Несмотря на жаркий день из страшного ущелья потянуло холодом. Мальчишки подтолкнули Рина, и тот выразил общее мнение:
– Мы тебе верим, но хотели бы знать подробности. Есть же соседнее ущелье!
– Там тупик! – угрюмо возразил Брюс. – Отвесные скалы. Нам не подняться без снаряжения! Я немного знаю эту местность.
– Тогда побежали? – Шип вопросительно посмотрел на всех.
– Эта дорога закрыта! – угрюмо повторил Брюс.
– Что значит закрыта?! – взвился Рин. – Там забор что ли? Ведь нигде нет знака «Посторонним вход воспрещён!»
– Там смерть! – бросил Брюс.
Все побледнели и стали затравленно озираться. Соня, покусав губу, проговорила:
– Брюс, ты прав! Путь закрыт, но не для всех. Дорога опасна, но мы пройдём! Нас почти догнали. Следопыт дяди Макса умеет обходить запреты и ловушки.
– Он из сиу, и проведёт дядю за собой, – Брюс хмурился. Он много знал об этой дороге, здесь часто погибали белые, и он меньше всего хотел быть причиной гибели ребят.
Соня помялась. Как рассказать, что она узнала об этой дороге от кого-то во сне? Как?
Рин метался взглядом, то на неё, то на Брюса, и всё понял.
– Соня, мы тебе верим. Не знаем, как ты это умеешь, но верим!
Ребята кивнули, поддерживая его. Соня приподнялась на цыпочки, для придания своим словам солидности.
– Это – старые горы! В них всё ещё живёт сила… Э-э… Не знаю, как объяснить, что это. Ребята, не спрашивайте, откуда я это знаю. Знаю и всё.
– И не надо, – пискнул Шип. – Мы смотрели «Звёздные войны»!
Сони перевела дыхание, оказывается, многое не надо пояснять.
– Мы здесь попросим помощи. Нас пропустят, но мы должны выдержать испытание.
– Я верю! – Брюс положил ей руку на плечо. – Говори, что делать?
– Вот! – она показала на багровый камень поменьше. – Каждый должен сесть на него и рассказать о себе. Если это будет правдой и поможет всем нам, то мы сможем пройти через закрытое ущелье. Только так, мы спасёмся от преследователей.
Брюс коснулся камня, мальчишкам показалось, что его по его лицу пробежали полосы света, потом кивнул.
– Она говорит правду.
Какое-то время мальчики молчали, потом Рин взглянул в глаза Соне и охнул. Брюс криво улыбнулся, он знал, что они увидели, он это уже видел. У Сони изменились глаза: белок стал цвета расплавленного золота, радужка темно-коричневая, а зрачок стал щелевидным, как у кошек.
Шип протянул вожатой зеркальце.
– Посмотри!
Соня взглянула на себя в зеркальце и горько вздохнула. Ну никаких ассоциаций не вызвали у неё эти глаза! Она посидела, закрыв их, когда открыла глаза, то они были прежними. Мальчишки какое-то время молча переваривали увиденное, потом Бурундук подошёл к камню и сел на него.
– Давайте, начну я. Я всегда боялся, и только здесь страх исчез. Я его отдал. Я не вру! Прошлой ночью я увидел странное существо. Оно высокое, покрыто шерстью. Оно в профиль почти не видно, такое тонкое. Этому существу я отдал свой страх, – Шип криво улыбнулся. – Я, как в книге Киплинга про Маугли, сказал тому существу, что мы с ним одной крови. Может помогло то, что моя прабабка была из племени кри, и поэтому то существо с ужасными зубами меня не съело, а может потому, что у меня всегда на шее висит амулет, который моя бабушка подарила мне и сказала, чтобы я его не снимал никогда, и он когда-нибудь меня спасет. Я хочу, чтобы то, что получил здесь, навсегда осталось со мной. Бесстрашие!
Макс сменил Шипа на Камне правды.
