Линор, вооружённый новыми знаниями и решимостью, отправился в земли народа Майя. Его путь пролегал через густые джунгли и горные перевалы, поросшие тропическими лесами. Воздух был пропитан влажностью, и странные звуки окружающей природы постоянно доносились до его слуха: отдалённый рёв диких зверей, шелест листвы и щебетание невидимых птиц. В этом месте казалось, что сама природа была живым существом, наблюдающим за каждым шагом путника.
Через несколько дней он наконец увидел величественные строения Майя, возвышающиеся среди густого зелёного леса. Они были огромны и внушительны, выполнены с такой точностью, что он сразу понял: это не просто постройки, они явно собирали магическую энергию разряжая окружающий фон. Линор чувствовал, как в воздухе колеблется мана, словно сама природа пыталась подчинить себе эти магические сооружения но проигрывала этот бой.
Однако нечто выглядело странно. Линор заметил, что местные жители вели себя не обычно. Они двигались молча, не глядя друг на друга, их лица были безжизненными, у них не было совершено никакой мимики. Это отличалось от того, что он успел прочесть о народе Майя, который славился своей жизнерадостностью и пышными праздниками и резким переходом в кровавые жертвенные ритуал. Сначала Линор подумал, что они могли быть под влиянием болезни, но что-то подсказывало ему, что здесь все может быть далеко не так просто.
Приблизившись к главному храму, Линор встретил нескольких жрецов в пёстрых, богато украшенных одеяниях. Их лица были закрыты масками в виде грозных животных, и от их вида исходила зловещая аура.
— Я пришёл за помощью, — с твёрдостью в голосе сказал Линор. — Мне нужно связаться с вашими богами.
Жрецы переглянулись, их лица оставались непроницаемыми. Один из них, видимо главный, сделал шаг вперёд.
— Мы можем помочь тебе, путник, — медленно произнёс жрец, его голос звучал, как шелест сухих листьев. — Но для этого нужно пройти древний ритуал. Ложись на алтарь, и ты сможешь услышать голоса богов.
Линор колебался. Эти слова звучали слишком уж подозрительно, но всё же он решил последовать их указаниям. Он знал, что они могли обмануть его, но отчаяние вынуждало его на опрометчивые поступки.
Как только Линор лёг на каменный постамент, жрецы начали шептать странные заклинания, их глаза блестели под масками. Внезапно Линор почувствовал холодную сталь у своего горла. Они пытались отреззать ему голову. Он понял, что жрецы Майя решили принести его в жертву, но они не знали, что Линор был бессмертен. Их ножи оказались слишком тупыми, чтобы сразу отрубить его голову, и Линор, раздражённый, наблюдал за их тщетными попытками.
В какой-то момент ему надоело просто лежать, и он решил немного поиздеваться над своими неудачными палачами.
— Вы, кажется, не совсем правильно держите нож, — сухо произнёс Линор, подсказывая одному из жрецов. — Держите немного под углом для лучшего эффекта.
- О, а так действительно удобнее поддакнул парню жрец, а затем буквально через пару мгновений к последнему снизошло озарение и он перевел свой взгляд на оскалившегося Линора. Жрецы замерли. В воздухе повисло молчание, их глаза широко раскрылись от ужаса, когда они поняли, что их жертва жива и даже разговаривает с ними. Это была немая сцена, полная недоумения и некоторой комичности.
Линор медленно поднялся с алтаря, потянувшись и словно не заметив их попыток убить его.
— Ну тупыыыые, — с насмешкой произнёс он, наблюдая за тем, как жрецы начинают пятиться назад.
Без особых усилий Линор пленил их главного жреца, заковав его магией земли. Теперь у него был “язык”, и с ним он направился обратно к своим товарищам, чтобы устроить небольшой допрос.
— Пора выяснить, что здесь происходит на самом деле, — подумал Линор, оглядывая город Майя, прежде чем окончательно покинуть это место.
Линор вернулся к своим товарищам быстро и без лишних осложнений, ведя перед собой связанного магией главного жреца Майя. Он использовал заклинание, которое плотно сжимало тело пленника, не давая тому двигаться или кричать, оставляя более-менее свободными только его ноги, что позволяло ему идти. Жрец выглядел растерянным и напуганным, его гордое лицо теперь не выражало ничего, кроме страха, недоумения и растеряности. Линор же шагал уверенно, сосредоточевшись на своих мыслях.
Когда Линор подошёл к месту, где его ждали Арминус, Эльдар и Тарин, те заметили его приближение с пленником и сразу поняли, что что-то пошло не так.
— Что случилось, Линор? — спросил Арминус, сдвинув брови в выражении тревоги.
