На протяжении столетий отношения греков с турками или турок с греками отличаются особой теплотой. Между двумя странами имеются неурегулированные и, как представляется, неурегулируемые в принципе территориальные споры. Споры эти затрагивают ряд островов Эгейского моря, а также вопрос о границах территориальных вод и национального воздушного пространства.
Границы территориальных вод обоих государств в Эгейском море простираются, в теории, на шесть морских миль от береговой черты; Греция претендует на 35% от всей акватории моря, Турции остается всего 8,8%. Граница территориальных вод, согласно международному праву, совпадает с границей национального воздушного пространства. Греция придерживается иной трактовки, определив еще в 1931 г. расстояние от береговой черты до границы своего национального воздушного пространства в десять морских миль (граница территориальных вод в 6 морских миль была установлена позже, в 1936 г). Юридические нестыковки усугубляются географией.
Множество греческих островов отделены от материкового берега Турции проливами шириной в нескольких километров. Территориальные воды и воздушное пространство двух стран в таких местах перекрывают друг друга вне зависимости от юрилических тонкостей трактовок границ.
- Хозяин, кофе по-турецки, пожалуйста.
- По-турецки? Здесь только по-гречески. По-турецки – на материке, за проливом. Вали отседова.
Границы Афинского района полетной информации (ниже РПИ Афины) определены документами Европейских региональных аэронавигационных совещаний 1950, 1952 и 1958 гг. РПИ Афины охватывает греческое национальное воздушное пространство (в греческой трактовке, 10 миль от берега), а также некоторые районы международного воздушного пространства. Греция, согласно правилам ИКАО и международной практике, требует, чтобы все гражданские и военные воздушные суда представляли планы полета до их входа в РПИ Афины. Уместно заметить, что в мире не столь много государств, подающих гражданским службам управления воздушных движением третьих стран планы или заявки на полеты военных ЛА, если маршруты не проходят через национальное воздушное пространство этих стран. Ссылка греков на международную практику - от лукавого.
Границы РПИ Афины Турция не оспаривала до августа 1974 г., когда было опубликовано уведомление летчикам NOTAM 714 (NOtice To AirMen), по которому РПИ Стамбул расширялась до середины Эгейского моря (меридиан 25 град) и накладывалось на РПИ Афины. Греция ответила выпуском документа NOTAM 1157, объявившем все Эгейское море зоной, опасной для полетов воздушных судов. Оба уведомления были отменены в 1980 г. не без давления международных структур, но, главным образом, потому что они здорово вредили туристическому бизнесу. Юридически все вернулось на круги своя, никуда не делись и практические трения, поскольку Турция категорически отказалась предоставлять Греции заявки и планы полетов военных самолетов и вертолетов в пределах РПИ Афины.
Формально турки в своем праве, равно как в своем праве и греки. Обе стороны апеллируют к Чикагской конвенции о международной гражданской авиации 1944 г., обязывающей предоставлять планы для всех ЛА, кроме государственных. Греция к государственным самолетам относят лишь аэропланы, на которых перемещаются государственные официальные лица, к коим летчики ВВС не относятся. Военные самолеты, по мнению турок, являются государственными, а пилотируют их государственные люди.
Тут даже папа-юрист не поможет.
Греко-турецкий казус далеко не уникален. Далеко ходить не надо: бывшие западные партнеры регулярно обвиняют Россию в том, что самолеты российских ВКС путешествуют над Балтийским морем в Калининград и обратно, без предварительного уведомления РПИ прибалтийских стран.
Самолеты ВВС НАТО над Балтикой к самолетам ВКС России особо не приближаются, а если некий условный Су-35 подлетает к вероятному супостату метров на 100, то немедленно поднимается вой о непрофессиональных действиях летчика ВКС России. Греки и турки пожимают плечами: парни, мы десятки лет пытаемся загнать друг друга в воду без применения оружия. Опасное сближение? Не смешите подковы наших ишаков.
Виртуальные воздушные бои в небе Эгейского моря, они же совместное маневрирование, давно превратились в рутину.
