В Волгоградской области впервые за многие годы эксперты отмечают беспрецедентную ситуацию – безработных в 10 раз меньше, чем вакансий. Получается, каждый волгоградец теперь получил возможность найти «работу мечты»? Так ли это, разбирался «АиФ»-Нижнее Поволжье».
Курс на удержание людей
Отношение к явному усилению кадрового голода у наших земляков двоякое. Многие работодатели ожидаемо не в восторге от кадрового голода.
«А кого сейчас брать-то на работу? – вздыхает гендиректор одного из волгоградских малых предприятий Сергей Александрович. – Да, линейный персонал у нас ещё есть, а вот толковых заместителей, помощников не могу подобрать для нашей компании годами. Приходится самому совмещать и замыкать на себе множество рутинной работы».
Иной взгляд на ситуацию с колокольни наёмных сотрудников и среднего руководящего персонала. «Тружусь в ЖКХ, – рассказывает руководитель участка теплосетей Михаил Поляков (имя и фамилия изменены по его просьбе. – Авт.). – Вакансии есть постоянно. Но кто пойдёт слесарем за зарплату в 35–36 тысяч руб.? Выживают у нас сотрудники за счёт подработок на стороне».
Между тем в Волгоградской области, по данным сервиса hh.ru, в январе-октябре 2024 года количество вакансий выросло по сравнению с аналогичным периодом 2023 г. на 21%. Больше всего вакансий в позиции «менеджер по работе с клиентами» и «менеджер по продажам» – порядка 1700, или каждое десятое предложение. На втором месте – продавцы-кассиры и продавцы-консультанты, на третьем – операторы call-центра, на четвёртом – водители, на пятом – разнорабочие.
По мнению директора «hh.ru Юг» Олеси Лавреновой, особенность сегодняшнего рынка труда в регионах ЮФО в том, что теперь за одних и тех же специалистов борются компании разных отраслей.
«Ближайшие 10 лет легче искать людей работодателям не станет, – убеждена эксперт. – Большинству работодателей нужно будет пересматривать свои подходы к найму: стараться делать вакансии более привлекательными, расширять границы поиска и самое важное – заниматься удержанием людей».
Как остаться нужным?
Специалисты SuperJob провели опрос среди жителей региональной столицы с целью определить уровень сложности при трудоустройстве. Ожидаемо: сложнее найти нужную вакансию получается у соискателей, возраст которых от 60 лет и старше – в среднем 7,8 балла из 10 возможных. При этом организаторы исследований признают: квалифицированной работы для соискателей после 50 практически в любом городе, не только в Волгограде, намного меньше, чем вакансий для молодых.
«Мне 52, я по специальности экономист, и своё резюме я разместила на сайте одной из солидных рекрутинговых компаний, – говорит волгоградка Наталья Миронова. – Предложений от работодателей оказалось, прямо скажем, негусто. А в местном центре занятости мне предложили вакансии мало того, что не моего профиля, так ещё с зарплатой в лучшем случае до 30 тысяч рублей в месяц».
Между тем в региональном комитете по труду пояснили: жители Волгограда и области предпенсионного возраста могут пройти бесплатное переобучение и устроиться на работу в рамках нацпроекта «Демография». Действует 134 программы по переобучению на принципиально иную другую профессию. Переобучиться могут как работающие, так и безработные, с отрывом от производства либо в свободное время. Можно бесплатно получить специальность программиста, аудитора, психолога. С начала 2024 г. в рамках этой программы трудоустроено около 600 граждан, порядка 50 предпенсионеров проходят переобучение. Чаще всего для получения новой специальности волгоградцы выбирают бухучёт, нефтегазовое дело и цифровые технологии.
Как справедливо отмечают эксперты, безработица в России сейчас находится на исторически минимальном уровне, в том числе из-за эффекта наметившейся демографической ямы. Начиная с 2008 года каждый год на рынок труда в стране выходит примерно на 100 000 молодых специалистов меньше, чем в предыдущий. Ощутимы и такие краткосрочные факторы, как частичная мобилизация и импортозамещение, связанный с этим промышленный бум. Но при этом нехватка кадров ощущается абсолютно во всех отраслях: повсеместно нужны и врачи, и программисты, и учителя. В таких условиях у многих из нас открывается не просто окно, а широкая дверь возможностей кардинально изменить свою трудовую жизнь. Главное – захотеть и сделать.