– Я последний год после смерти родителей почитай и не жил. Сюда поехал потому, что здесь нет машин. Я решил, что всю жизнь посвящу компьютерам, чтобы не выходить на улицу. А вот когда увидел бандитов, то понял, что это неправильно. Я хочу видеть и понимать всех, кто здесь живёт! Я хочу, чтобы вы остались живыми, потому что моя жизнь не стоит жизни нескольких человек, и я больше не боюсь! Пусть в моем сердце навсегда останется отвага!
Рин, который следующим сел на камень, покраснел и хрипло заговорил:
– Я лицемер! В глазах всех я пай-мальчик, но мечтаю быть сильным и дерзким. Я всё время всем вру: учителям, родителям, соседям, одноклассникам. Друзей я нашёл только здесь. Я хочу, чтобы вы знали обо мне всё самое плохое и решили, достоин ли я вашей дружбы, – Росомаха покраснел ещё сильнее. Он посмотрел на всех, те ждали, а их спутница, Дженни, почему-то также покраснела.
Соня удивилась, как же Рин ничего не видит, что Дженни готова ради него умереть?
Рин кивнул и продолжил:
– Я иногда воровал в школе. Не из-за того, что мне были нужны эти вещи, а потому что интересно сделать так, чтобы никто не видел. Часть вещей выкидывал, а часть через день возвращал владельцам, говоря, что нашёл. Мне верили, я же пай-мальчик, но никто не предлагал дружбы.
Я все время хотел быть кем-то замеченным: парнями из футбольной команды, девчонками из класса, но меня не видели, как будто я был призраком. Здесь я понял, как хорошо быть самим собой. Здесь хочу быть с вами, я не один и стал сильным. Теперь, что имею, могу разделить с друзьями, мою верность!
Парни уставились на Дженни. Она опять покраснела, и ребята обратили впервые внимание на то, что у неё красивые золотистые пушистые волосы и выразительные серые глаза. Вспомнили, что всю дорогу она шла молча, ни разу не всхлипнув и не пожаловавшись. Рин рассматривал её и удивлялся, было ощущение, что он где-то её видел раньше, но так и не вспомнил где. Дженни немного помялась, но потом решительно заговорила:
– Мне нравится Рин. Очень! – парень от неожиданности охнул и впился в неё горящим взглядом, Дженни нервно сглотнула. – Но он никогда не замечал меня в школе. Здесь… Здесь он даже не узнал меня! Я поехала в лагерь, чтобы Рин увидел меня, но он, по-прежнему, не замечал меня. Что поделать, я не красавица! Рин смотрел только на самых красивых. Я в лагере подружилась с Ани, она яркая, смелая и красивая и рассказала ей о своей любви. Ани сказала, что поможет мне.
Брюс поёжился. (Любовь? Им же только четырнадцать!) Он растерянно взглянул на Соню, та покраснела, и он, наконец, понял, что она тоже влюблена, в него, и также покраснел. Мальчишки смотрели в землю, боясь посмотреть на Дженни, а та смело продолжила:
– Ани решила проучить Рина за его безразличие ко мне, и позвала вступить вместе с ней в отряд «лесных эльфов», ваших противников. Я решила показать Рину, какой он слепой, и доказать себе, что он мне не нужен. Я хотела избавиться от своей тоски и привязанности!
Соня увидела, как Рин, которого потрясло признание Дженни, снял с себя куртку и накинул на плечи девочки, которую бил озноб от волнения. Девушка улыбнулась, так как неожиданно увидела то, что они не знали – их долгую совместную жизнь. Ссоры, обиды, но всегда рядом. Всегда!
Рин вцепился в руки Дженни, но та этого не почувствовала, потому что, чтобы рассказать дальше, закрыла глаза.
