Совсем недавно мне пришел вопрос от одной из мам. Звучал он примерно так: "Как Вы относитесь к нейросистеме замещающего онтогенеза"? Сегодня хочу дать развернутый ответ по данной проблеме.
Итак, начнем с самых азов. Что же такое детский онтогенез? Л.С. Выгодский первым заговорил о системе детского онтогенеза. Под ним он понимал этапы правильного и органического развития здорового ребенка. Вообще авторов, описывающих систему детского онтогенеза очень много. Сюда можно отнести и Зигмунда Фрейда, Жана Пиаже, Карла Бюлера, из отечественных ученых А.В.Петровского, И.В.Котова- естественно меня все-таки в первую очередь интересует именно развитие психологической стороны онтогенеза, поэтому среди авторов привожу в основном специалистов, работающих с уклоном в психологию, а не педагогику. Известных педагогов, описавших онтогенетическое развитие каждого навыка, от чтения до письма с орфографией так же много. Что объединяет все эти работы? Естественно, это базисное ориентирование на здорового ребенка. То есть в основу онтогенеза положен малыш с идеальным развитием, у которого нет аутизма, нет ДЦП, нет и никогда не было органического поражения головного мозга, его родители и близко не слышали ни про какие агнозии и апраксии. Здесь речь об идеальном эталоне, на который нужно равняться. И в общем-то это не плохо, ведь мы должны четко видеть ориентир работы. Однако, данная градация может использована не более чем ориентировочно, для системы выстраивания этапов работы дефектолога она полностью бесполезна. А теперь попробую объяснить почему.
Здоровому ребенку дефектология не нужна. Он и сам прекрасно пройдет все описанные в онтогенезе этапы не забуксовав. Пройдет правильно и верно по выстроенным авторам ступенькам. Однако у больного ребенка мышление работает и близко не так. Ступеньки его сенсорного восприятия проломлены минами агнозий, и апраксия в них зияют дыры, пораженных клеток мозга и идти по прямому выверенному маршруту ох как не легко. Патологии работы сенсорных систем головного мозга впервые были описаны нейропсихологами. В России нейропсихологию создал А.Лурия. Для кого он создавал свою работу? Для взрослых пациентов с различными локальными участками поражения головного мозга. Почему он это делал? Система нарушений у взрослых выглядит намного проще чем у детей. Автору было важно четко выявить участок патологии в мозгу и присвоить ему виды нарушений. Опирался ли А.Лурия на онтогенез? Упаси боже... Никакой речи ни о каком онтогенезе он не создавал. В его системе градации поражений крайне важно было выделить ведущую форму патологии мышления (Из 6 предложенных форм афазии, сейчас их градируют по-разному от 5 до 8). Если форм нарушений у одного пациента выявлялось больше, такую патологию называли тотальной афазией. Работать с ней не спешили, была принята позиция выжидания. Считалось, что либо пациент отойдет от происшествия и картина наладится перейдя в одну форму, либо недуг слабо поддается коррекции и работа будет мало эффективной, специалисту самому давался выбор с какого нарушения подойти к проблеме.
Что же происходит у детей? В отличии от взрослого переносящего поражение головного мозга выживаемость младенца в разы выше. Если взрослый пациент уже 10 раз не выдержал бы подобного испытания, то ребенок продолжает жить и развиваться. Это связано с адаптационными особенностями организма младенца, а значит ребенок может собрать букет из куда большего наслоения форм патологий чем взрослый. Ко мне очень часто приходят дети с целым комплексом сочетаний форм дисфазии. Да что говорить, мой сын имел 4 формы патологии одновременно. Скажите, ну и что с этим делать? Вот сидит у нас тяжелый не говорящий ребенок, который мало что видит, мало что понимает и как к нему подойти? Подойти можно, но раскладывать такого ребенка нужно уже. Выходить надо не от групп нарушений и их симптоматики, а от узких патологий агнозий и апраксии разных источников сенсорного восприятия. Разложив ребенка узко, мы точно получим важную информацию, о рабочих и нерабочих аспектах, сможем опереться на сохранный навык и подобрать индивидуальный личный маршрут. Благо А.Лурия, по мимо своих 6 форм патологий создал для нас и систему этой узкой градации, подарив возможность развития не только взрослым, но и больным детям.
А теперь приведу пример одного из моих учеников. Мальчика, которым я очень горжусь. Он пришел ко мне в 8 лет. У ребенка стояло ДЦП и УО средней степени тяжести. Присутствовала выраженная эхолалия. Он не мог найти третий лишний предмет, не понимал времена года, одежду, природные явления, считал только по порядку до 10, не мог ни складывать, ни вычитать, задачи соответственно тоже не понимал. В системе его патологий присутствовала группа выраженных нарушений зрительного восприятия, когда глаза видят, а мозг не понимает, что же они видят. Он мог назвать и показать предмет изолированно, но при этом в контекстной картинке с обстановкой в комнате не видел его и не называл. Именно он, указывая на кошку, говорил, что на столе сидит корова. При этом ребенок работал с дефектологами в детском саду, и работа была выстроена именно по системе замещающего онтогенеза. По всем правилом коррекционной науки от образного, зрительного восприятия в слуховое. Вот только работа застопорилась еще на зрении и дальне не пошла. Не мог этот мальчик составить рассказ по картинкам, или отсортировать их в группы, не видел он их и не понимал. Скатываясь все больше в умственную отсталость. А педагоги продолжали давить на зрение без применения базовой системы выхода на мыслительный процесс по канонам нейротеории, с упорством достойным лучшего применения.