Пока регион – транзитный пункт для кадров
«В последние годы наблюдаетсявыраженный отток высококвалифицированных кадров и молодёжи после вузов из Волгоградской области, – говорит экс-депутат Волгоградской областной думы Александр Осипов. – Причина, на мой взгляд – отсутствие совместных усилий власти и крупных предприятий для привлечения на производство таких кадров с использованием зарплатных программ. Столицы и даже ряд нестоличных регионов предлагают более выгодные условия, даже с учётом больших затрат на жильё.
Средняя зарплата в регионе – 60 тыс. руб. в месяц. А в Подмосковье, например, на предприятии фрезеровщик ЧПУ получает на руки от 160 тыс. руб. в месяц, и это не предел. Зарплаты мастеров и прорабов в строительстве – 200 тыс. руб.
В нашем регионе никто особо не собирается платить такие деньги. Плюс к этому играет роль жёсткая фискальная политика налоговых органов, что не позволяет предпринимателям масштабировать производство и создавать новые рабочие места. Чтобы преодолеть хотя бы в перспективе ближайших 10–15 лет такие негативные перекосы на рынке труда, необходимо предпринять кардинальные программные меры. Причём вводить их надо было ещё вчера».
Рынок труда Волгоградской области: тенденции изменений
В конце 2023 года Российским научным фондом и Администрацией Волгоградской области был поддержан проект, предложенный коллективом ученых Волгоградского института управления – филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ под руководством д. э. н., профессора Т. Б. Ивановой «Состояние рынка труда Волгоградской области: поведенческие траектории с учетом дистанционной и платформенной занятости». Актуальность данного исследования была обусловлена тем, что рынок труда в последние годы претерпел существенные изменения: сокращение численности населения в связи с вступлением в трудовую деятельность малочисленного поколения 90-х годов, развитие цифровых форм занятости – дистанционной и платформенной, расширение работ, выполняемых вахтовым методом, и организации собственного дела, расширение трудовой деятельности поколения Z – лиц, родившихся в начале XXI века, отличающихся по своему трудовому поведению от своих предшественников. Как же все это переплетается на региональном рынке труда?
Согласно прогнозу баланса трудовых ресурсов, в 2024 году трудоспособное население Волгоградской области составит 1417,4 тыс.чел., из которых почти 92% – население в трудоспособном возрасте, но в экономике занято только около 80%. Остальные – учащиеся (7,6%), безработные (0,5%) и не занятые в экономике (12,1%). Городское население имеет больший уровень занятости (82,5%) и меньший безработицы (2,1%) по сравнению с сельским (73,6 и 5,6% соответственно по данным обследования рабочей силы Росстатом за I квартал 2024 года).
В настоящее время занятые, исходя из классификации, используемой Международной организации труда (МОТ), могут работать в формальном (на предприятиях с образованием юридического лица) и в неформальном (самозанятые, работающие у физических лиц, в домашних хозяйствах) секторах. Дефицит рабочих кадров, который диагностируется различными исследованиям, связан, в первую очередь, с формальным сектором экономики, с наиболее крупными, общественно значимыми предприятиями.
Неформальный сектор притягивает к себе почти 27,8% общей численности занятого населения Волгоградской области, то есть почти каждого третьего жителя в возрасте от 15 лет и старше. Этот показатель превышает средний по РФ (19,6) и ЮФО (26,8), ниже Краснодарского края (31,2) и Республики Крым (28,7), близок к значениям в Республиках Адыгея и Калмыкий (по 27,7). Для 95% занятых в неформальном секторе этот вид деятельности является основным, остальные 5% совмещают её с работой в формальном секторе.
Набирают популярность цифровые формы занятости – дистанционная и платформенная, хотя они составляют, по данным Росстата, за январь – июнь 2024 года соответственно 0,7 и 3,1% численности занятых. К их преимуществам относят более удобный график работы, большие возможности совмещать выполнение трудовых функций и домашних дел. Но сама организация и характеристики работников по этим видам деятельности различаются. Так, платформенная занятость имеет низкий порог вхождения по сравнению с традиционной. В том числе за счет этого каждый второй респондент считает возможным использовать её как «подработку», источник дополнительного дохода, хотя данную меру многие и считают вынужденной.
Отличия цифровых форм занятости связаны и со степенью включенности в формальную занятость. Дистанционная относится к ней в большей степени. Её предпочитают женщины в возрасте 30-39 лет (их 54% среди всех дистанционных работников), так как это не связанно с необходимостью обязательно посещать офис, но предоставляет социальные гарантии.