– Когда вы ушли, мы с Ани нашли спрятанные вами велосипеды. Мы решили их перепрятать, чтобы вы проиграли, и тут нас схватили эти бандиты. Они сначала говорили ласково. Спрашивали, где вы? Дядя Макса сказал, что случилось очень важное, и Макса надо срочно найти. Мы честно сказали, что не знаем, где вы, и сами вас ищем. Его дядя очень просил помочь! Мы согласились, но, когда пошли с ним, то случайно услышали, как дядя сказал одному из своих охранников, что он потом нас ему отдаст, э-э… – Дженни облизала пересохшие губы. – Поразвлечься. Тогда… Тогда Ани стала кричать и звать на помощь. Я тоже кричала. На наши крики прибежал Брюс. Он попытался нас освободить, но не получилось. Он сражался, кричал, чтобы мы бежали. Дядя крикнул ему, чтобы он прекратил им мешать, а то они нас убьют. Он сдался, а они долго и жестоко его избивали… Связанного, он даже не мог сопротивляться. Всё!
Брюс прошёл на место Дженни. Сел и хрипло проговорил:
– Моя очередь! Я шёл за помощью, когда услышал крики, – он криво усмехнулся. – Одного мерзавца я отправил на тот свет, но трудно без оружия.
Мальчишки восторженно засопели, а глаза Дженни наполнились слезами – она, как вчера, переживала тот ужас. Рин сжал её руку, поддерживая и подбадривая.
Сидящий на камне Брюс кашлянул, и все замерли, ожидая продолжения.
– Я наполовину индеец кри, и мой дед однажды призвал меня на древний обряд. Я съел кусок сердца гризли, – Брюс угрюмо засопел, увидев изумление на лицах ребят и Сони. – Это – не еда! Это – кровное родство! Думаю, поэтому мой брат по крови помог нам и отозвался на призыв Сони. Могу сказать, что мы идём по нехорошим местам. Даже индейцы кри избегают их.
– Почему? – шепнула Дженни.
– Здесь встречаются вендиго[1].
– Нет! – в ужасе прошептал Шип.
– Да! Ты его видел, но не назвал. Нам повезло, что эти существа не убили нас. Вендиго никого не оставляют в живых. Это хорошо, что не назвал. Это важно – он теперь будет оберегать тебя. Мы живы, потому что Соня как-то повлияла на них. Я знаю рецепт, который готовила Соня, только его всегда использовали для лечения ран и не добавляли бадан.
Брюс вздохнул и стал снимать промокшие от отвара банданы, которыми было забинтовано лицо. Когда снял, то все облегчённо вздохнули – кроме пары шрамов и синяков на лице ничего не было.
– Моя очередь! – проговорила Соня, усаживаясь на камень. – Я из России, но не русская. Я на четверть хакаска, но родные говорили, что у нас были предки из Америки. Мои родители – современные люди и абсолютно не верят во всякую мистику. Мы жили в Барнауле, это город на Алтае, потом переехали в Екатеринбург. На Урал. Моя Бабушка знала многое о природе и многому научила меня в детстве. Отвар я приготовила, потому что знала – нас ждёт смертельное испытание. Бабушка говорила, что это можно выпить один раз в жизни.
Соня встала и подошла к камню, нагретому взошедшим солнцем, и оперлась на него. Она внимательно вслушалась в мир и в себя, посмотрела на ребят, те молча ждали. Мелькнула мысль, как они невероятно повзрослели. Мысленно улыбнулась, потому что Рин обнимал за плечи Дженни. Брюс был напряжён, как струна, он что-то ожидал, и она не разочаровала его.
– Я уже не та, какой приехала сюда. Что-то проснулось неизвестное мне, и час мой настал! Мне недолго осталось жить в этом мире! Я должна стать целой, – она покраснела. – Мне кажется, что Брюс поможет мне в этом, и его время пребывания в этом мире закончилось
Брюс нахмурился и встал, ребята испуганно охнули, увидев, как у того забурились могучие мышцы. Мгновение, и на них смотрел полумедведь-получеловек:
– Не бойся, я знаю! – прорычал оборотень. – Говори дальше.
Рядом с могучим получеловеком Соня стала выглядеть совсем маленькой, она горько вздохнула:
– А вот что сказать дальше, я и не знаю. Я, как сосуд, наполненный знаниями, которые выплёскиваются только иногда. Я не умею ими пользоваться.
