Она расстроилась, и это по итогу самое главное.
- Ник? - зову ее тихо, слегка сжимая платье на бедрах, - Посмотри на меня.
Девочка тихо вздыхает.
- Я знаю, что ты…наверно, не рад?
Я в а..уе, честно. Поэтому не знаю… тоже честно. Зато честно! Я не собираюсь врать и бить себя в грудь — она достойна правды. Она…
- Поэтому давай поступим так, - вздыхает еще раз и все-таки направляет глаза на меня, а я уже читаю в них приговор, - Я очень хотела ребенка, ты здесь не при чем, так что аборт я делать не буду, но и заставлять тебя тоже не буду. Спасибо, что помог уехать от Яна, прости за проблемы. Наверно, я переночую здесь одну ночь, а потом начну искать квартиру. Перееду, как можно быстрее, а что касается…его…
Ника с нежностью трогает свой живот.
- …Ты сможешь с ним видеться, если будет такое желание, но если нет…это тоже только твое дело. Я не буду тебя винить. Мы справимся вдвоем. Я справлюсь.
Ловлю еще один а..уй и, честно, снова теряюсь в собственной голове. Что чувствую по поводу сказанных слов? Вообще не понимаю, поэтому сижу и луплю в нее глазами, как мудак.
Надо что-то сказать.
Надо!
Это уже получается каким-то бредом! Что я бесконечно за сегодня молчу, хотя обычно меня хрен поставишь в такое положение и заставишь молчать.
Что с тобой не так, Сахаров?!
Это одна моя половина ершиться так. Ей не нравится. Все сказанное, как выпущенная, частая дробь пулемета, заставляет мое нутро крутиться и ершиться, но есть другая часть.
Снова никакой лжи. Даже себе. Особенно вам. Она есть! Извините, если рублю ваши четкие, устоявшиеся положения о «настоящем» мужчине, но она есть. Как у монеты есть две стороны, и эта уродлива. Она шепчет мне, что все эти сложности — слишком. Что я не готов. Что это не для меня.
Такая жизнь — точно не то, чего ты хотел, Миша! Такая жизнь не для тебя. Я люблю детей, отлично с ними лажу, но не своих. Приходить в гости, общаться — не проблема, а вот выступать в роли отца и воспитывать — да. Чему ты сможешь его научить?! Как телок снимать и бухать?! Отличная перспектива.
Б...дь.
Надо что-то сказать.
Молчание затянулось.
ДИНЬ-ДИНЬ-ДИНЬ!!!
Истеричный звонок спасает меня от проблемы. Опять. И я опять благодарен.
Смотрю в сторону лестницы резко, Ника поворачивается также. Хмурится.
- Кто это? - тихо шепчет через миг.
Она…напугана? Черт, вот это мне совершенно точно не нравится.
Рассеяно смотрю на нее, встаю и бросаю:
- Не волнуйся, Ник. Наверно, соседи.
Или, б...дь, Дед Мороз! Похер. Я этому кому-то сильно благодарен за то, что дал мне шанс оттянуть разговор, к которому я не совсем готов явно.
Сбегаю со ступенек, иду открывать, а сам, как в тумане. Я все еще в густом тумане, снова, кажется, слышу крик:
«ПАПА!!!»
Только не оборачиваюсь, как осел. Просто плаваю в киселе, поэтому даже не спрашиваю «кто?», сразу открываю и натыкаюсь на морду Хрусталева.
Б...дь.
- ГДЕ ОНА?!
Лучший друг, в отличии от меня, никакой «шок-контент» за хвост не ловит. Он уверенно проходит в лофт, оттолкнув со своей дороги, дышит хлестко и быстро. Ну прекрасно. Только этого сейчас не хватало. Знаете, на миг я все же завидую его решительности, но потом прихожу в себя.
Когда он поворачивается на меня и упирает в лицо пальцем.
- Я спросил: где она?!
Сука.
Кулаки сжимаются сами собой, и я делаю на него шаг, предупредительно глядя точно в глаза.
- Какого хера ты сюда приперся?!
Ян едко ухмыляется.
- Хотел бы спросить у тебя тоже самое! Ты снес мне дверь!
- Ты запер ее в квартире!
- От тебя подальше! - орет, но резко хватает себя за яйца и делает тон ниже, - Где она?
Ой. Как страшно. Наверно, такой свой вид он обуславливает паникой? Мне действительно должно стать невероятно страшно или как вообще?!
Снабжаю его фирменным, скучающим взглядом, потом наклоняю голову на бок и усмехаюсь.
