Вещи, такое ощущение, могут впитывать энергию человеческих эмоций. А, накопив ее, потом отдавать ее людям. Поэтому очень важно, какие предметы, с какой "аурой памяти" вы храните в своем жилом пространстве.
Если с этой вещью у вас связаны какие-то дорогие воспоминания, если вы заботитесь о ней, радуетесь ей, то и она начинает "светиться" в ответ и радовать вас. А иногда неодушевленные предметы, наоборот, "фонят" недоброй энергией, когда их дарят без души, или они попадают в ваш дом случайно.
Нелюбимая Ада
Я отчетливо помню в своей жизни первый такой предмет. Куклу почти метрового роста, со смоляными волосами, пластмассовую, жесткую, холодную. Ее звали Ада. Ее мне подарила бабушка Лена - папина мама, как раз примерно через год после того, как папа ушел от нас с мамой к другой женщине. Мне было 8 лет. И в куклы я уже тогда не играла. Баба Лена приезжала "навести мосты": то ли мирить папу с мамой, то ли познакомиться с новой избранницей папы. И мне она подарила эту Аду в школьной форме с черным фартуком и в платье цвета морской волны. Баба Лена побыла у нас в гостях лишь один вечер, а Ада осталась в квартире. И мы с мамой... не знали, куда ее деть. Куда ее посадить, такую большую, чтобы она не мешала нам жить. Она занимала место в кресле, я смотрела на нее, и прям физически ощущала что-то нехорошее, связанное с ней, или даже исходящее от нее. Мне совсем не хотелось играть с этой Адой. Даже видеть ее не хотелось. Я совершенно точно могла сказать тогда, что Ада - моя самая нелюбимая игрушка. И я испытала огромное облегчение, когда мама ее куда-то вынесла из дома.
Я хочу, чтобы в вашей жизни началась белая полоса
А недавно, примерно полгода назад, одна очень хорошая женщина, психолог и мастер по изготовлению авторских кукол, подарила мне куколку ручной работы. Она обычно их продавала в загородном доме моих друзей Наташи и Вити во время концертов, которые они периодически устраивали и продолжают устраивать у себя, приглашая на них друзей и близких по духу людей. Виктор Попов - прекрасный автор-исполнитель, очень бережно работающий с поэтическими текстами и пишущий музыку на хорошие стихи. Очень многие песни Виктора - мои любимые. Да что там мои - песню "Хранитель мой, благодарю" поет всегда весь зал (в гостиной, которая превращается в зрительный зал, можно разместить 20-30 человек). А Наташа - жена и Муза Виктора, хранительница очага и добрых традиций дома. Одна из них - после каждого концерта делать общую фотографию гостей.
У них прекрасный одухотворенный дом, и такие же к ним приходят гости - очень интересные, чем-то увлеченные в жизни. И вот Наташа - кукольный мастер - обычно ставила корзину с куколками, и все желающие могли выбирать себе СВОЮ куклу. Она просила за них 1000 рублей. Для меня это было дорого.
И тут она неожиданно подходит ко мне и говорит: "Таня, я хочу подарить вам куклу. Выберите себе, какая вам больше всего нравится. Это особые куклы. Они приносят удачу и что-то хорошее человеку, открывают белую полосу в жизни. И я хочу, чтобы в вашей жизни тоже началась белая полоса". Я тогда уже вынуждена была собирать деньги на незаменимое и недоступное лекарство, и Наташа знала об этом.
Я выбрала себе самую маленькую куколку в корзине, в светло-голубом платьице. Меня прямо потянуло к ней. Я назвала ее Наташа. Натуся. Наточка. И она стоит на комоде напротив моей кровати и я каждый день смотрю на нее.
И, знаете, что? Может быть, это совпадение, или добрая мистика, но с появлением куклы Наташи в моей жизни действительно начали происходить приятные события. Дзен увеличил показы. Мои статьи начали читать, подписываться на канал, причем очень хорошие и светлые люди. Они начали писать мне ободряющие комментарии, благодаря которым я поняла и почувствовала, что мой канал кому-то нужен и интересен. И у меня появился большой внутренний стимул продолжать писать. И буквально через полтора месяца после появления куколки Наташи мой канал вышел на монетизацию.