– Тогда вставайте! – прорычал полумедведь-получеловек. – Пройдём это ущелье, там за ним долина Пёстрого дятла. Там мы найдём помощь!
Они встали и медленно двинулись по едва заметной тропе. Каждый шаг порождал странное дробящееся эхо. Казалось, что за ними идёт много людей. Ребята шли, постоянно настороженно останавливаясь и оглядываясь. Почему-то не было слышно насекомых.
Через пару часов они оказались перед долиной, которая тонула в нежном полупрозрачном тумане. Они расслабились от какой-то нереальной тишины и вздрогнули, услышав крик:
– Вижу их, босс! Вижу!
Соня остановилась и осмотрелась. Кричавшего она не обнаружила, по-видимому, он стоял на склоне, заросшим кривоватыми соснами и каштанами. Брюс, в отличие от неё, обнаружил преследователей.
– Быстрее, их двое!
– Мы успеем? – Соня побледнела, волнуясь из-за подростков.
– Успеем! – Брюс кивнул всем и улыбнулся. – Они вышли на неудачный склон. Им спускаться минут двадцать, и то, если повезёт, а то и больше. Мы успеем скрыться!
– Тогда я задержу их! – Соня взяла у каждого платок, или оторвала карман от куртки, заставила каждого плюнуть на эти клочки ткани, потом сложила из камней маленький очаг, положила вокруг него кусочки ткани со слюной, придавила их камешками и поднялась. – Они видят теперь здесь нас, и мы успеем уйти.
Они очень торопились, но на местности, где камни были разбросаны, как бы специально мешая передвижению, бежать было невозможно. Поминутно спотыкаясь и периодически падая, они выскочили к весёлой речушке, которая, завиваясь пружиной, петляла по долине.
Ребята растерянно оглядывались – никаких признаков жилья, даже дымка не было видно в этом сказочном месте. Тем не менее, они решительно направились к речке, у которой спугнули нескольких спокойных лосей, объедавших росший вдоль реки осинник. Уже темнело, когда они смогли добраться да небольшого озерка, которое возникло благодаря упорному труду нескольких боров.
Тишину вечера разорвала автоматная очередь и дикий крик. Путники переглянулись и направились к кустам орешниками, между которыми видна была хорошо утоптанная тропа. Там Брюс, опять в виде человека, заставил всех замереть, и взял в руки лук Макса.
Когда к прудику выскочил дядя Макса, то ребята были потрясены – тот выглядел так, как будто его драла стая диких котов. Без рюкзака, с пистолетом в руках он безумно завывал:
– Где ты-ы?! Ма-акс, отзовись! Я всё равно найду тебя, Ма-акс!
Брюс пожал плечами и стал натягивать лук, целясь дяде в горло. Он не успел, так как все увидели то, что видел ночью Бурундук. Из-за деревьев выскочило гигантское, покрытое синевато-белой шерстью создание. Оно было бы похоже и на человека, и на обезьяну, если бы не странная худоба, существо было видимым только в анфас. Глаза у существа горели жёлтым пламенем. Оно зарычало, обнажив жёлтые клыки, и протянуло лапы к дяде, тот, непрерывно стреляя, вопил, потом странно дёрнулся и замер. Через минуту он сам приставил пистолет к своему виску и выстрелил. Ребята перевели дыхание. На берегу лежал мёртвый истерзанный человек, а вендиго бегом отправился в сторону ущелья.
Путники ещё два часа в полной темноте брели по тропе, которую видел только Брюс. Остановились они от звучного баса:
– Стой! Стрелять буду.
Они оказались перед несколькими домами с могучими срубами. Их на прицеле держал старик индеец и несколько индейцев также с охотничьими ружьями настороженно смотрели на измученных ребят. Макс выбежал вперёд, позвав «Дедушка!», и потерял сознание.
