Осенью 2024 года все разговоры крутились вокруг боди-хоррора «Субстанция».
Омерзительный фильм на довольно актуальную тему - женского старения. Для одних он стал зеркалом собственных комплексов, незаслуженной ненависти к своей внешности и бесконечной гонки за «идеальной» версией себя. Другие же увидели в нём фарс на заезженных феминистских темах. В результате - два лагеря: одни ищут глубокий смысл, другие видят только жалобы на общество. Но так ли очевиден посыл этого фильма?
Сюжет словно был выстроен специально для актрисы Деми Мур. 27 января 2021 года она открыла кутюрный показ Fendi на Парижской неделе высокой моды. Актриса вышла на подиум в платье из роскошного чёрного шёлка, однако все взгляды были прикованы к её «новому» лицу. Незадолго до этого она прибегла к нитевому лифтингу и использованию филлеров - и её лицо на тот момент ещё не успело полностью восстановиться после процедур. Журналисты таблоидов не упустили возможности прокомментировать эту сенсацию, щедро высказывая свои неприкрыто негативные мнения.
И разве не напоминает эта история сценарий фильма?
Наша героиня, некогда знаменитая Элизабет Спаркл - обладательница «Оскара» и звезда аэробики - становится объектом жесткой критики. Продюсер Харви здесь - скорее карикатура на патриархат, чем реальный злодей. Главная драма - не в нём, а в том, как сама Элизабет грызёт себя изнутри. Любовь к себе и принятие естественного старения угасают, на смену им приходят агрессия и неудовлетворённость. Не справившись с нарастающей ненавистью к себе, Элизабет решается воспользоваться малоизвестным средством под названием «Субстанция». Её не пугает ни то, где она его нашла - в каком-то заброшенном, запущенном гараже, - ни ядовито-зелёный цвет жидкости, который по всем законам природы должен оттолкнуть любое живое, разумное существо. Но, если быть честными, так ли часто мы задумываемся о последствиях, отправляясь к косметологам или пластическим хирургам? Ослепляющее стремление к идеалу нередко заставляет нас игнорировать побочные эффекты - или даже возможные необратимые последствия.
«Субстанция» рождает новую, усовершенствованную версию Элизабет - Сью. Та не просто улучшена, а уже другая личность - со своей харизмой, талантами и навыками манипуляции. Постепенно между ними возникает симбиотическая связь: каждая считает себя главной. На глазах зрителя уверенность Сью растёт, а «исходная» Элизабет всё глубже уходит в себя, теряя контроль и ощущение собственного «я».
На этом этапе, как мне кажется, особенно ярко проявляется не только тема навязанных патриархатом требований к женской внешности, но и проблема легкомысленного, потребительского отношения к собственному здоровью в молодости. Ты живёшь, полагая, что старость - где-то там, далеко, а последствия - дело будущего. Ты наслаждаешься ночной жизнью, не задумываясь о цене. Алкоголь, наркотики и прочие «удовольствия» кажутся безобидными.
Но ты не осознаёшь: всё это - не подарок, а кредит. И погасить его придётся старой версии тебя - той самой Элизабет, которую ты в будущем, возможно, даже не захочешь признавать. Возвращаясь к фильму, интересно подмечено, как Сью тянется к сексуальным, грубоватым парням, тогда как Элизабет в своих мыслях всё ещё даёт шанс своему однокласснику Фреду - тому, кто видит в ней не «новую» версию, а прежнюю женщину, умную и красивую. Иронично, что единственный мужчина, обращающий внимание на Элизабет, сам далёк от стандартов внешней привлекательности. Но, что характерно, сперва и сама героиня не готова ему позвонить, не решается начать разговор - словно оценивает его так же, как оценивают и её. Она вроде бы борется с системой, но сама же и встроена в неё: не видит в однокласснике прежде всего личность, а смотрит сперва на «неподходящую» картинку. Этот момент болезненно точен: фильм показывает не только то, как нас оценивают извне, но и как глубоко мы сами впитали эти оценки и продолжаем жить по ним.
На протяжении всего фильма зрителю незримо навязывается важный вопрос:
«Действительно ли Элизабет стремилась к молодости?» На мой взгляд, её желания были связаны скорее с тем, чтобы её любили и ценили за достижения, не зависящие от возраста. В нескольких эпизодах она с тоской смотрит на снежный шарик - подарок с церемонии «Оскара», когда она была молода, и жизнь казалась бесконечной.
А теперь?
Люди перестали видеть в ней личность, потому что она осмелилась постареть. Безусловно, героиня испытывает одиночество, боль и злость. Её продюсер - мужчина куда старше, омерзительный не только внешне, но и в поступках. Но при этом критике подвергается она. Почему? Потому что мир так устроен? Или потому, что мы сами питаем эти комплексы и соглашаемся на их правила?
В стремлении обрести любовь Элизабет позволяет Сью игнорировать правила использования Субстанции.
Когда же градус её гнева достигает предела, и желание избавиться от Сью становится непреодолимым, Элизабет всё же отступает - ведь через дерзкую и порой наивную Сью она всё ещё надеется стать любимой.
Разве не о нас ли этот сюрреалистичный фильм?
Когда мы готовы терпеть боль от косметических процедур или даже ложиться под нож хирурга - лишь бы почувствовать себя желанными, признанными, любимыми.
Так о чём же этот фильм на самом деле? Патриархат здесь лишь фон, а не главная сцена. Главный нерв картины - это не столько злой Голливуд, сколько наша собственная паника: вдруг мы прожили жизнь впустую, вдруг молодость - единственный шанс, который мы безвозвратно упустили? «
Субстанция» лишь гипертрофирует эту тоску: желание отмотать время, переиграть свои ошибки, родиться заново - но уже красивой, сильной, без слабостей. На самом деле фильм не столько о внешнем давлении, сколько о внутреннем голоде, о страхе остаться в прошлом и не решиться шагнуть в неизвестное. Ирония в том, что мы все хотим вечно оставаться на старте, чтобы сделать всё иначе, но тем самым и застреваем, так и не прожив настоящую жизнь.
P.S. Аплодисменты - это, конечно, приятно, но цифры на карте ещё красноречивее 😉 Карта для добровольных оваций: 2204 3201 6561 5503 (ozon банк)