США с давних пор демонстрируют принципы свободы мореплавания и свободы воздушного движения, направляя свои корабли и самолеты в регионы, где понимание границ территориальных вод и воздушного пространства расходится с американской трактовкой. Точно также ведет себя Турция, с той разницей, что «свободу полетов» самолеты ВВС Турции демонстрируют в среднем ежедневно и неоднократно. Греция всякий раз поднимает на перехват нарушителей воздушного пространства страны или границ РПИ Афины истребители.
Турецкие самолеты чаще всего летают без ракет или иных авиационных средств поражения (снаряды к бортовым пушкам не учитываются). Греческие истребители несут БД с подвешенными УР воздух-воздух, перед взлетом по тревоге боевые ракеты с них, естественно, не снимают. Ружье, подвешенное на стене, как известно, обязательно выстрелит. Оно и выстрелило, один раз как минимум.
В греко-турецком противостоянии над Эгейским морем выделяются два пика – вторая половина 90-х гг. и середина 2000-х гг. По данным Генерального штаба Греции в 1998 г. турецкие военные самолеты нарушили границы РПИ Афины 1064 раза, национальное воздушное пространство Греции 986 раз, в 574 случаях турецкие самолеты несли подвесное вооружение; зафиксировано 405 воздушных боев с греческими истребителями. Совместное маневрирование термином «воздушный бой» принято описывать как в Греции, так и в Турции. Второй пик отмечен в 2005 г.: 2230 нарушений РПИ Афины, 3240 вторжений в национальное воздушное пространство Греции, 977 полетов выполнено вооруженными турецкими самолетами, проведено 244 воздушных боя. Подсчитывать общее количество нарушений смысла не имеет, ибо с 1985 г. они случались в среднем по несколько раз в день, хотя летом, в высокий сезон туризма, случались мирные недели и даже месяцы – бизнес есть бизнес.
Раз велись бои, значит имели место и потери. Потери сторон в холодной войне над Эгейским морем подсчитать непросто. ВВС и Турции, и Греции лишились десятков самолетов в авариях и катастрофах, часть из них произошла непосредственно в ходе совместного маневрирования. Обе стороны не склонны предавать такие случаи гласности, наоборот – обе стороны наводят густую тень на высокий плетень.
Первые нарушения военными самолетами Турции границ РПИ Афины относятся к 1975 г. Последующие пять лет такие нарушения оставались спорадическими, а полеты в пределах РПИ Афин выполнялись турецкими патрульными и транспортными самолетами, а если истребителями, то исключительно в рамках учений НАТО. Первое вторжение в пределы РПИ Афины турецких «Фантомов» греки зафиксировали в 1983 г.
Со стороны Греции «Фантомам» противостояли истребители «Мираж» F.1CG, самолеты одного с F-4 поколения, но обладавшие лучшей маневренностью, что принципиально важно в случае совместного маневрирования.
Положение изменилось с поступлением на вооружение ВВС Турции в 1988 г. истребителей 4-го поколения F-16. Ответом на новый вызов турок стали методические и организационные меры, предпринятые командованием ВВС Греции. Методические меры заключались в отработке тактики маневренного боя «Миража» F.1CG против F-16. Организационные – в переброске 324-й эскадрильи с авиабазы Танагра, расположенной на метрике, на авиабазу Ираклион на о. Крит и организации несения боевого дежурства на аэродромах, расположенных на ряде мелких островв.
Очередная рутинная схватка, произошедшая 18 июня 1992 г., стала для греков своеобразным рубежом. С этой даты, пожалуй, холодная война над Эгейским морем началась по настоящему.
Утром 18 июня над северной частью Эгейского моря были обнаружены восемь турецких F-16. Самолеты шли в направлении Греции парами на широком фронте. На перехват подняли три пары греческих F-16 и пару «Миражей» F.1CG. Совместным маневрированием в тот день занимались все самолеты, однако в историю вошло противостояние греческих «Миражей» с турецкими F-16.
