Продолжение. Ч.2 Предыдущее здесь
…Будильник. Еще толком не проснувшись, машинально трогаю шрам над бровью. Из-за него родители и развелись. Отец взял меня на полигон. Там неизвестно как залетевшая в нашу сторону пуля отколола щепку от сосны. И эта щепка воткнулась мне в бровь. Как мамочка орала на отца, не передать. Ну, и, короче, «это был последний кирпич в стену». Между родителями. Они развелись, а через два года отец разбился в аварии. Бреду в ванную, потом на кухню, потом, так толком и не проснувшись, одеваюсь и еду мучиться последнюю неделю…
Сергей.
…Опять сегодня Пяндж приснился. Если б не наши разведчики, фиг бы я тут сейчас был. Помню только, как очнулся в «вертушке» и сухопарый майор в пиратской косынке и с вымазанным коричневой и зеленой краской лицом перевязывал мне руку.
- Ничего, лейтенант, кость цела. Я Алексей. Тебя как?
- Сергей. А где сержант мой, Рахимов? Пытаюсь встать и тут же падаю. Очень больно.
- Спокойно, Серый, тут твой сержант. И его вытащили. Тоже жить будет… У майора забавный белорусский говор.
- Ты из Минска?
- Не, из Витебска. Кстати, лейтенант, выводят нас отсюда, в курсе?
- Нет. Стой, а наркота, а все эти дела?
Алексей ругается.
- Подаю рапорт и домой.
Вот и я после госпиталя подал рапорт и приехал домой. Работаю в фирме у отца. Фирма, как водится – «купи-продай». Сижу дома. Смотрю на то, что привез отец из деловой поездки – ездил в Город-на-Реке. Штука похожа на обсидиановое яйцо. Только это не обсидиан. Это расплавленный кирпич. Там внутри что-то есть. Решаюсь. Бью тяжелым молотком. Очищаю то, что там было. Нательный крест. Очень странной формы – с кольцом вокруг верхней перекладины, шестиконечный. Серебряный. Долго смотрю на него. Потом проверяю, выключен ли мобильник и иду спать…
… Она сразу мне понравилась. Да нет, чего там врать, влюбился я в нее – как только увидел. Серые глаза, маленький шрам над левой бровью… Вот уж спасибо этому гаду, что ножиком меня резанул! Утром зашла в палату. Я уже не спал. Да я вообще не спал, ждал, пока она придет. Милое-милое лицо, усталый взгляд. Увидела, что я не сплю.
- Доброе утро, Сергей.
- Доброе.
- Как рука?
- Да ничего, не болит.
- Ну, вот и хорошо, сейчас обход будет, там тебе все скажут. Ну, на перевязки когда приходить, такие дела там …
- Ага. Спасибо.
- Не за что. Все, я пойду, у меня смена закончилась. До свидания, Сергей.
- До свидания. Смотрю на нее. Надя машинально заправляет волосы за уши. Вижу сережки. Странные такие – маленькие змейки. Нет, не змейки. Вон те вставочки из янтаря должны, по-видимому, символизировать ужей?
Надежда
… Все! Полтора месяца безделья! И скоро у меня будут документы. Пока на опекунство, позже на усыновление! Шесть утра. Сижу дома, перебираю вещи. Коробочка. Открываю. Смешно, но я ведь даже и не знаю до сих пор, что там! Сережки. Серебряные. Вставочки за глазками. Янтарь? Да. Красивые сережки. Вынимаю свои золотые, снимаю золотые кольца. Одеваю змеек и иду к зеркалу. Вдруг... Я не знаю, как это описать... на мгновение Я пропадаю... Появляется... Появляюсь я?! Но почему в белом халате и в косынке с красным крестиком?! Что это?! Осмеливаюсь снова глянуть в зеркало. Нет, это, конечно же, я. Интересно, а у кого бы мне спросить, «что означают такого рода воробушки в шестьдесят лет»? Или медсестры в одеянии тридцатых в двадцать пять? Надо бы отвлечься. Это явно переутомление. И сны эти... Эти сны... В последнем сне я и была в таком халате и косынке с крестом. Ну вот, все объяснилось. Переутомление.
Сергей.
Набираю номер отца.
- Привет. У меня отпуск, вроде?
- Да. Тем более, сейчас все тихо. Отдыхай.
- Слушай, ты в Город как ехал?
- Поездом.
- Ага. Долго?
- Двое суток получается. Часов восемнадцать до Москвы, и оттуда примерно столько же. Хочешь съездить? Ну что ж, давай. Это надо. Хургады подождут. Деньги есть?