А потом было маленькое путешествие в Тверь с сыном, и другие приятные события. А началась эта светлая полоса именно с куколки Натуси.
Светлая память о бабушкином доме
Моя бабушка жила в Воронежской области, в старинном городке Павловске. Могла бы жить и в самом Воронеже, если бы их квартиру не разбомбили во время Великой Отечественной войны. Оттуда мой дедушка - младший лейтенант, выпускник военного училища, забрал молодую жену с новорожденной девочкой (мама родилась 30 июля 1941 года) в эвакуацию в Ташкент, куда отравлялось все училище деда, чтобы готовить для фронта кадровых офицеров. Из Ташкента дедушка отправился на фронт с очередным составом подготовленных офицеров, а бабушка с мамой остались жить под южным солнцем в доме старого узбека. В 1942 году бабушка получила извещение, что ее муж пропал без вести. А в конце 44-го они вернулись в Воронеж, и обнаружили, что ни дома, ни вещей больше нет. И бабушка повезла мою трехлетнюю маму в Павловск, в родительский дом. Я помню его. Каждое лето я бывала у бабушки, будучи ребенком. Помню старинное зеркало в деревянной резной раме, помню старинную посуду, такую непохожую на современную. Весь тот старый уклад, запах ванили от старого стола-тумбы, где у бабушки всегда было припасено что-то вкусное.
Однажды, уже будучи студенткой, я приехала летом к бабушке и не застала старого зеркала в раме на прежнем месте. Обычное современное зеркало висело на стене. "А где зеркало в раме?" - "Зеркало пришлось выбросить. Совсем испортилось, потускнело. А рама - в сарае", - ответила бабушка. Я побежала в сырой сарай. И нашла эту раму. Часть резных элементов уже была утеряна, но часть удалось сохранить. Я помню, как высушивала ее, как бережно и кропотливо реставрировала, проходила слоями морилки, лака. Спасла раму! И забрала ее себе. С 1990 года эта рама живет у меня. И уже перенесла с десяток переездов. Но в Пушкино она со мной уже 10 лет. А вообще, свою долгую жизнь она начала в конце девятнадцатого века! Я очень ее люблю. Она для меня - одухотворенная. В зеркало, которое она обрамляла, смотрела еще моя прабабушка Анастасия, которую я уже не застала.
А еще у прабабушки Анастасии были старинные тарелки. Но уцелела только одна. Вот эта. И я ее тоже бережно храню.
По сути, больше у меня нет ни одного предмета, которого касались бы руки моих родных по крови людей. В них хранится память...
Привет со Старого Арбата
Когда я жила в Москве, я любила ходить гулять на Старый Арбат. Мне нравилось, что эта улица живая, наполненная голосами и картинами. Однажды летом я по привычке рассматривала то, что выставляют художники на продажу. Среди конъюнктурной рыночной "мазни" изредка попадались и стоящие работы. Но они стоили дорого.
И вдруг я увидела постер с подмалевком, который выдавали за картину. Так честно смотрели в глаза, говоря, что это картина, что мне прям хотелось верить, ей-богу! Хотя я понимала, что это постер с самого начала. И несколько раз уходила. Но потом все равно возвращалась к нему. И опять вглядывалась в эти ирисы. И какая-то необъяснимая нежность в душе возникала, когда я смотрела на эти светло-фиолетовые лепестки. И все-таки, я купила "картину". За 5 000 рублей. И она тоже живет у меня дома. И лепестки по прежнему вызывают нежность в моей душе. И еще я вспоминаю это счастливое время, когда я могла спокойно ездить на Старый Арбат слушать музыкантов и рассматривать картины. Однажды и меня рисовали на Арбате, но много раньше, в 1991 году. И тот портрет, к сожалению, не сохранился.
Книги, картины, памятные шкатулки ручной работы. Я не представляю свой дом без этих предметов, не имеющих утилитарного назначения. Но они формируют пространство, которое я вижу перед собой каждый день. И мне в нем уютно. Я чувствую, что я у СЕБЯ дома. Для меня это важно - быть там, где со мной "говорят" вещи. Любимые вещи, которые больше, чем вещи. А у вас есть такие предметы в доме, которые связаны с какими-то воспоминаниями о событиях и людях?
💗 Татьяна Гольцман и мой канал Ноктюрн души на струнах жизни. Присоединяйтесь!