Абсолютный хит Россини я, конечно, слушала и не раз, думаю о чем комедия Бомарше и написанная на ее основе опера знают примерно все. Почему же решила идти? Потому что, как это ни странно. на сайте достаточно заблаговременно опубликовали составы ( сейчас это, увы, большая редкость), и в одном из них было счастливое для меня совпадение: Ярослав Абаимов (граф Альмавива) и Василий Ладюк ( Фигаро). По большому счету было бы достаточно и Ладюка, чтобы я начала вводить номер карты, но Абаимов из молодых певцов мне тоже очень симпатичен, решила, что такое комбо я непременно должна услышать. Тем более, что цена билета была приемлемой ( что в последнее время тоже бывает нечасто).
Евгений Писарев в моем восприятии режиссер скорее хороший, чем нет, звезд с неба не хватает, но постановки в целом приемлемые, так что шла ничего особенного не ожидая, но все же подразумевая, что совсем плохо не будет.
Так и случилось. Рассаживаясь по местам зритель уже начал наблюдать тизер: нижняя часть сцены оформлена как театральная гримерка, сбоку сцены двери, в которые входят артисты, костюмеры, гримеры, охранники и прочие служители театра. А на уровне сцены, собственно сцена и подразумевается. Понятно: в стопитсотый раз у нас «театр в театре». Артисты в гримерках ведут себя обыденно – кто пудрится и красится сам, кто окружен стайкой визажисток, кто-то распевается в углу, кто-то заходит с улицы в медицинской маске. Администратор суетится, тыкает в наручные часы, человек с лицом «решалы» несет какие-то документы на подпись, уборщица достаточно долго моет пол. Про уборщиц уже становится смешно, ибо в Большом это уже вторая постановка с уборщицей и шваброй из посмотренных за последний год ( первая - Луиза Миллер).
В одном оперном канале прочитала отзыв критика Сергея Буланова на премьеру «Риголетто» в Большом. Наугад спросила, не было ли уборщиц, он ответил, что одной из героинь выдали мусорный мешок, с которым ей пришлось куда-то шествовать, судя по всему это какая-то инфекция у режиссеров. Раньше я все коней в постановках отмечала, теперь буду уборщиц считать.
Однако то, что происходило на сцене сцены ( вот это выражение), мне показалось достаточно забавным, что важно для такой веселой оперы, как « Севильский цирюльник». Ни к чему не обязывающая, легкая, согласно эпохе одетая и проаксессуаренная жизнерадостная постановка получилась ( сценограф З. Марголин) . Большинство артистов было на кураже, отыгрывали комедию вполне искренне и смешно, миманс в нужные моменты становился достаточно безумным, в иные - просто забавным, в общем мне многое понравилось за исключением гримерки, в которой не было ничего любопытного. Хотя изображать юмор пытались, но все это получалось словно бы куда картоннее и неестественнее, чем происходящее на сцене. Декораций как таковых было мало, но содержание видеопроекций ( дождь, падающие звезды, бегущие страусы или летящие птицы) в принципе настроению соответствовало.
Наверное одной из фишек спектакля задумывалась точечная русская речь в устах героев. То Альмамвива после окончания вздохнет « Розиночка», то Бартоло скажет «Кто там?», ну зритель смеялся. Значит фишка все же удалась.
В целом и удачи, и неудачи постановки не вступали в конфликт с музыкой Россини –это самое главное. Оркестр звучал ярко и деликатно, у меня был 4 ряд – никаких звуковых коллизий, лишнего форсирования, ошибок не заметила.
Теперь о певцах. На мой взгляд, Ярослав Абаимов оказался не готов к партии Альмавивы, я даже расстроилась. Все, что я слышала в его исполнении до «Севильского» мне очень импонировало, а тут как будто постоянно считывалось усилие и умений недостаточно для исполнения пассажей с движением, к примеру. Технически вроде ничего не потеряно, но мастерства для красочного, необременительного звучания не хватает.
Розина ( Екатерина Воронцова) – вроде и хорошо поет, но чего-то мне тоже не хватило, возможно какие-то субъективное восприятие, голос звучал глуховато и сама Розина получилась словно бы «с ленцой». Дмитрий Скориков ( Дон Бартоло) в моем восприятии пополнил список певцов не главных партий, каких-то возрастных чудаков, которые играют лучше, чем поют.
На мой слух и вкус только два человека на сцене звучали так, как нужно. Прекрасный дон Базилио - Михаил Казаков: отличный голос, нужные интонации, насыщенные краски, ария про клевету была исполнена блестяще.
Василий Ладюк был безупречен! Напомню, что впечатлилась его мастерством, услышав оперу Верди «Разбойники» в «Новой опере», тогда мне показалось, что он на голову выше остального состава, с «Севильским цирюльником» это впечатление повторилось (за исключением Казакова).
Ладюк поет так, что заслушаешься, даже речитатив в его исполнении звучит музыкально, не говоря уж об ариях. Знаменитая каватина Фигаро была превосходная и самое замечательное, что хитовый номер не выглядит оторванным от всего остального. Как Фигаро через свои проделки собирает сюжет комедии, так и Ладюк словно бы питает своим мастерством всю постановку, задает исполнительскую планку.
Интересно, что у «Севильского цирюльника» в Большом сейчас какое-то невероятное количество составов, в которых очень причудливые случаются сочетания. Когда я искала фото для публикации, то даже растерялась – кого там только нет: от Ульянова, Абдразакова и Ладюка до певцов, чьи имена мне ни о чем не говорят. Есть подозрение, что без ярких мастеров вторичность режиссуры будет восприниматься еще сильнее.
Честно говоря, при выборе состава я обратила внимание и на тот, в котором Альмамвиву поет А. Татаринцев. Если когда-нибудь звезды сойдутся и Татаринцев окажется на сцене вместе с Ладюком, то не исключаю еще один поход на «Севильского».
Это такая опера, которую можно слушать бесконечно, она дарит людям отличное настроение, отдельные мелодии и пассажи невероятно привязчивы. Многие зрители в антракте и после действа напевали разные фрагменты, такое случается нечасто, разве что «Кармен» Бизе может сравниться по истинно народному цитированию с творением Россини.