- Да. Все, пока. Я тебе оттуда позвоню. Подожди! Ты там гостиницу какую-то нахваливал…
И вот пока говорил по телефону, пока варил кофе, брился – перед глазами то лицо стояло. Удивительно красивая девушка. И маленький шрам над левой бровью. Странный сон какой. Реальный очень. Машинально смотрю на руку, туда, где во сне был след от ножа. Белая полоса – в детстве пропорол о сучок. Шрам после ранения выше.
- Алло, здравствуйте. Одно спальное на девятнадцатый или девяносто девятый до Москвы? Нет, спасибо, я сам к вам зайду, заберу. Перерыва не будет? Спасибо. До свидания.
Сколько там? Успеваю. Уже собираясь выходить, вспоминаю про крестик. Кладу его в карман и бегу к ожидающему меня такси...
… Курский вокзал. Иду в кассы.
- Девушка, одно спальное или купе до Города-на-Реке. Сколько? Спасибо…
Господи! Да как же в этом городе люди живут? Пока добрался от вокзала до вокзала, немного не хватило, чтобы на людей начал бросаться. Так, сколько там у меня времени? Вот же черт, долго ждать. До четырех почти. Сдал вещи в камеру хранения. Попытался дойти до площади Маяковского. Три раза остановили милицейские патрули. Плюнул и вернулся в вокзал...
- Скорый поезд номер...
Ну, слава Богу, дождался! Протянул проводнице билет и паспорт. Взглянула на меня, вернула, не открывая, паспорт. Сказала место. Ну и дела! А, ну да, поезд же белорусского формирования! Долго смотрю в окно. Сходил в вагон-ресторан, поужинал. Вернулся. Соседи по купе – пожилая пара и какой-то командировочный – уже укладываются спать. Лег и я.
- Ну, где тут наш герой? Ну-ка, что здесь? Ага. Так, пару дней пусть отдохнет у нас. Лежите, молодой человек, выздоравливайте.
Что, и весь обход?! Ну ладно, полежим, отдохнем. А главное, завтра будет эта сероглазая. Наденька. Серый, говорю себе, да ты точно влюбился!
Надежда.
Сегодня дежурство. Сегодня тороплюсь, как никогда. Интересно, выписали ли Сергея? Влетаю в госпиталь, быстро переодеваюсь и иду в палату. Пусто… Сразу куда-то уходит радостное ожидание, которым жила последние сутки. Хочется плакать. Медленно возвращаюсь на пост.
- Наденька, доброе утро!
Ой! Сергей! Краснея, протягивает мне букетик васильков.
- Спасибо, Сергей!
- А меня на три дня тут оставили. Ты долго дежурить будешь?
- Ой, солдат, это страшная военно-медицинская тайна! Двадцать четыре часа! Хохочем. Смотрим друг на друга и радостно смеемся.
- Ой, шухер, начальник госпиталя!
- Наденька, здравствуйте. Привет, герой!
- Здражелаемтоварищвоенврачвторогоранга!
- Так, Наденька, иди на пост, знакомься, что к чему и куда кому. А вы, товарищ рядовой, не мешайте. Помогать разрешаю. С согласия вольнонаемной медсестры. Выполнять!
- Есть!
Интересно, а в учебниках по психиатрии такие случаи описаны? Шизофрения? Нет, не похоже. И вообще, я педиатр, а не психиатр. Может, какой-нибудь запущенный случай той же шизофрении. А если, вдобавок, влюбляешься в героя своих снов, это что?!
Сергей
Без пятнадцати пять проводница всех будит. Иду в тамбур курить. Пытаюсь понять, что это со мной. Контузий не было. Все началось... Да пару дней назад и началось. Крестик? Крестик. Поезд останавливается. Интересно, куда это мы приехали? А, вон вокзал, с другой стороны. Небо сереет. Иду по узкому перрону. Так, справа вижу такси. Добраться туда как? Вдруг слева вижу выход. Иду туда. Стоят несколько иномарок с желтыми госзнаками и шашечками. Подхожу к первому. Говорю название гостиницы. - Поехали. Через несколько минут останавливаемся. - Вон твоя гостиница. С тебя … Пересчитываю на наши рубли. - Ты не ошибся? - Да нет. Он повторяет сумму. - Ох, черт, слушай, в российских возьмешь? - Да не вопрос. Называет ту же сумму, что я сам пересчитал. Расплатившись и, слегка обалдев, захожу в гостиницу. У нас за такие деньги даже движок никто не включит. - Доброе утро, я тут номер бронировал! - Здравствуйте. Ваш паспорт, пожалуйста! Вот ключ. Приятного отдыха! Выспался. Побрился, принял душ. Спустился вниз, пообедал. Расспросил у скучающего в холле охранника (непонятно, мелькнула мысль, зачем им охранник?) как добраться до Крепости, прошелся по непривычно чистым и зеленым улицам, повеселился, увидев памятник «Учителю», который протянул руку, показывая на белый костел. Доставая сигареты, коснулся чего-то металлического в кармане. Крестик.