Проанализировав работу сенсорных источников данного ребенка, я сразу же отмела зрительное восприятие, как полностью не рабочее. Естественно, я планировала его развивать, но опираться в работе на него не могла. А на что же могла опереться? На систему слухового восприятия. Ту самую, что годами оставалась без внимания специалистов, ту в которой присутствовала жуткая эхолалия и тотальный недобор словаря. При всем своем нарушении, мальчик умел читать и именно на словесно-логическое мышление мы и начали опираться. Прошло 1.5 года. Ребенок полностью вышел из эхолалии. Прекрасно освоил темы с группировками, третьим лишним, стал не только показывать, но и объяснять свой выбор. Начал слушать речь, и отвечать на непрямые вопросы по тексту, требующие проведения мысленных суждений и умозаключений. Научишься считать примеры на плюс и минус в уме через десяток. Решать задачи воспринимая их на слух. И вот только сейчас, мне наконец удалось пробить его зрительные агнозии, и я получила от него первые ответы по зрительному анализу видимого изображения. Такого ребенка нужно иметь в арсенале каждому специалисту, чтобы видеть как важно не ставить на детях крест и искать новые пути и подходы к развитию.
Развивался ли этот мальчик по системе онтогенеза здорового ребенка? Однозначно нет. При всех его навыках и умениях зрительная сфера все еще продолжает страдать и с ней нужно продолжать пристально работать, однако, что помогло запустить зрительный анализатор? Система неравномерного развития сыграла здесь важную роль.
Я всегда говорила, что наш организм далеко не глуп, и не просто так запускает неравномерность восприятия мира при сенсорных нарушениях. Вместо того чтобы вписывать эту неравномерность в патологию стоит прислушаться и присмотреться к ней. Иногда у таких детей проще идти в обход. Забежав вперед вернуться и с полученными новыми навыками постараться пробить пораженный участок.
Как это выглядит на примере головного мозга. Объясню крайне схематично и упрощенно. Есть у нас зона слухового восприятия и зрительного восприятия. В идеале по онтогенезу сначала запускается зрение, а потом слух. В затылочной зоне зрительного восприятия у ребенка выраженное нарушение, клетки мозга погибли. Дефектолог дает задания именно на этот пораженный участок (Система нейроонтогенеза, о которой спрашивала мама, восполняющая пробелы, которой хочется плеваться) работает по принципу «бей по пустому», но толку от этого практически нет. Зона слухового восприятия, которая должна была подключиться на базе зрительного не подключается, так как заданий для нее не дают, абстрактное образное мышление не тренируют, речь разваливается в эхолалию. А теперь меняем систему, уходим на слух, делая его ведущим. Восполняем не накопленные пробелы, убираем эхолалию. Со слухом работать проще, ведь данная зона просто не развита, в ней нет дыр в виде мертвых клеток. Запустили слух, нейронных связей в голове стало больше. Мы окружили пораженные клетки затылочной зоны выращенными нейронными связями от других зон, теперь ей проще установить связи и зацепиться, вот теперь удается потихоньку выстраивать пути зрительного анализатора среди немногочисленных уцелевших клеток.
Я не против системы применения методик онтогенеза у здоровых деток, у деток с невыраженной задержкой психического развития у которых нет грубых патологий системы сенсорного восприятия, во всех прочих случаях я считаю данный подход совершенно неприемлемым.
Более того меня очень удивляет и возмущает, когда слово «онтогенез» пытаются прилепить к слову «нейропсихология». Нет в нейропсихологии никаких аспектов работы с онтогенезом. Нет и никогда не было. Кажется, что кто-то хочет притянуть красивый популярный термин, к доступному веками педагогическому пути развития проработанному и внедренному в каждом педагогическом вузе. Натянуть сову на глобус придав ей товарный вид. Нейропсихология работает своим путем, нет у нее четкого и слаженного маршрута. Крайне глупо у ребенка с неравномерным развитием выявлять очаги неравномерности и долбить по ним в пустую, оправдывая это натаскиванием ребенка на систему онтогенеза здорового малыша, при этом проседая где только можно и нельзя.
Будьте внимательны, не попадайтесь на маркетинговые уловки. Всегда анализируйте развитие своего ребенка ищите сильные стороны, на которые можно опереться и вытянуть через них слабы, путь даже этот путь будет индивидуальным, далеким от общепризнанного маршрута здоровых детей.
Подписывайтесь на канал и ставьте лайки, буду Вам очень признательна.