С помощью когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) мы разобрали его мысли в момент приступов. Например, его убеждение "Сейчас я умру" заменили на "Это моя тревога, она не убьёт меня, я справлюсь".

3. Обучение расслаблению

  • Я обучил его техникам глубокого диафрагмального дыхания: вдох на 4 секунды, задержка на 4 секунды, выдох на 6. Это помогает быстро успокоить нервную систему.
  • Также мы ввели практику прогрессивной мышечной релаксации, чтобы Андрей учился ощущать разницу между напряжением и расслаблением в теле.

4. Жизненный баланс и стресс-менеджмент

  • Мы пересмотрели его рабочий график. Андрей начал выделять время на отдых, спорт и хобби.
  • Я рекомендовал ему вести дневник благодарностей, чтобы переориентировать фокус с напряжения на позитивные моменты.
Работа с молодым человеком принесла свои результаты.
Работа с молодым человеком принесла свои результаты.

Результат

Через 3 месяца Андрей заметил, что приступы стали реже и слабее. Он научился распознавать свои тревожные мысли, справляться с ними и даже начал задумываться о смене работы на менее стрессовую.

Работа с Марией Рябининой

1. Создание атмосферы доверия и поддержка

Для Марии ключевым было дать ей почувствовать, что её переживания реальны, её слышат и понимают. Я объяснил, что её симптомы связаны с накопленным стрессом и одиночеством, а не с реальными болезнями.

2. Работа с эмоциями и прошлым

  • Мы начали с изучения её эмоционального состояния. Мария привыкла подавлять свои чувства, и я помог ей осознать, что её тревога — это результат непрожитых эмоций, накопленных за годы.
  • Мы обсуждали её роль учителя и матери. Она поняла, что не обязана быть "идеальной" во всём, и это стало для неё большим облегчением.

3. Техники управления тревогой

  • Вместе мы практиковали медитации осознанности (mindfulness). Она начала уделять 10 минут в день простой практике: сосредотачиваться на дыхании и ощущениях в теле.
  • Я научил её визуализации: представлять, как она наполняет своё сердце тёплым светом, а тревога уходит с каждым выдохом.

4. Расширение круга общения

  • Мария осознала, что её одиночество усиливает тревогу. Она начала больше общаться с коллегами, приглашать бывших учеников на чай и записалась на курсы рисования. Это дало ей ощущение наполненности и значимости.
Состояние Марии значительно улучшилось.
Состояние Марии значительно улучшилось.

Результат

Спустя 4 месяца приступы стали редкими, а в моменты, когда они всё же случались, Мария научилась использовать дыхательные техники. Она стала чувствовать себя увереннее, заново открыла радость общения и даже начала рассматривать возможность раннего выхода на пенсию, чтобы заниматься любимым делом.

Итоги

Кардионевроз у Андрея и Марии оказался ключом к их внутреннему миру. Они поняли, что их тело лишь отражает душевное напряжение, и научились работать с ним. Эти успехи не только избавили их от мучительных симптомов, но и сделали их жизнь более осознанной и радостной.

Передо мной снова тот самый мостик через железнодорожные пути. Мне надо перебраться через него, чтобы попасть на другую улицу. Обойти его не удастся - железная дорога тянется на многие километры. Приходится снова штурмовать его. Я взбираюсь по высоким ступеням. Чувствую, что запыхался. Это от крутого подъема по ступенькам, или от того, что сердце давно нуждается в ремонте?
Начинаю движение по мостику довольно уверенно - ведь еще есть возможность вернуться назад, туда, где я чувствовал себя в безопасности. Но я иду вперед. Первые десять метров - все нормально. А дальше... я начинаю думать: что, если прямо посреди этого моста со мной случится приступ? Что, если я упаду и потеряю сознание? Кто мне поможет? Как меня снимут отсюда? Как доберется сюда скорая помощь?
И снова сердце стучит, как бешеное, снова в жилах как будто вскипает кровь. Снова я прислушиваюсь к своим ощущениям: разве они нормальные? Разве не говорят о том, что сердце не в порядке?
Ходить по врачам бесполезно - это я уже понял на опыте. Ничего от них не добьешься. Что же делать? Говорят, пора к психотерапевту. Но ведь проблема у меня - с сердцем, причем тут психотерапевт?

А у вас были такие проблемы? Что вы испытывали? Что чувствовали? Поделитесь, и дайте совет.