Павел зашел в квартиру и застыл на пороге. Посреди коридора громоздились коробки и чемоданы, а из кухни доносился голос тещи:
"Машенька, солнышко, да разве ж так борщ варят? Дай-ка я тебе покажу..."
Павел прошел на кухню. Его жена Маша виновато улыбнулась: "Паш, мама у нас поживет немного. Папа умер, ей тяжело одной..."
"Зятек!" - расцвела Анна Петровна. "А я вот решила дочке помочь. А то она у меня совсем хозяйство запустила. Борщ варить не умеет, квартира не убрана..."
"Мам!" - возмутилась Маша.
"Что мам? Правду говорю! Вон, пыль везде. И шторы давно стирать пора. Хорошо, что я приехала - теперь порядок наведу!"
Павел переглянулся с женой. В ее глазах читалось: "Потерпи немного, ей правда тяжело".
"Хорошо," - вздохнул он. "Только ненадолго, договорились?"
"Конечно-конечно," - закивала теща. "Месяц-другой, не больше. Пока в себя не приду..."
Павел не знал, что этот "месяц-другой" растянется на целый год.
Прошла неделя. Павел вернулся с работы и не узнал свою квартиру. В гостиной все было переставлено, диван теперь стоял у другой стены, а его любимое кресло исчезло.
"Анна Петровна, где мое кресло?" - спросил он, стараясь сохранять спокойствие.
"А я его на балкон вынесла," - отозвалась теща из кухни. "Оно энергетику портит. По фэн-шую мебель надо по-другому расставить."
"По какому еще фэн-шую? Это мое кресло, я в нем телевизор смотрю!"
"Вот-вот, все сидишь бездельничаешь. А надо двигаться! Я специально диван переставила - теперь до телевизора далеко, будешь больше ходить."
Павел глубоко вздохнул и пошел на балкон. Кресло стояло среди каких-то ящиков и пакетов с землей.
"А это что такое?" - он указал на садовый инвентарь.
"Рассаду буду выращивать!" - радостно сообщила теща. "Петрунью, укропчик, помидорки. Все свое, экологически чистое!"
"На балконе? Анна Петровна, вы с ума сошли? У нас двенадцатый этаж!"
"Тем лучше - солнца больше! Машенька, скажи своему, пусть не ворчит. Я же для вас стараюсь!"
Через месяц балкон превратился в настоящий огород. Теща установила три мини-теплицы, развесила лампы для подсветки растений и постоянно что-то пересаживала.
"Анна Петровна, у нас счет за электричество вырос в три раза!" - возмущался Павел, размахивая квитанцией.
"Зятек, так это ж для здоровья! Вот помидорки созреют - сам спасибо скажешь. Не то что магазинные, химией травленные."
"Какие помидоры в феврале? Вы еще огурцы начните выращивать!"
"А что, хорошая идея!" - оживилась теща. "И огурчики посадим, и перчик..."
Маша пыталась сгладить конфликты: "Паш, ну пусть мама займется чем-то. Ей же тяжело после папиной смерти..."
"Тяжело?" - взорвался Павел. "А нам легко? Квартира превратилась в колхоз! Везде земля, какие-то червяки для компоста в ванной! Это уже не депрессия, а какое-то помешательство!"
"Не смей так говорить о моей матери!" - вспыхнула Маша.
"Вот-вот," - поддакнула Анна Петровна. "Слышал, зятек? Не нравится - можешь на диване в зале спать. А то как-то неудобно при матери..."
После ужина Павел пытался смотреть футбол, но теща включила свой любимый сериал.
"Анна Петровна, у меня важный матч!"
"Зятек, ты в своем уме? Какой футбол, когда там такое! Сейчас Марианна узнает, что Хуан - её брат!"
"Мне плевать на вашу Марианну! Я хочу посмотреть футбол в своей квартире!"
"В нашей квартире," - поправила теща. "Я тут теперь тоже живу. И имею право смотреть, что хочу."
"Мама права," - вмешалась Маша. "Нельзя быть таким эгоистом."
"Я эгоист?!" - Павел вскочил. "Да она всю жизнь перекроила под себя! Утром её сериалы, вечером - тоже! На балконе - теплицы! В ванной - рассада! В спальне я спать не могу, потому что ей "неудобно"! А теперь еще и телевизор отбирает!"
"Машенька," - всхлипнула Анна Петровна. "Ты слышишь, как он со мной разговаривает? А я всего лишь хотела помочь... Ох, сердце... Таблетки..."
"Паша, немедленно извинись!" - потребовала Маша. "Ты довел маму до сердечного приступа!"
