Сегодня питание на флоте организовано прекрасно. Корабельное довольство — особенно тех моряков, кто ходит в загранку — считается одним из самых лучших. Но, если брать полную историю мореходства, консервы и быстроходные океанские суда повелись относительно недавно. В эпоху же парусного флота морякам приходилось набивать животы буквально чем попало, чтобы в многодневных переходах не умереть от голода, авитаминоза или цинги.
Вплоть до XIX века человечество не было знакомо с методом консервации продуктов путем их пастеризации. Поэтому запасы для дальних плаваний готовили простым вялением, соленьем и копчением. Получалось не очень долговечно и совсем не так вкусно, как можно было бы представить. В Средние века тот, кто решал связать свою судьбу с морем, заранее обрекал себя на многочисленные лишения.
Чтобы уберечь мясо от естественного разложения, его обильно просаливали. Солонина на флоте представляла собой огромные буквально окаменевшие от соли куски. Если запасы пресной воды позволяли, перед приготовлением солонину вымачивали, но чаще готовили так. Жутко пересоленная похлебка, практически лишенная вкуса мяса, после которой мучила жажда, была обычной едой не только простых моряков, но и офицеров.
Копченое и вяленое мясо портилось быстрее, поэтому надолго его не хватало. Чтобы снизить расход продуктов, корабельные экипажи нередко недоукомплектовывали. Это помогало растянуть паек на более долгий срок, но нередко питаться приходилось уже тронутым разложением копченым мясом. Выбор между голодом и несварением желудка — не самая лучшая альтернатива, перед которой зачастую оказывались сотни моряков.
Хранить выпечку или готовить ее прямо на корабле в ту пору не умели. Поэтому в плавание заготавливали галеты – высушенный ржаной хлеб. Хранили его в бочках, но от попадания внутрь жучков это не спасало. Уже через несколько месяцев плавания сухари были «с начинкой» — вполне возможно, питательными, но малоаппетитными личинками. Наименее брезгливые употребляли галеты в таком виде. Кто-то предпочитал сухари вымачивать и запекать. Но делать это в условиях корабля было практически невозможно – запас топлива на судах был ограничен, а бесконтрольное применение огня грозило пожаром.
В плавание нередко брали с собой животных: кур, овец, коров. Но их тоже надо было чем-то кормить, поэтому с ними расправлялись в первую очередь. Далее свежее мясо появлялось в рационе от случая к случаю. Н. Вехов в статье «Где паслась стеллерова корова?» и Н. Е. Бобровская в книге «Жил-был дронт, или Книга о птице, которой больше нет» писали, что моряки пытались ловить рыбу, а популяции птицы додо и морской коровы попросту уничтожили и съели.
С открытием Галапагосских островов и обитающих там слоновых черепах обнаружилось, что эти гиганты неплохо выживают в условиях дефицита пищи и воды в темных трюмах кораблей. Черепах прозвали живыми консервами и часто возили с собой в качестве источника вкусного и питательного мяса. Этот обычай был настолько распространен, что черепаховый суп на флоте долгое время называли ухой.
Были и еще одни животные, которые к середине продолжительного плавания приобретали на корабле особую ценность – крысы. Отъевшиеся на сухарях грызуны нещадно отлавливались, потрошились и отправлялись на камбуз. Из них готовили похлебку для матросов, а иногда и мичманов. Конечно, эта практика не была массовой, так как уже в те времена знали, что крысы являются переносчиками опасных болезней.
Впрочем, основной проблемой на флоте долгое время оставался не голод, а цинга. От этой болезни (как писали ранее — «от лишений») в Средние века умирало до половины экипажей. Позже было замечено, что корабельные эпидемии отступали, когда продовольственные запасы удавалось пополнить тропическими фруктами. Особенно ценились цитрусовые, которые дольше хранились (и в которых, как оказалось, был необходимый запас витамина С).
Богатой этим витамином оказалась и капуста. В квашенном виде ее активно использовали на русском и прусском флотах. Интересно, что у русских морских волков это блюдо подсмотрел знаменитый английский капитан Джеймс Кук и решил ввести это в меню своих моряков, но те такой едой брезговали. В своей автобиографической книге «Плавание на "Индеворе" в 1768—1771 гг. Первое кругосветное плавание капитана Джеймса Кука» автор вспоминает, что ему даже пришлось ввести запрет на выдачу квашеной капусты простым матросам. Из-за этого указа моряки стали считать ее лакомством и всячески стремились получить: украсть или заслужить в качестве поощрения. Таким образом цинга была побеждена.