Дежурная пара «Миражей» из 342-й эскадрильи взлетела с авиабазы Танагра в 9 ч утра местного, греческого, времени. Ведущий самолет (б/н 115, собственное имя «Лимнос») пилотировал подполковник Николаос Сиалмас, ведомый - И. Манолакос.
Встреча с турецкими F-16 произошла недалеко от острова Айос-Эфстратиос, расположенного в самой середине Эгейского моря примерно на одинаковом расстоянии от берегов Греции и Турции. Сиалмосу удалось зайти в хвост одному F-16. Турецкий летчик пытался оторваться, снизившись до предельно малой высоты. Дальнейший ход событий известен со слов грека-ведомого. Манолакос утверждал, что за F-16 по воде тянулся кильватерный след. В кильватерный след вошел «Мираж» подполковника Сиалмоса. Летчик погиб. О неисправности самолета или резком ухудшении здоровья (такое случается) подполковника речи идти не может, так как ведущий поддерживал постоянный радиообмен с ведомым. Сиалмос разбился через 17 минут после взлета с авиабазы Танагра. Оба «Миража» несли по две боевых УР «Мажик», турецкие F-16 ракет не имели.
Гибель подполковника Николаоса Сиалмаса получила широкий резонанс в Греции. Впервые греческий летчик погиб в воздушном бою с истребителями ВВС Турции. Сиалмас не был сбит, формально…
Мыс Трипити на острове Айос-Эфстратиос переименован в мыс Никос Сиалмос. На горе вблизи мыса сооружен памятник в виде спартанского щита с копьем – эмблемы 342-й эскадрильи ВВС Греции. Ежегодно у памятника проводятся памятные мероприятия с участием первых лиц Греции и Греческой православной церкви. ВВС Греции регулярно устраивают фотосессии с пролетами самолетов на фоне мыса Никос Сиалмос – пепел Класса стучит в сердце (Ш. де Костер «Тиль Уленшпигель»).
В первой половине 1992 г. самолеты F-16 состояли на вооружении турецких 113-й (авиабаза Эскишехир), 132-й (Чигли), 141-й (Мюртед/Акинчи), 142-й (Мюртед/Акинчи), 191-й (Баликесир) эскадрилий. В совместном маневрировании у берегов о. Агиос-Эфстратиос принимали участие, скорее всего, летчики и самолеты 113-й, 132-й (F-16 блок 30) или 191-й (блок 50) эскадрилий.
Следующую результативный воздушный бой, из известных, состоялся 8 февраля 1995 г. На перехват четверки турецких F-16 с авиабазы Ираклион взлетела дежурная пара «Миражей» F.1CG из 334-й эскадрильи. Ведущим пары был подполковник Ираклис Цамадиас.
Циамидис навязал «совместное маневрирование» истребителю F-16, в кабине которого находился достаточно молодой летчик – лейтенант Мустафа Йылдирим (в большинстве греческих источниках Йылдирим представлен подполковником, что не соответствует действительности). Грек пикированием с полубочкой увлек турка со средней высоты к самой воде. Подполковник из пикирования «Мираж» вывел, а турок F-16 – нет. F-16 блок 40 (с/н 91-0021) упал в море в 11.37 греческого времени в четырех милях юго-восточнее о. Карпатос. Стороны постарались замять инцидент. По официальной версии F-16 разбился из-за утраты летчиком контроля за расходом топлива/отказа топливного насоса, а точку падения зафиксировали в 16 милях от греческих берегов, вне пределов территориальных вод. Лейтенант Йылдирим успел катапультироваться.