К весне ситуация стала невыносимой. Теща заставила лоджию рассадой полностью - там уже было не только три теплицы, но и стеллажи с подсветкой по стенам.
"Анна Петровна, вы же обещали месяц-другой пожить!" - не выдержал Павел. "А уже полгода прошло!"
"И что? Я, между прочим, пользу приношу! Вот, смотри - первый урожай!" - она гордо продемонстрировала чахлый помидор размером с грецкий орех.
"Да на эти помидоры мы уже десять тысяч электричества потратили! Дешевле в магазине купить!"
"Деньги, деньги... Жадный ты, зять. Вот Машенькин папа другой был - щедрый, заботливый..."
"Не смей меня с ним сравнивать!" - взорвался Павел. "И вообще, может хватит спекулировать его памятью? Когда вы уже в свою квартиру вернетесь?"
"В какую квартиру?" - вмешалась Маша. "Паш, мы же договорились - мама теперь с нами живет. Ей тяжело одной..."
"Что?! Какое еще "договорились"? Я на такое не подписывался!"
"Вот и показал своё истинное лицо," - покачала головой теща. "Машенька, я же говорила - не тот человек твой муж..."
"Значит, вы уже все за меня решили?" - Павел мерил шагами кухню. "А меня спросить не хотели?"
"Паша, ну куда маме идти? Она же совсем одна..."
"А как же её квартира? Трехкомнатная, между прочим!"
"Я её сдаю," - спокойно сообщила Анна Петровна. "Деньги на книжку кладу. А что такого?"
"Прекрасно!" - рассмеялся Павел. "То есть вы там деньги копите, а мы должны вас содержать?"
"Не ори на мою мать!" - вспыхнула Маша. "Она нам помогает! Готовит, убирает..."
"Помогает?! Да она всю квартиру рассадой заставила! У нас уже плесень на стенах от её теплиц! А счета? Ты видела последний счет за свет?"
"Деньги считаешь?" - прищурилась теща. "А кто твоей жене норковую шубу купил? Думаешь, не знаю, что это с моей сданной квартиры деньги?"
"Что?!" - Павел повернулся к жене. "Ты брала у неё деньги?"
"Ну... мама предложила... Я думала, это подарок..."
"Все, с меня хватит!" - Павел схватил куртку. "Живите тут вдвоем со своими помидорами. А я ухожу!"
Маша нашла мужа в баре через два квартала от дома. Он сидел за стойкой, хмуро глядя в стакан.
"Ты вернешься?" - тихо спросила она.
"А что изменится? Твоя мать уже считает эту квартиру своей. Я там никто."
"Не говори так! Просто маме сейчас тяжело..."
"Год прошел, Маш! Целый год! И что, стало легче? Нет - только хуже. Теперь у нас племенное хозяйство на балконе, сериалы до ночи и вечные упреки. А ты все её оправдываешь."
"Она моя мать!"
"А я твой муж! Был им, по крайней мере... Знаешь, я снял квартиру. На Профсоюзной."
"Что?" - Маша побледнела. "Ты нас бросаешь?"
"Нет, это ты выбрала - между мной и матерью. Я просто ухожу с дороги."
"А как же наш брак? Наша семья?"
"Семья?" - горько усмехнулся Павел. "У тебя теперь другая семья - мама и её помидоры. Я там лишний."
Прошел месяц. Павел привыкал к жизни холостяка, хотя каждый вечер тянуло домой. Маша звонила каждый день, но разговоры были короткими и неловкими.
В пятницу вечером она приехала к нему сама: "Паш, я все поняла. Мама... она действительно перешла все границы."
"И что теперь?"
"Я сказала ей, что нужно возвращаться в свою квартиру. Она закатила истерику, обвинила меня в предательстве... Но я стояла на своем."
"И?"
"Она собрала вещи и уехала. Правда, пригрозила, что больше никогда со мной не заговорит."
"А теплицы?" - усмехнулся Павел.
"Вывезла. Сказала, что будет выращивать помидоры у себя. Кстати, последний счет за свет пришел - в пять раз меньше обычного."
Они помолчали. Потом Маша тихо спросила: "Ты вернешься?"
"А она не приедет снова? С новыми идеями?"
"Нет. Я поняла - нельзя жертвовать нашей семьей. Даже ради мамы."
"Хорошо," - кивнул Павел. "Я вернусь. Только кресло сначала верни на место."
"Уже вернула. И знаешь... может, съездим куда-нибудь вдвоем? Нам нужно побыть семьей. Без помидоров и сериалов."
