Высокий статный красивый Антон Палыч дамам очень нравился; а ловеласом, вопреки расхожему мнению, не слыл; сам признавался – «у меня было мало романов». Судя по всему, не лукавил, с чего ему скромничать? Пошлых интрижек избегал, в чувствах ценил опрятность.
«Я приеду к вам красивый, как Левитан», – шутил Чехов. Потому что его приятель Исаак Ильич тоже обладал приятной наружностью. И Левитана также обожал женский пол. Но если писатель в щекотливых ситуациях предпочитал отшучиваться, художник с головой окунался в приключение.
Август 1886-го. Братья Чеховы, Антон и Михаил, знакомят друга Левитана с четой Кувшинниковых. Он – обычный врач, она – обычная художница, впрочем, не бездарная. Исаак смотрит на Софью: какая интересная особа…
«Его можно понять»
Мадам Кувшинниковой уже под 40, Левитану – 28. Она некрасива, смугла, чернява; только фигура отменная. А власти в голосе столько, что можно подумать, королева говорит. Вместе с тем проста, заботлива. И живопись ее недурна, и на фортепьяно играет превосходно… Не сразу, но неотвратимо художник влюбляется в Софью. Позже раскроет в ней потрясающий талант – создавать красоту из ничего. Будто компенсируя тем неказистую внешность.
Кувшинниковы небогаты, а в гостях у них вечно – цвет первопрестольной: Ермолова, Ленский, Репин, оба Чехова… Софья мастерит из обрезков ткани модные наряды, гостей рассаживает по изящным турецким диванам; кто б догадался, что сидит на ящиках из-под мыла, прикрытых матрасами да коврами. Скромная казенная квартирка усилиями хозяйки преобразилась в роскошный салон, где даже рыбацкие сети на окнах смотрятся изысканно.
Как напишет О. Книппер-Чехова, «можно вполне понять, почему увлекся ею Левитан». Пока Чехов путается в отношениях со взбалмошней Ликой Мизиновой, его друг плодотворно отдыхает с Софьей на Волге; оба рисуют, оба любят. Ее муж в Москве, лечит больных да увечных. По словам Михаила Чехова, «стало казаться, что муж догадывался и молча переносил страдания». Ай как дурно, переживает за обманутого Антон, брат Михаила.
Пасквиль
В 1891 году из-под пера Чехова выходит рассказ «Попрыгунья» - и автор огребает славу. Неоднозначную. Как ни пытался он скрыть сходство между литературной четой Дымовых и реальной четой Кувшинниковых, публика смекает, кто есть кто. А художник Рябовский – вылитый Левитан, не глядите, что голубоглаз и чуть моложе. Итак, неблагодарная жена ни капли не ценит умницу-мужа, гуляет от того напропалую... Одна из знакомых дам сообщает Чехову, что «вся Москва обвиняет его в пасквиле». Потому что милых Кувшинниковых в первопрестольной любят и в обиду не дадут.
Вот зачем было марать добрых друзей, а? Прямо «не могу молчать», как Лев Толстой.
Кстати, Толстой назвал «Попрыгунью» вещью превосходной. «И как же чувствуется, что после его смерти она будет опять точно такая же». Это об Ольге Дымовой, не о Софье, конечно. Но Софье будто дали звонкую пощечину, она была в шоке. Разозлился и Левитан, хотел с Чеховым стреляться. Отговорили. Приятели не общались года три, потом помирились. А для Софьи друг Антоша все равно что умер; если честно, ей было на что обижаться - автор явно передернул, лепя из нее Ольгу, вертихвостку и лентяйку. Только муж Софьи, Дмитрий Кувшинников, как обычно смолчал.
В 1894-м она потеряет и Левитана – тот увлечется Анной Турчаниновой, и Софья не простит оскорбления. А Левитан навсегда потеряет покой – в него влюбится старшая дочь Турчаниновой, обе дамы начнут изводить художника скандалами, сердце же у него и так больное с юности. В 1899-м он уедет лечиться в Ялту, там встретит… правильно, Чехова. Делить измученным болячками гениям больше нечего, но и дружба прежняя увяла.
Левитан ушел в 1900 году, ему было 40. Чехов отправился за ним через 4 года, тоже нестарым – 44. Еще спустя 3 года от дизентерии скончалась 60-летняя Софья Кувшинникова, о которой вряд бы мы услышали, не выведи ее вредный Антон Палыч в знаменитой «Попрыгунье».
Обожаю этот рассказ. Пойду перечитывать.
Автор – Марина Туманова
Сердечное вам спасибо за лайки, комментарии, подписки
На обложке - кадр из фильма "Попрыгунья"