- Сейчас, как я полагаю, мне надо…
- Сахаров, я не играю! - Ян делает на меня шаг, - Где. Моя. Жена?!
Нутро встает на дыбы сразу.
- Бывшая!
Бросаю ему в лицо нагло и зло, чтобы оценить через пару мгновений количество раздробленных костей.
Яна передергивает.
Я знаю этого сукина сына с детства, так что уверен, что сейчас он борется с желанием на меня наброситься, но знаете что?! Я не меньше. Кулаки сжаты, как стальные тиски, сердце барабанит в груди.
ЕГО жена. Ха! А то как же. Она моя!!! И ребенок внутри нее тоже мой, твою мать!!!
Мой ребенок.
В этот момент меня окатывает осознание, как волна во время прибоя.
Картинки сменяются, как в кино.
Ника пузатенькая. Подходит ко мне, целует в щеку, а потом отдает обед в контейнере и просит не задерживаться допоздна. Еще дома у нас красиво. Тепло. Пахнет домом. Наконец-то пахнет любовью. Ее живот пинает меня, и я улыбаюсь, опуская на него взгляд.
Мой ребенок.
О чем ты думал вообще, Сахаров?! Твой ребенок! Да, ты понятия не имеешь о том, как быть отцом, ну и?! Научишься! Тем более, у тебя был достойный пример: папа дал тебе основу! Всегда можно на нее посмотреть и понять, как надо и не надо!
Тупой мудак!
О чем ты думал вообще?!
Твой ребенок!!!
Да, детство кончилось. Резко, тебя об этом не предупреждали, ты не был готов — да, да, да!!! Но это, мать твою, твой ребенок. Так что бери себя в руки и…
- Пошел на хер отсюда, - рычу, а Ян ухмыляется, будто не слышал.
- Бывшая?! Тебе паспорт показать?!
- Такие вопросы решаются за пять минут, Хрусталев.
- Ты за пять минут решил, что ебать жену своего лучшего друга — это нормально?!
Вообще-то нет. За десять лет.
- Еще быстрее, малыш, - ухмыляюсь ответно зло, - А теперь уебывай, откуда приперся! Она останется со мной!
Точка. Это не обсуждается. Решение принято за пять секунд, тоже не минут, но оно твердое и самое осмысленное в моей жизни.
Я не отдам ему ее. Она моя. И ребенок мой. И семья моя. Моя!!! Я буду за нее сражаться хоть со всем миром, если надо. Хоть с лучшим другом. Плевать. Я их не отдам!!! Потому что они мои. Они — это то, чего я хочу на самом деле. Да, запаниковал. Да, облажался. Да-да-да!!! Но это правда.
Они — мои. Мои. Мои…Мечта, вдруг ставшая реальностью. Судьба, от которой я больше не собираюсь отказываться.
Я люблю ее. Не врал. Я правда ее люблю. Никого в жизни так не любил, даже себя. А ребенок? Брось, открой глаза. Ты ведь полюбил и его сразу, как услышал. Поэтому зассал. Боялся, что жизнь ему испортишь, но это не так! Папа был прав: они все не знают, на что ты способен! А ты способен быть отцом! Способен быть верным и ответственным! За эти десять лет у тебя не было отношений, потому что была Ника. Ты был влюблен в нее, и если телом верность не хранил, то душа принадлежала ей с той самой минуты, как в кафе ее впервые увидел. А ответственность? Кого ты пытаешься наебать, когда говоришь, что этого в тебе нет? Если бы не было, разве ты смог бы создать клуб с нуля? Имя? Разве смог бы получить успех? Безответственные люди не получают ничего! Этому меня, кстати, тоже папа научил. И я согласен. Без труда, как говорится, не выловишь рыбку из пруда! Так что не слушай никого, пошли все они на хер! Ты можешь! И ты не отступишь.
- НИКА! - внезапно начинает орать Хрусталев, повернувшись и направившись вглубь лофта, - НИКА, ГДЕ ТЫ?!
Сукин сын.
Меня резко кроет, как если под воду с головой без предупреждения уйти. Мразь!
Иду за ним быстро и дергаю за плечо резко и решительно, упираюсь лбом в его и рычу.
- Ты че, не понял, а?!
Клянусь, я ему сейчас вмажу. Как же чешутся кулаки! Как же хочется наконец-то стереть с его морды это выражение лица!
Твою мать!!!
Я еле себя сдерживаю.
Ян, походу, тоже.
Он ловит ступор на миг, но сразу его сбрасывает и «бадается» в ответ.