Спасательная операция, как ее описывают греки, едва не стала поводом еще для одного воздушного боя. В район падения F-16 были направлены греческие самолет С-130 и поисково-спасательный вертолет АВ-205. Там же объявилась пара турецких F-16. Турецкие истребители выполняли «агрессивные маневры» по отношению к С-130. Летчики С-130 получили приказ игнорировать действия турок, греческие истребители на сей раз на перехват не поднимались. Йылдирима обнаружил экипаж С-130, он же навел на него вертолет АВ-205. Эвакуации турецкий летчик не противился. АВ-205 доставил турка на Родос. С Родоса в тот же день лейтенанта на борту греческого С-130 перевезли в турецкий аэропорт Даламан. Посольство Турции в Афинах выразило Греции признательность за спасение летчика. Дипломаты, как им положено, сделали красивую мину при плохой игре, но вот Йылдирима и греков из экипажа С-130 встретили в Доломане достойно, хотя кто-то – кто-то, а главком ВВС Турции знал истину. В изложении греков завершение сюжета выглядит замечательно:
- В штабе базы греческому экипажу были предложены безалкогольные напитки, сладости и бесплатный десятидневный летний отдых в соседнем пляжном гостиничном комплексе. Никто из греческого экипажа не принял османские дары.
Было бы ошибкой считать, что Циамидиса встретили в Ираклионе как героя. Оба «Миража» после посадки сфотографировали непосредственно на ВПП, до заруливания на стоянку, дабы иметь доказательства о неиспользовании ракет воздух-воздух. Циамедиса прямо возле самолета встретили специальные люди и доставили в штаб, где он по телефону доложил наверх о содеянном. История с утоплением турецкого F-16 получила огласку только в 2000-е гг., после того как достоянием гласности стал факт уничтожения турецкого же F-16 ракетой, запущенной с греческого «Миража 2000».
Греция в середине 90-х гг. подняла ставки в игре за контроль над Эгейским морем, приступив к заселению ряда необитаемых спорных островов. В мае 1995 г. греческий парламент ратифицировал Конвенцию ООН по морскому праву. Конвенция, помимо прочего, оговаривала ширину территориальных вод 12 морскими милями. Эгейское море превратилось, пока на бумаге, в греческое озеро. Турция ответила «эскалацией напряженности и агрессивным поведением своих ВМС и ВВС. Турция поставила под сомнение суверенитет Греции над некоторыми островами и островками в Эгейском море».
Возникновения кризисной ситуации долго ждать не пришлось.
Небольшой турецкий сухогруз «Фиген Акат» 25 декабря 1995 г. выскочил на мель около двух забытых и Богом, и Аллахом скалистых островков Имиа (Имия, Иммия; турецкие названия Кардак, Икиздже). Островки лежат в трех морских милях от материкового берега Турции и в 12 милях от греческого острова Калиминос. Островки всегда были спорными, но до подписания Грецией конвенции ООН прав на них все же было больше у Турции. Идеальное место для возникновения кризиса.
К сухогрузу подошел греческий патрульный катер. Командир катера проинформировал капитана сухогруза, что спасать его будут греки, поскольку «Фиген Акат» находится в территориальных водах Греции. Капитан возразил: «турок сам и сижу на турецких камнях». Дискуссия о снятии сухогруза с мели, с места в карьер, перешла на уровень министерств иностранных дел, то есть речь зашла о государственной принадлежности островов Имиа/Кардак.
Погода, тем временем, ухудшилась. Туркам пришлось воспользоваться помощью двух греческих буксиров. Буксиры притащили «Фиген Акат» в турецкий порт Кюлюк 27 декабря. Конец истории? Нет, завязка кризиса.
Мэр городка Калиминос, что на о. Калиминос, в компании начальника местной полиции и священника 26 января водрузил на одной из двух скал Имиа флаг Греции. Энтузиасты, блин. Свои энтузиасты нашлись и в Турции. Пара журналистов издания «Хюрриет» наняли вертолет и 27 января прибыли на о. Кардак. Турки установили турецкий флаг, а греческий забрали с собой как трофей. Операцию широко освещали турецкие СМИ, спустить ее на тормозах греки не могли, а может и не хотели.
К островам подтянулись корабли ВМС Греции. 28 января над восточным островам Имиа снова взвился бело-голубой флаг. До сведения посла Турции в Греции довели, что вопрос о государственной принадлежности островов Имиам остается предметом для переговоров, но Греция требует вывести все корабли ВМС Турции из территориальных вод Греции (турецкие корабли уже подошли к островам), а любая попытка турок приблизиться к островам будет пресечена огнем на поражение.
