Тамара Михайловна старалась избегать сборищ женщин, но сегодня ее опять задела Наталья, ехидная женщина, всегда все подсматривающая.
-Томка, твой сыночек-то опять вечером вчера крался к докторше. Как уж он, сердечный, озирался. Думал, что его никто не видит.
Тамара залетела домой, готовая наброситься на каждого, кто ей сейчас попадется. Это уже продолжается второй год. И волнует, причем, женскую половину деревни. Если бы эта Юлька не приехала, все было бы тихо, мирно.
- Когда будет этому конец, ведь слово дал, что его ноги больше не будет у нее в доме? – Она ворвалась в комнату, где муж смотрел телевизор.
- Лежишь, значит? – Сергей не поднял голову, идет бокс, он никак не должен пропустить ни одного удара. Последнее время он часто болел, около месяца пролежал в районной больнице. А вот с наступлением весны почувствовал прилив сил.
Жена не уходит, пришлось повернуть в ее сторону голову.
- Опять около магазина болтают, что Толик принялся за старое, – на одном дыхании выпалила Тамара.
- На то и языки у баб, чтоб болтать, - отозвался Сергей. – Ты радуйся, что сын у нас красивый, спортивный, работящий вырос.
- Вырос… Тебя не волнует, кому он достанется? Ты хоть маленько посоображай. Кто она? Разведенка. Раз мужа не удержала и ребенка нажила, ее бабья песенка уже спета. А она, видишь ли, за таким парнем охотится. Нет уж – этому не бывать.
Сергей присел, посмотрел на жену, захотелось пригнуться от ее враждебного взгляда. Тамара будто испугалась и сбавила тон.
- Я бы и сама справилась, но не послушает же меня Толик. Но ты только представь… По дому будет бегать чужой дитя. А когда появятся свои, кровные, он верх будет брать, как старший. – Тамара замолчала на пару минут и заговорила почти шепотом:
- А если я помру? Ты не смотри, что я по внешности здоровая, внутри у меня все горит, - женщина перевела дух, - вот помру, вы с сыном пропадете без меня. Толик окажется под каблуком у жены. А тебя, больного, сноха вмиг за мной отправит на тот свет.
Вероятно «помру» стало главным козырем в словах жены. Сергей поднялся, обнял Тамару. Несмотря на тридцать прожитых лет вместе, он продолжал любить жену. И не может представить себе такого, что останется без нее. А все эта докторша Юлька.
Принес же ее черт на их голову. Никто же ничего про нее не знал, ходили по деревне домыслы. На самом деле она родилась в городе, в семье, где кроме нее, было еще двое. Детство Юля свое все время считает трудным. Отец у них был как перекати-поле, мог пропасть на месяц-другой, потом возвращался.
Мать, чтоб удержать мужа около себя, все ему прощала. Постоянно повторяла: «Лишь бы совсем не бросил». Как только мать произносила это, дети бросались в рев, им было жалко не отца, а мать, которая начала быстро угасать. Но отец все равно их оставил. Дети так боялись, что мать наложит на себя руки, что ходили за ней по пятам. Иногда по очереди, но чаще вместе.
Мать заболела, но о детях заботилась. Юля решила стать врачом, чтоб вылечить любимую маму, до этого мечтала о преподавательской работе. Но мать умерла, когда старшая дочь заканчивала второй курс. На ее попечении остались младшие, брат и сестра. Помогала еще бабушка по отцовской линии. Несмотря на то что у сына новая семья, она любила невестку и внуков от первого брака.
Сестра пошла по ее стопам, а вот младший брат практически отбился от рук, никому не подчинялся. Часто попадал в самые различные истории. Юля не успевала бегать в полицейский участок, чтоб вытаскивать Жорку из разных передряг.
Там-то и познакомилась со своим мужем, лейтенантом Семеновым. Молодой, красиво стал ухаживать за девушкой. Занялся воспитанием Жорки, парень вроде как остепенился, поступил в училище на сварщика. Бабушка говорила, что внука не исправить, потому что пошел в отца.
Но у Юли был помощник, который держал ее брата в железных тисках. Кирилл был частым гостем в их квартире. Так и подружились, наступило такое время, когда между молодыми людьми проскочила искра. Кирилл ей предложил замуж.
- Кира, давай подождем еще два года.
- Ты боишься, что забеременеешь? Ты же будущий врач. Да и я буду осторожным.- Поверила, согласилась. Со временем поняла, что она не любит мужа. Но страшным было то, что Юля повторяла судьбу матери. Кирилл сначала пропадал на сутки, двое, объясняя тем, что был на задании, то кого-то они ловили ночами, то стерегли, то в засаде сидели. Верила же.