- Это ты что-то не понял, мудак! - рычит не менее агрессивно, - Я тебе ее не отдам!
Слова вибрируют в тишине нашего частого дыхания, и мне не нравится, как это звучит. Будто Ника вещь. Его вещь! И мой ребенок тоже.
Веду головой.
Держи себя в руках.
По морде настучать — дело легкое, но чем это поможет?!
Держи себя в руках.
Вместо удара, толкаю его лбом.
- Ее не надо отдавать! Она так решила!
- Решила?! - получаю ответный толчок, - Да что она решила, а?! Будто у нее был против тебя шанс! Ты же…
Сука!!!
Я снова слышу это пренебрежение в голосе по отношению к моей женщине, и меня кроет наглухо. Я еле держусь, но руки распускаю активней, толкнув его в грудь так, что он врезается спиной в колонну.
Блядь.
Держи себя в себе!
- Не смей говорить о ней так!!! - ору, Ян ловит шок.
Он ничего не отвечает мне, потому что сыкло чертово! Стоит. Пялится. Глазами своими придурошными на меня лупит. Что?! Не ожидал?! Так да! Я тебе не позволю! Ничего! Ничего, мать твою, что сможет снова ее оскорбить!!!
Кажется, я даже в размере увеличиваюсь, не знаю. Наверно, это игра адреналина на потоках крови, и мне честно плевать.
Я его размажу. Только пасть свою открой. Только, блядь, попробуй.
Кроет-кроет-кроет. Все, что я вижу — Хрусталев. Вокруг яркая дымка и его рожа, как единственная цель всех моих точно наводимых ракет.
ДАВАЙ! П*ЗДАНИ ЧТО-НИБУДЬ ЕЩЕ! НУ ЖЕ!!! ДАЙ МНЕ ТОЛЬКО ПОВОД!
Ян знает такое мое состояние. Он его читает сразу, поэтому отступает. Я буквально чувствую, как продавливаю весь его «напор» и желание отстаивать какие-то свои блядские права на мою женщину! На моего ребенка! Пошел ты на хер!
- А как я говорю «о ней»? - шепчет тихо, успокаивающе, но сердце мое уже тарабанит в груди.
Так просто я не успокоюсь.
Делаю резкий шаг, и в глазах читаю страх Хрусталева. О да. Вот это меня может заставить притормозить. И этому я еле слышно, сухо усмехаюсь.
- Она никуда с тобой не пойдет, - слегка щурю глаза, - Она останется со мной!
- Она — моя жена!
Голос бывшего лучшего друга звучит слишком высоко и резко, что свидетельствует о продолжительном приступе ужаса и трепета, что его еще раз спасает.
Молодец, сученыш. Отлично. Бойся! Если бы ты действительно отстаивал свои права, я бы твоей башкой пробил бар, но так как это скорее херня, она меня и сдерживает.
Несерьезно.
Я не чувствую намерений, а точнее не чувствую силы, чтобы что-то изменить. За его словами нет ничего, кроме бравады.
- Надо было думать об этом раньше! - срываюсь на крик, давлю его своей силой.
Ведь у меня то она есть. За моими словами стоит сердце и уверенность, желание сохранить то, что у меня наконец-то появилось, намерения построить. Я не отдам их просто так! Я за свое биться буду до конца.
Поэтому подхожу к нему быстро, хватаю за горло и встряхиваю, как куклу.
- Какого хера ты сюда вообще приперся, а?! - трясу его еще раз, - Она тебе не нужна! Признайся честно! Тебя просто бесит, что она нужна мне!!!
- Ты вечно все себе забираешь!
Хрусталев вспоминает, что у него есть яйца, отталкивает меня, но это пустое. В этом снова нет ничего, кроме бравады. И страха. И эгоизма. Он не борется за Нику, за их семью, а только себя защищает.
Исключительно себя.
Как обычно.
- Так я прав, а?! Ты же ее не любишь!
- ОНА — МОЯ!
- Она не вещь, чтобы тебе принадлежать! - ору так, что связки ломит, - Она — человек! И она хочет быть здесь! Со мной!
- Да она нужна тебе, только потому что она тебе не принадлежит! Ты же снова это делаешь! Нос мне утираешь!
Охо-хо. Сука, как ты ошибаешься…
Подскакиваю к нему, не имея возможности ничего из себя выдавить вразумительного. Хватаю за грудки. Встряхиваю.
Кроет еще сильнее, чем до этого.
Тварь!
- Вот что ты ей наплел, да?! Вот как ты ее сюда заманил!? А эта сучка! Твоих рук дело, Хрусталев?! ТВОИХ?!