Всё завертелось. Через мгновение ребят завели в комнату и напоили каким-то травяным отваром. Потом повели мыться. Прадед Макса – Васэ-анаквад (Светящееся Облако) внимательно слушал объяснения Брюса, который быстро рассказывал всё на языке кри, потом кивнул и проговорил:
– Мне был знак, что вы придёте, но твоя миссия не исчерпана Маквагабо! Звенящий камень зовёт и зовёт уже целый месяц, наш кацик сказал, что придёт Стоящий медведь и с ним Вэнданаквадоквэ.
Старик остро взглянул на Соню, слушавшую раскрыв рот, и пояснил:
– Истинное имя Брюса – Маквагабо, то есть Стоящий медведь, он пойдёт с тобой, женщина Приплывающего Оттуда Облака – Вэнданаквадоквэ. Знай, если ты не докажешь ему, кто ты, то потеряешь его навек. Вы части одного целого, вам надо объединиться! Иди, попрощайся с ребятами, завтра прибудет полиция, и вам помешают, поэтому вы уйдёте сегодня ночью. Ты не можешь выбирать! Не пойдёшь – погибнет целый мир, и ты с этим будешь жить всю свою жизнь, синна.
– Это что же, племя такое? – спросила девушка, потом представила, что всю жизнь проживёт со знанием того, что убила целый мир, и ей поплохело.
Неожиданно Брюс обнял её и прижал к себе.
– Нет, не племя, так называют носителей силы, – сурово проговорил прадед Макса.
– Дедушка, откуда ты знаешь? – пропищала Соня и прижалась сильнее к Брюсу.
Старик усмехнулся.
– В нашем мире тоже есть сила! Есть и те, кто может к ней обращаться, но мы другие. Ты и Маквагабо, несут всё то, что сюда было отправлено на время. Давным-давно, один из наших великих воинов, предок Маквагабо получил этот дар. Он всю жизнь искал ту, которая несет, как и он, силу, но не нашёл! Он встретил ту, которая помогла ему понять, что это за сила, и кто такие синны. Из века в век, эти знания передавались от отца к сыну. Предсказано было, что, когда время придет, синнов позовут. Камни зазвучали, значит время пришло! Пора объединиться! – он качнул головой. – Не тяни, синна. Время!
– Я готова, – прошептала она.
Она вошла с Брюсом в дом, где их ждали взволнованные и встревоженные ребята.
– Мы уходим с Брюсом, – просипела Соня.
– Зачем? Вы же теперь в безопасности! – возразил Рин.
Брюс угрюмо сообщил:
– Не уйдём – целый мир погибнет. Я смотрел на свою жизнь, её нет в этом мире. Точнее есть, но только наполовину. Я не знаю, что это значит!
– Тогда и выбирать не приходится, – твердо проговорил Макс. – Я знаю, как жить с чувством вины! Всю дорогу мучился. Пора прощаться!
Соня расстроенно остановила всех.
– Постойте! А как же мои родные? Они же будут переживать.
Брюс подтянул её к себе и обнял, ободряя и поддерживая её, старик индеец усмехнулся:
– Ты что же думаешь, ваши тела отправятся в полет? И не думай, только ваше сознание и ваша сила. Вы сами так и останетесь здесь и будете уметь и знать всё, что пережили, но не будете иметь силу синнов. Вот поэтому в своём видении ты, Маквагабо, видел только половину жизни!
– Как, мой дух найдёт её? Я же только-только узнал её! – Брюс насупился. – Я даже ни разу не обнял её! Ведь я только боялся её потерять.
Соня, задохнувшись, посмотрела ему в глаза.
– Ты боялся за меня? Господи! Я же думала, что ты меня во всем винишь! Я так боялась всех подвести, что… Я запретила даже мечтать о тебе.
От сказанного голова Брюса пошла кругом, и он прижал Соню к себе.
– Васэ-анаквад! Я так боюсь, что не найду её в чужом мире!