А когда забеременела Платоном, то, как мать, тронулась умом. Родит, а как же ей заканчивать ординатуру? Кирилл возвращался, оправдывался, все прощала. И свекровь ей промывала мозги, чтоб ничего плохого о ее сыне не думала. Если уйдет от мужа, помощи от нее не дождется.
А куда Юле уходить? В родительской квартире живут брат с сестрой. Да и Жорка под постоянным присмотром Кирилла. Хочешь, не хочешь, а надо прощать.
С Платоном из роддома Юлю забирала свекровь, якобы Кирилл охраняет какой-то объект и приедет только через неделю. Женщине было тяжело, страшно, что она наступает на те же грабли, что мать. Но однажды ей пришло осознание, что у нее не жизнь, а самое настоящее прозябание.
Закончив ординатору, обратилась в облздрав, чтоб ей предложили приличное место с детским садиком. Но молодую женщину ничего не удовлетворяло. Прожила она замужем еще год. Вернее, замужем только по бумажке. На самом деле, муж ушел к другой женщине, но позволил ей жить в служебной квартире. Так как мальчику был всего годик, Кирилл помогал материально. Смешно было отказываться от помощи.
Об этом поселке узнала от знакомой, даже обрадовалась, что не будет видеть ненавистное лицо мужа и его сожительницы, потому что в день получки они приходили вместе, и Кирилл сыну передавал энную сумму, а мадам в форменной одежде стояла и насмехалась:
- Кир, остановись, куда столько кидаешь, мальчику и половины хватит. Но если только этой, - всегда головой кивала в сторону Юли, -на нижнее белье, чтоб принимать мужиков практически в твоей квартире.- Женщина посчитала для себя это унизительным. Поэтому Юле пришлось подать на развод и на алименты.
К этому времени Платону было уже полтора года. Жители поселка ее приняли очень хорошо. Ей сразу выделили однокомнатную квартиру из служебного фонда, сыночка определили в детский садик в младшую группу, потому что яслей там не было.
Работая в сельской больнице, осознание нужности людям заглушило все ее душевные раны. Люди уважали Юлю. Чуть ли не до земли кланялись при встрече. Несли ей молоко, овощи, фрукты, яйца. Она отказывалась, но женщины слезно просили принять от них подарки.
Но осенью к ней отношение людей стало меняться. Со службы вернулся Анатолий Задорожный, голубоглазый красавец. Не обращая внимания на местных красавиц, стал ухаживать за докторшей, которая до этого для всех жителей поселка была «нашей Юлечкой». Пошел шепоток: «Своих невест хоть пруд пруди, а он к чужой тянется, да еще с ребенком".
Юля страдала от этих пересудов не так за себя, как за Анатолия. Но парень ходил к ней каждый вечер, ему, как он говорил, нравилось играть с Платошкой. Женщина знала, что родители Толика эти отношения не приветствуют, особенно Тамара Михайловна, его мать. Она при встрече всегда отворачивалась от докторши, иногда бывало, что плевала в ее сторону.
И мужа своего отвезла в район, не доверила поселковым врачам, в частности Юле, как терапевту. Смущала Юлю и нерешительность Анатолия, часто посещали мысли: может, не любит? А она полюбила впервые! Той мудрой любовью, которую дано испытать много пережившей женщине.
Ее любовь готова была на самопожертвование., когда на первом месте – счастье любимого человека, ради этого она была готова исчезнуть с его пути. Но стоял вопрос: куда? Ей посчастливилось получить жилье в двухквартирном доме, почти со всеми удобствами, только туалет на улице. Садик, средняя школа.
Юля знала, что Анатолию предстоит разговор с отцом, потому что мать постоянно сыну твердила:
- Ты не смотри, что отец у тебя страус, сунувший голову в песок, будто ничего не хочет знать, что происходит вокруг. Он в курсе всех событий. Я ж не думаю, что пойдешь поперек воли отца. – Анатолий мать всегда выслушивал молча. Понимал, что, если бы Юля была без ребенка, она бы ходила по поселку и била себя в грудь, что сын у нее умный, знает, на ком жениться.
Каждый вечер после работы Анатолий собирался к друзьям, как говорил родителям. Теперь они прекрасно знали, что за «друзья» у их сына. Отец вошел в его комнату и пригласил сесть рядом.