Иные характеристики у платформенных занятых. Здесь преобладают мужчины (56.4%) по сравнению с женщинами, хотя и незначительно, а по возрастным группам – 30-39 (31%) и 40-49-летние (35,8). Среди них сельских жителей только 6,4%. Стабильную заинтересованной в платформенной занятости проявляют женщины в отпуске по беременности и родам или по уходу за ребенком, а также безработные, рассматривающие её как основную. У иных групп населения степень лояльности меняется, что связано с наличием или отсутствием работы вообще, возможностями организации её нужного графика. Целесообразно расширять вовлеченность женщин, независимо от места жительства, и сельских жителей, среди которых уровень безработицы выше, чем в городе, в платформенную занятость. Это позволит активизировать данные группы населения на рынке труда, создаст условия для увеличения их дохода.
Для выявления степени и причин привлекательности платформенной и дистанционной занятости кандидатом социологических наук, доцентом Е.Г.Смолиной был проведен индивидуальный очный опрос в июле-августе 2024 года в виде полуформализованного глубинного интервью жителей Волгоградской области. Получено усиление важности показателя социальной защищенности как критерия оценивания форм занятости с повышением возраста информанта. Респонденты в возрасте 52-65 лет предпочитают небольшой, но постоянный заработок и уверенность в завтрашнем дне (50%). Информанты 19-35 лет склонны к выбору хорошего заработка сейчас, несмотря на риск неудач в будущем (98%), кроме того, их чаще остальных групп не устраивают условия профессионального роста на основном рабочем месте. Такие недостатки нетрадиционных видов занятости как нестабильность и сезонность работы респонденты в возрасте 37-50 лет отмечали чаще 19-35-летних (50% и 16% соответственно).
Расширение использования цифровых форм занятости является одним из факторов снижения уровня миграции. Во всех возрастных группах информанты отметили её как возможность «остаться в родном регионе», а не уезжать из него в поиске рабочих мест.
Если отношение к степени стабильности дохода по поколениям изменяется, то заинтересованность в его высоком значении для всех возрастов преобладает по сравнению с иными характеристиками трудовой деятельности. По оценкам ВЦИОМ заработную плату как наиболее важный фактор при трудоустройстве на работу указали от 53 до 67 % опрошенных в разных возрастных группах, при том, что удобство работы отмечали меньшее число опрошенных – от 30 до 42%. Нынешняя ситуация с более высокими доходами платформенных занятых по сравнению с заработками в традиционном секторе экономики воспринимается негативно. Вот несколько высказываний информантов:
«У меня высшее образование и опыт, а я на государственной службе получаю в два раза меньше, чем неквалифицированные мигранты-таксисты или студенты-курьеры, конечно, зачем потом молодежи обучаться работать головой, если его ноги прокормят» (мужчина, 43 года)
«Почему государство не занимается этим вопросом? Таксист важнее учителей, врачей и токарей получается. Понятно, что у нас сейчас общество потребления, большой спрос на такие услуги, ведь люди стали ленивые... » (женщина, 35 лет)
«Да, туда идет молодежь, ведь там живые деньги, зачем напрягаться мозгами, когда тебе сказали, иди туда, принеси сюда, да, физически тяжело, зато помучился и получил реальные деньги, а не то, что у меня оклад ... » (мужчина, 36 лет).
Это говорит о перекосах на рынке труда, необходимости разработки мер его гармонизации, исходя из общественной важности различных профессий, сложностей их подготовки.
Мнение экономиста
Профессор, доктор экономических наук Игорь Бельских:
«Одно из главных отличий рынка труда Волгоградской области – низкий уровень зарплат. Такая ситуация обусловлена структурой экономики региона.
Её специфика – дефицит рабочих в реальном секторе соседствует с большим количеством бюджетных организаций с раздутыми штатами и довольно низким уровнем оплаты труда. В то же время в регионе нет должного развития малого бизнеса в сравнении с соседями по ЮФО».
Безработица может вырасти
О возможном росте безработицы предупредили эксперты федерального Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования.
В опубликованной 12 ноября аналитической записке эксперты говорят о риске стагфляции, что означает стагнацию экономики на фоне высокой инфляции. Возможен спад производства, череда банкротств, отсюда сокращение потребности в рабочей силе. В первую очередь это коснётся низкорентабельных секторов и секторов с длительными сроками реализации проектов.
Какие профессии исчезнут вскоре:
почтальоны, охранники, вахтёры, секретари, бухгалтеры, заводские рабочие.
На кого вырастет спрос:
на специалистов в области ИИ и машинного обучения, бизнес-аналитиков, специалистов финтеха, аналитиков бизнес-процессов.
Какие отрасли будут быстро развиваться в России:
ИТ, робототехника, биотехнологии, электроэнергетика, нанотехнологии, финансовый сектор, строительство, образование.
(По данным международного института McKinsey Global)