Солнце исчезло. Жаркий июньский полдень сменился на осенний пасмурный день- листва на деревьях стала редкой и желтой. Вместо асфальта проявилась вдруг непонятная брусчатка в форме шестигранников, вместо фонтана и зданий на противоположной стороне площади появились деревянные домики, да и сама площадь исчезла. Мелькнули солдаты в непривычной серо-зеленой форме, танки, мотоциклы и группа, видимо, офицеров, часть в кожаных регланах, часть в таких же, как и солдаты, мундирах. Официальное здание сменило цвет на мрачно-серый, у ступенек возник деревянный помост. Видение пропало. Я стоял ошарашенный, сердце бешено стучало. Милиционер у входа посмотрел на меня, подошел и спросил:
- Все нормально?
- Да, спасибо. Только приехал, не акклиматизировался еще, - я и сам тогда себе поверил.
- Может, проводить к больнице - здесь рядом, вон, напротив костела? - Спасибо, уже лучше, - я достал сигареты, протянул пачку лейтенанту, - угощайтесь.
- Не курю, - милиционер улыбнулся, - ну, смотри, если что… - Да нет, все нормально. Спасибо. Кстати, а что это за здание?
- Облисполком. Про пресловутый парад в Городе слышал? Вот, здесь все и было. Здесь стояли наши и их отцы-командиры, а вот тут немцы маршировали. И сразу отсюда уходили из Города.
Он отдал мне честь и пошел в здание. Я еще раз посмотрел на площадь. Мамы с детьми вокруг фонтана, оживленное движение, здание с куполом за кованой решеткой, дальше мост - обычный современный город. Какое интересное сумасшествие - когда больной видит реальность шестидесятилетней давности.
… Водитель маршрутки остановил «Газель»:
- Смотри, по «зебре» на ту сторону и мимо вон той белой многоэтажки. Там увидишь.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Меня снова поразила непривычная доброжелательность аборигенов. Да уж, нас капитализм действительно испортил. Интересно, почему я решил, что Крепость- это нечто вроде Кремля или Петропавловки? Вот она, реальность - поросший травой высокий земляной вал и белый проем ворот - мирный такой вид. Снова вспышка в мозгу - Александровские ворота. Интересно, отрешенно подумалось, это и есть «Обратная сторона Луны»? Как там? «И голова взрывается от бездны, хлынувшей в нее, - До встречи на обратной стороне Луны, мой друг!» Под мрачным сводом ворот охватило чувство тревоги и опасности. Черт возьми, да что же это? Ворота вывели на широкое пространство. Слева - какой-то холм. Редьюит 3-го бастиона Северного острова. Воспринял намного спокойнее. Молодые мамы с колясками, бабушки на скамейках вдоль дороги. Но ощущение опасности и тревоги не исчезло. И ощущение того, что все это уже было. Дежавю? Холм, простите, Редьюит на деле оказался двумя подковообразными валами, «вложенными» один в другой. Внутри внешнего вала - цепочка казематов. Пошел вдоль нее, вдоль избитых пулями и осколками стен. Уже почти на выходе из «подковы» увидел изуродованную кирпичную кладку. В ней зияли выбоины почти на половину толщины стены. В выбоинах черные точки - застрявшие пули. Я дотронулся до хвостика одной из них… На этот раз исчезло не только солнце. Само небо исчезло - в облаках пыли, гари и кирпичной крошки. Шум взрывов, выстрелов, пламени и крики на немецком и русском сливались в непрерывный гул, давящий на уши. Физически ударила страшная вонь - гнилого и горелого мяса, гари и резкого кислого запаха. Вспомнилось, как на срочной попал на артиллерийский полигон(куда нас, молодых курсантов-пограничников, по ошибке привезли вместо стрелкового). Тот же запах - горелого кордита. Нестерпимо жарко. Трава тоже пропала - заваленная грудами битого горящего кирпича (интересно, разве кирпич может гореть?!), осколками и кусками железа. И телами. Формы на них не видно из-за пыли, грязи и хлопьев гари. Одно общее для всех - ярко-красные пятна.