Сергей, не глядя в лицо сыну, пытался добросовестно выполнить обещание, данное жене.. Он должен уговорить Толика не жениться на докторше.
- Ты понимаешь, что на разведенках женятся уже по необходимости, когда нет красивых и порядочных девок, или мужчина уже не чувствует в себе силы. Бобыли, например, но ты-то посмотри, какой у нас красавец. Хоть завтра пойдем к Хомутовым и засватаем Светку. Она вперед тебя прибежит к нам в дом.
Говорил Сергей мучительно, словами и интонацией жены. И тошнехонько ему было. Под конец так устал, что стал умолять сына, чтоб он пожалел мать.
Сострадание к отцу заслонило в Анатолии все, он встал.
- Хорошо, пап. Я ждал твоего слова, думал… впрочем, мало ли что я думал, но теперь я пришел к такому решению. Я завтра же подам заявление на расчет и уеду из села, а Юле отправлю смс, что между нами все кончено. - Анатолий направился в свою комнату, на ходу снимая с себя пиджак, расстегивая рубашку.
А Сергей вышел на крыльцо, сел на ступеньку, прислонил голову перилам. И вдруг понял, что сын его глубоко несчастен.
- Батюшки, да что же я натворил-то, загубил Анатолию жизнь. – Но перед глазами стояла его любимая жена, которая надеется, что он образумит сына. Но в душе у отца теплилась надежда, что Толик не выполнит своего обещания.
Но сын оказался верен своим словам. Уехал Анатолий налегке, с одной спортивной сумкой, перед этим сухо попрощался с родителями. Даже не дал отцу похлопать себя по плечу. Оба стояли около калитки и смотрели вслед сыну, Тамара шептала какую-то молитву, а Сергей ругал себя за то, что пошел на поводу у жены. Какой же он мужчина? Вот Толик у него заслуживает этого звания.
Сергей первым вошел в дом, минут через пять вошла Тамара и сразу к мужу, который лежал на диване с закрытыми глазами.
-Тебе плохо?
- Плохо, - слабым голосом ответил мужчина.
- Опять сердце прихватило? – Сергей привстал.
- Что мы с тобой натворили? И вот куда Толик поехал? Где будет ночевать?
- Что переживаешь за сына, он у нас нигде не пропадет. Устроится по специальности, не всю же жизнь ему баранку крутить. Еще и девушку хорошую встретит.
- Ты уверена, что она тебе понравится? Да о чем это я говорю, - мужчина махнул рукой и опять лег.- Моя мать была против, когда я собрался на тебе жениться. Говорила же, что ты будешь властвовать надо мной. Я же не послушал ее, вот всю жизнь и живу не то, что под твоим каблуком, а под целой подошвой.
- Расплачься еще. Да если бы не я, так бы и слушался свою маманьку, она бы женила тебя на Машке криворукой. Прожил бы в нищете и грязи.
- Я не о том говорю, оставь Толика в покое, дай ему устроить свою жизнь так, какой она ему видится.
- Я жизнь прожила, а он еще не видел. Еще нам спасибо скажет, что уберегли его от этого шага, - Тамара, обидевшись, вышла во двор. А Сергей достал телефон и стал звонить сыну.
- Толик, возвращайся. Хоть на луну улети, все равно будет тянуть к Юле. Виноват я перед тобой, поддался на уговоры матери. Если любишь ее, другую никогда не полюбишь. Ведь, ты мой сын, однолюбы мы с тобой. Но ты-то чего мечешься? Истерзал себя и Юлю. Сплетен боишься? Сам виноват, сбиваешь людей, а чего прятаться? Пойдешь на решительный шаг, и все замолчат.
- Я тебя понял, отец.
- А мальчишка не помеха. Ему только ласка нужна, он ребенок. И в матери не сомневайся, придет время, оттает ее сердце. Вот тебе мое отцовское слово и благословение. А материно согласие… не в старые времена живем.
Конечно, Толик понимал, что ему не надо никого винить. Дело в нем самом. Он сам себя не понимал. А слова отца его подбодрили. Он тут же развернулся и пошел к Юлии, которая его не ждала так рано. Нет, ему никогда не забыть лица своей любимой женщины. Ведь он ей ни слова не сказал, а она только глянула на него, и все поняла.
Какое счастье он испытал, когда избавился от своей нерешительности. И благодарил отца, обычно мягкого и тихого, всегда уступавшего жене даже в мелочах. В решительный момент жизни сына проявил свою волю, сумел вывести Анатолия на верный путь.
Он станет главой семейства, отцом трех сыновей, но будет продолжать крутить баранку.