Линор, уставший от странного происшествия с народом Майя, кратко изложил события. Он рассказал, как его положили на жертвенный алтарь и пытались отпилить ему голову, не зная о его бессмертии. Тарин усмехнулся, а Эльдар хмыкнул, подавляя улыбку.
— Ты бы видел их лица, когда я посоветовал им держать нож под углом, чтобы лучше шло, — с усмешкой сказал Линор, вспоминая момент, когда жрецы осознали, что он не поддаётся их ритуалу. — Это было нечто.
— И они действительно думали, что смогут тебя убить? — спросил Тарин с явным удивлением, оглядывая связанного жреца. — Они должны были заметить неладное.
— Согласен, — ответил Линор, оглядывая пленника. — Но был похоже, что они действуют по какому то определенному шаблону и не понимают, с кем имеют дело.
Арминус задумался, присматриваясь к жрецу, словно пытаясь разгадать, какие мысли могут скрываться за его застывшим выражением лица.
— Нам нужно допросить его, — тихо произнес Арминус, его голос звучал тяжело, несколько приглушенно. А глаза блестели в полумраке, отражая свет мерцающих факелов. — Возможно, он знает что-то о высших существах.
Линор внимательно посмотрел на жреца, который, связанный магическими путами, сидел на земле, опустив голову. Его дыхание было тихим, но ровным, будто он вовсе не боялся за свою судьбу.
— Или хотя бы о том, как они совершают эти ритуалы, — добавил Эльдар, поглаживая пальцами густую бороду. В его голосе звучал оттенок скрытого интереса, как у ученого, нашедшего редкий экспонат. — Возможно, у них есть какие-то знания, которыми мы могли бы воспользоваться.
Линор кивнул, опустив голову, будто соглашаясь с неизбежностью. Его пальцы, крепко сжимающие посох, слегка дрогнули. Он махнул рукой, и путы исчезли. Жрец медленно встал, его движения были механическими, а взгляд, направленный на Линора, напоминал пустую бездну. Не человеческий взгляд.
— Ну что ж, — начал Линор с ледяной усмешкой, — может, ты расскажешь нам, почему вы решили принести меня в жертву, вместо того чтобы просто отвергнуть мою просьбу?
Жрец молчал. Лицо его оставалось бесстрастным, словно каменная маска, выточенная веками боли и утрат.
Линор чуть склонил голову, его улыбка стала шире, но холоднее.
— Мы знаем, что вы связаны с богами, — голос его был тихим, почти шепотом, но каждое слово звучало как удар ножа. — Мы ищем способ связаться с ними. Ты можешь помочь нам. Взамен мы... возможно, сможем что-то сделать для твоего народа.
Молчание затянулось, но в этот момент что-то изменилось. Глаза жреца, пустые и безжизненные, внезапно сфокусировались. Он посмотрел прямо на Линора, и тот ощутил холод, пробравшийся до самого сердца. Жрец не просто смотрел на него — он видел насквозь, глубже, чем сам Линор осмеливался заглядывать в себя.
— Глупый мальчишка, — голос жреца был низким, хриплым, словно он говорил не человеческими связками. — Ты ничего не изменишь. Мой народ уже давно обречен. И не только он. Все живые существа в этом мире прокляты.
Слова жреца обрушились на Линора, словно ударная волна. Его руки сжались в кулаки, а глаза вспыхнули гневом.
— Боги отвернулись от нас, — продолжал жрец с горечью. — Они больше не слышат наши мольбы. Им надоело смотреть как мы разрушаем этот мир, как извращаем магию. Они ушли. И никто не знает, куда.
Линор шагнул вперед, его лицо было искажено яростью. Его рука взметнулась вверх, пальцы схватили голову жреца.
— Если ты лжешь... — прошипел он, прежде чем врываться в сознание жреца. Грубая магия, полная боли и отчаяния, хлынула потоком. Жрец вздрогнул, глаза закатились, и через мгновение его тело рухнуло на землю, словно пустая оболочка.
— Линор! — выкрикнул Арминус, но было уже поздно.
Линор медленно выпрямился, его лицо было мертвенно спокойным.
— Он сказал правду, — холодно бросил он, но в его голосе звучала нотка... пустоты. — Их народ давно уже не люди. Это пустые оболочки, проклятые остатки. Они пытались выжить, но обрекли себя на существование хуже смерти.
Эльдар нахмурился, его взгляд скользнул к телу жреца.
— Ты убил его... зачем?
— Он уже был мертв, — ответил Линор, отходя в сторону. Его глаза больше не искали ответов. В них осталась лишь мрачная пустота. Такая же как в камне душ висящем у него на груди. — Мы здесь одни. Боги ушли, и надежды больше нет.
Тишина, тяжелая, давящая, опустилась на всех. Тусклый свет факелов отбрасывал длинные тени, которые казались живыми, словно тянулись к ним из самого мрака.