– Не бойся! Ты же любишь сладкое? Ищи то, что сладкое и горькое, вы испытали много горького в начале вашего общего жизненного пути. Когда почувствуешь и горечь недоумения, и сладость встречи, то узнаешь её в том мире, – старик улыбнулся. – Ведь нашёл же ты её здесь.
Соня улыбнулась, но ойкнула, когда Брюс нежно прошептал на ухо:
– Я ещё узнаю твой вкус.
Девушка покраснела, но взяла за его руку, и они направились вслед за стариком. Мальчишки весело переглянулись. Наконец-то эти двое разобрались с собой.
Все пришли на поляну, на которой стоял круг из камней. Два самых больших камня светились и звенели. Мальчишки верили и не верили, но уже решили, что никогда и никому не расскажут об увиденном. Соня ещё раз оглянулась на всех, вцепилась в могучую руку Брюса, тот обнял её.
– Не бойся, я найду тебя везде, Дюймовочка!
Удивительно, но сказанное им было не обидно, напротив вызвал восторг и благодарность. Он – единственный во всем мире имел на это право! Они направились к ближайшему из звенящих камней и вошли в него. В небо ударил столб синего света и раздался звук, как будто сотни серебряных колокольчиков рассыпались по стеклянному полю. Через мгновение Брюс и Соня вышли из второго камня. Они растерянно улыбались, к ним бросились ребята.
– Ну, что вы почувствовали?! – воскликнул Макс.
Брюс промолчал, а Соня растерянно пожала плечами:
– Темно, потом гул и свист, а потом мы оказались здесь.
Дженни счастливо расплакалась, уткнувшись в грудь Рина, тот обнял её и почувствовал себя много сильнее и счастливее, чем был раньше. Он прижал её к себе и пробормотал:
– Не плачь! Я никогда не позволю тебе плакать от одиночества.
Взявшись за руки, все направились к дому. Они так много пережили вместе, что теперь им были не нужны слова, чтобы понимать друг друга. Старик индеец, что прошептал и медленно пошел за ними.
Шип, идущий рядом с Максом, обернулся к нему.
– Они ведь не расстанутся? Я про наших вожатых. Это было бы неправильно.
Старик усмехнулся.
– Не волнуйся за них! Конечно, не расстанутся. Ведь они здесь уже связаны судьбой. Они найдут способ сообщить родителям Сони о её выборе. А там… Там они будут искать друг друга. Долго будут искать! Это очень трудно. Ведь они изменятся.
Услышавший это, Рин взглянул на вожатых и одобрительно хмыкнул, потому что Брюс поднял на руки Соню и, не обращая ни на кого внимания, уносил её к одному из домов.
Дженни тронула за рукав Рина:
– Видишь, они вместе?! Всё хорошо!
– Это здесь, – угрюмо возразил Рин. – А там? Вспомни, что было в лагере! Они такие упёртые, даже не понимали то, что было видно всем. Брюс ещё в лагере психовал, если она общалась с другими парнями, а наша Соня только краснеть умеет и тупеет, как только он подходит к ней. Я вообще поражен, что она осмелилась ему что-то сказать. А что будет когда приедут рейнджеры и будут их терзать вопросами?
– Думаю, что они расскажут почти всю правду, – твёрдо возразила Дженни, – кроме чудес. Бессмысленно рассказывать о чудесах тем, кто в них не верит! Дедушка Васэ-анаквад, они ведь не расстанутся, я права?
– Не сомневайтесь в них и в их чувстве. Брюс любит и сам сделал первый шаг. Он никогда не потеряет и никому не отдаст ту, которую ему подарила судьба! А она, очень сильная девушка, её сердце чистое и в нем неугасимо горит огонь любви, – старик печально вздохнул. – Но никто не знает, что будет с теми в другом мире. Нелёгкая им досталась судьба, найти свой мир, и в этом мире найти друг друга.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех частей:
[1] Вендиго – дух-людоед в мифологии алгонкинов, символ ненасытного голода и предостережение против любых излишеств. Он много выше человека, очень худой. Обычно покрыт белой шесть. Убить можно только огнём, пули его не берут.