- ПРЕКРАТИТЕ!
Голос Ники звучит, как сирена, на которую я реагирую молниеносно. Резко перевожу взгляд на лестницу, где стоит моя девочка, сжимая ее перила.
Плачет.
Яркое, заострившееся от эмоций зрение, сразу считывает слезы и бьет под дых.
Малыш, не плачь…
Отступаю от Хрусталева, сам с нее глаз не свожу. Делаю шаг, но Ян тоже не отстает. Он наступает на нее быстрее, чем меня отпускает, и говорит-говорит-говорит…
- Ника, девочка, наконец-то!
Она резко поднимается на ступеньку, чтобы быть от него дальше.
Так, этот факт меня немного расслабляет.
Хмурюсь.
- Не приближайся!
Ян стопорит. Благо. Если бы не послушал ее, я бы точно пробил ему башку о бар. Так, дыши.
- Ника, я…
- Нет! - мотает головой, - Молчи.
Молчим в результате втроем. Я с нее глаз не свожу, сразу ловлю ее взгляд, но не могу прочитать, что в нем, а потом вспоминаю разговор, который мы вели до звонка в дверь.
Она собирается уйти. Она думает, что надо уйти. Кретин!
Прикрываю глаза и выдыхаю медленно.
Ты просто мудак, Сахаров…
- Я беременна, Ян, - звучит тихое, за чем следует сухой вдох Хрусталева, - И это не твой ребенок.
Распахиваю глаза и смотрю на нее. Она на меня. Но быстро уводит внимание в сторону, а подбородок начинает дрожать сильнее.
Бле-е-е-а…
Сахаров! Хватит тупить!
Киваю сам себе и подхожу к ней, закрывая своей спиной. Встаю между.
- Она останется со мной, Хрусталев. Ника больше не твоя жена, она — моя женщина, это мой ребенок, и я хрен позволю тебе куда-то их увести! Попытаешься помешать?! Ты, твою мать, не забывай, что я способен не только вечеринки устраивать! Только дай мне повод, и я тебе с удовольствием напомню!
Ян молча смотрит в глаза, и я знаю, что он в моих читает: решительность. Я буду сражаться за свое до конца. До конца и дальше! Только дай мне повод пустить в ход все, что я могу на самом деле. Давай. Попробуй!
Но этого не происходит. Хрусталев стоит в моей квартире еще пару мгновений, а потом разворачивается и покидает ее быстрым шагом почти равным бегу.
Катись!
В этот момент, когда входная дверь хлопает, я чувствую свободу. Так странно…уверен, что с Яном мы больше не друзья, но никакой жалости нет. Я словно освободился, словно отрезал от шеи шматок здоровенной веревки, на которой висела гиря и тянула меня вниз.
Наконец, я могу дышать.
- Не надо было этого говорить… - звучит за спиной тихий шепот, - Я бы справилась сама и…
Поворачиваюсь, не давая ей закончить фразу.
- Знаю, что справилась бы, - отвечаю также тихо, сбито, а потом делаю маленький шаг и признаюсь, - Я испугался.
Ника поднимает свои глаза на меня, и в них стоят слезы.
Черт!!!
- Не был уверен, что справлюсь, - говорю дальше, делаю еще один шаг, поднимаясь на ступеньку ближе, - Какой из меня отец?
- Но…
- Но я понял, что херня все это! Тупость. Потому что я справлюсь! - киваю и останавливаюсь напротив, положив руку в паре сантиметров от ее ладошки, - Если надо будет учиться, научусь! Надо будет что-то изменить?! Тоже поменяю, но я не отступлю, Ник! Больше нет.
Ника тихо всхлипывает, прикусив губу, а я аккуратно стираю с ее щечек слезы и улыбаюсь слегка.
- Позволишь? Я не буду обещать, что все будет просто. Тупить — это мое второе имя, видимо, но…я обещаю, что больно тебе не будет никогда. И ему…
Касаюсь слегка ее живот, глупо усмехаюсь.
- Я для вас все сделаю, малыш. Все, что смогу и даже больше. Стану тем, кем ты захочешь, и тем, кто ему нужен будет. Самым лучшим…только дай мне немного времени, ладно? Сразу такие метаморфозы не происходят и…
Оборвав меня на полуслове, Ника делает ко мне шаг и прикрывает ладошками губы, усмехается.
- Замолчи же ты наконец! - хмурюсь, а ее взгляд чистый и ясный, как летний день, - Я же сказала — мне ты нужен. Миша Сахаров, мой любимый мужчина…
Продолжение следует...