Накалившиеся греко-турецкие отношения усугубил инцидент, случившийся утром 28 января много севернее островов Имиам/Кардак. В районе о. Лесбос, пара F-4Е ВВС Турции вошла в РПИ Афины. На перехват «Фантомов» с аэродрома на о. Лемнос подняли пару F-16С блок 30 из 330-й эскадрильи, эта эскадрилья первой в ВВС Греции получила истребители данного типа. В ходе совместного маневрирования один «Фантом» (F-4E с/н 67-0301) упал в море у побережья Лесбоса. Штурман-оператор Мехмет Кирал катапультировался, летчик Алтуг Карабурун остался в кабине. Кирала вытащил из воды греческий вертолет АВ-205. Турка после непродолжительного пребывания в больнице на о. Родос самолетом ВВС Греции доставили в Измир. Турецкий «Фантом» загнал в воду 1-й лейтенант Г. Теокаридис.
С учетом результативного воздушного боя или без оного, но Турция 29 января заявила о своем суверенитете над о. Кардак. Греческие военные в количестве 12 человек оставались на восточной скале. В ночь с 30 на 31 января две надувные лодки «Зодиак» с десятком бойцов турецкого спецназа проскользнули к западному острову.
Высадка турецких военных не укралась от глаз греческих моряков. Задачу выяснить примерную численность турецкого десанта поставили перед экипажем вертолета АВ-212ASW б/н 21. Вертолет взлетел с фрегата «Наварино» ближе к рассвету 31 января. На фрегат вертолет не вернулся. По официальной версии упал в море по причине плохой погоду (погода действительно была отвратительной), по неофициальной – был сбит турками, весьма вероятно парой истребителей F-16. Три члена экипажа вертолета погибли.
Боевые действия не разразились благодаря личному вмешательство президента США Билла Клинтона, резко одернувшего своих клиентов: «Ни кораблей, ни войск, ни флагов». И вообще глупо начинать войну из-за того, что «два турецких журналиста и группа греческих рыбаков не поделили две скалы с обитающей на ней козой, одной». Греческие и турецкий силы отошли от островов Имиа к вечеру 31 января 1996 г. под наблюдением кораблей и самолетов американского 6-го флота.
Европейский парламент в феврале 1996 г. вынес решение о принадлежности островов Греции. Ага. В январе 2016 г., в годовщину кризиса, скалы посетил министр обороны Греции Панос Камменос. Министра приветствовала пара турецких F-16, пролетевших на небольшой высоте над островами. В январе 2017 г. к островам наведался начальник Генштаба Турции. Катеру с начальником Генштаба не дал приблизиться к островам катер береговой охраны Греции, едва не дошло до тарана. Через год повторную высадку Паноса Камменоса на скалу сорвали корабли ВМС Турции. Сериал «Великолепный век» - ждем продолжения.
За кулисами кризиса остался несостоявшийся налет самолетов ВВС Греции на корабли ВМС Турции. Повышенную боевую готовность в ВВС Греции объявили в 5 ч утра 30 января 1996 г. 30 января произошло два безрезультатных воздушных боя, в который суммарно принимали участие 17 турецких и 14 греческих истребителей. В этот же день турецкую эскадру у островов Имиа облетели шесть F-4E из 337-й эскадрильи ВВС Греции. «Фантомы» несли бомбовую нагрузки, а экипажи в случае поступления приказа находились в готовности атаковать корабли.
Поздним вечером 30 января поступила команда подготовить к нанесению удара по турецким кораблям шесть А-7Н из 345-й эскадрильи. Штурмовики должны были сопровождать F-16 из 330-й эскадрильи.
Боевая нагрузка каждого А-7Н включала пять бомб Mk82 или Mk83 и один ПТБ (на левом или правом внутреннем подкрыльевом пилоне). Летчики заняли места в кабинах «Корсаров» в час ночи 31 января. Они оставались в самолетах в двухминутной готовности к взлету до 6.30 утра, когда боевой вылет отбили. Планировался также второй боевой вылет утром в составе десятки «Корсаров».
Часть 2: https://dzen.ru/a/Z0Des5Xtvw_DbV6P