Виктор примчался в роддом, когда его жена Таисия уже родила сына. Войдя в палату, сразу спросил.
— Ну как ты себя чувствуешь, Таечка? Сын, как я думаю богатырь?
— Мне его, Витя, не показали. Как-то быстро завернули и унесли. А он так кричал. Жаль, что ты опоздал и не присутствовал, а мне было больно.
— Я спешил, Таечка, но ко мне директриса подошла и попросила попутно товар из колбасного склада в магазин завезти. Грузили необычно медленно, и странно, что она контролировала, но не торопила. А сына тебе скоро принесут?
— Не знаю, другим уже приносили, а мне задерживают. Может, что с нашим мальчиком не так, но мне не говорят.
— Пойду и спрошу у детской медсестры, — Виктор вышел из палаты.
На посту у дежурной спросил, как найти то отделение, и ему подсказали. Когда постучал, то вышла женщина в белом халате. На его просьбу потребовала подойти через пару часов. Виктор не стал уходить и сидел в пластиковом кресле у двери.
Через несколько минут эта медсестра вышла и удивилась, что этот папаша ещё здесь, и посоветовала.
— С Вашим сыном всё хорошо, только мне некогда Вами заниматься. Ждите на улице. Как только буду готова, то Вас там найду.
Виктор заглянул к жене в палату и сообщил об ожидании. Задерживаться не стал, чтобы не прозевать детскую медсестру, и вышел на улицу.
***
Наконец, Виктору показали новорождённого, но поразили на головке младенца мелкие и ярко рыжие колечки.
— Вы случайно детей не перепутали? У нас с женой в роду таких не было.
— Это исключено, мужчина. Лучше у жены спросите, — и потребовала выйти из отделения.
Был так потрясён, что сразу же побежал к Таисии. В палате сразу потребовал объяснение.
— Ты от кого рыжего пацана родила? Знаю тебя с детства, и у нас, и у вас в роду сроду рыжих не наблюдалось.
— Витя, ты о чём? Мне же не показывали нашего мальчика. Да ты у меня единственный мужчина.
— Да я сейчас у главврача узнаю, что у них тут творится, — выбежал в коридор и там столкнулся с родителями Таи.
— Ну что, зятёк? — спросил тесть, а тёща с нетерпением ждала ответа. Виктор махнул рукой и побежал дальше.
В кабинете главврача Виктор выслушал доводы не в свою пользу и потребовал сделать тест ДНК о вероятности подмены.
Прошло время, и Виктору выдали результат. Таисия — мать, а он — не отец. Далее ему не было смысла разбираться, и он, собрав свои вещи в квартире тестя, отправился в дом напротив. Там он проживал с матерью.
Таисию поступок мужа сильно расстроил. Уже дома она посматривала на окна квартиры мужа, и горечь сковывала её сердце. Обидно, что он ей не поверил, и странным оказалось заключение лаборатории. У неё и в помыслах не было изменять мужу. Дружили с детского сада, потом учились в одном классе. Ждала его из армии. Повзрослев, поженились. Вместе работают на мясокомбинате. Он водитель, а она в цехе.
В комнату вошёл отец Таисии Сергей.
— Что-то, дочка, тут нечисто с этим тестом. Думаю, что кому-то это выгодно, но кому? Скорее всего, отсекли Виктора от дальнейших разборок, зная его скандальный характер, а он всегда и во всём искал правду и добивался. Это ты у нас, как мышка, всё пряталась за его спину, а он этим гордился и милым зайчонком называл.
— А так и было, Серёжа, — мать Таисии стояла у двери и всё слышала.
— Мы люди простые, Дина. Если выкуп потребуют, то что с нас взять? А Василёк точно не мой внук и не ваш с Виктором сын, дочка. Ишь как жадно присосался к мамкиной груди. За несколько дней щёки себе наел. Обращусь-ка я в другую лабораторию, дочка.
— Серёжа, только не в нашем городе. Всё не так просто. Думаю, что их тоже оповестили, — посоветовала мать.
— Я тоже об этом думал, Дина, и решил в Москву мотануть.
— Так за тобой поедут и узнают, в какой лаборатории тест закажешь. Я уже не верю в честность людей.
— И это я, Дина, продумал. Мать Витьки — костюмерша в нашем театре. Она мне и поможет.
— Ну, действуй, конспиратор, а потом расскажешь. Кажется, котлеты горят, — и Дина побежала на кухню.
Уже темнело, и Сергей вышел на балкон. Там стоял и ждал. В окне матери Виктора загорелся свет. Значит, уже дома, и выбежал из квартиры.
У подъезда встретились с Виктором.
— Дядя Серёжа, уже и так ясно, что Тайка мне изменила. К чему эти разборки?
— Не кипятись, Витя. Я верю своей дочери, и у меня есть план. Давай у вас в квартире обсудим.
— Ну хорошо, если это в чём-то поможет, — и открыл дверь подъезда...
***
На другой день рано утром Сергей вышел из дома и на своём стареньком автомобиле поехал до станции. Там, оставив машину, взял билет в сторону области. В электричке он сел в крайний ряд напротив остальных пассажиров и медленно изучал каждого, чьи видел лица. Так, на всякий случай поиграть в детектива.
Вышел на маленькой станции и, спрыгнув с платформы с дорожной сумкой, побежал в лес, как будто по нужде, придерживая брюки. А вышедшие пассажиры отправились вдоль путей в сторону посёлка. И он, спрятавшись за кустами, достал из сумки костюм священника. Затем надел парик с длинными волосами, приклеил бороду и усы. Сумку свернул и спрятал в пакет. Обойдя платформу, поднялся с другой стороны и дождался электрички на Москву. Он заметил на противоположной платформе двоих, и, как ему показалось, знакомые лица. Возможно, за ним никто не следил, но осторожность не помешает, и это всё для дочери и зятя.
В Москве Сергей переоделся в туалете и на метро направился в лабораторию, адрес которой знал, и сделал там заказ. На обратном пути заехал к бывшему однокласснику Александру, который давно жил в Москве и работал в детективном агентстве. С ним он заранее созвонился.
Изложив Александру суть дела и сообщив адрес лаборатории, распрощался и вернулся домой уже без маскарада.
Через неделю Александр приехал к своим родителям и сразу отправился домой к Сергею. Он привёз результат теста. Что и требовалось доказать. Таисия не мать рыжему Васильку, хотя она проявила жалость к этому чужому мальчику и кормила своим грудным молоком.
Далее стало труднее вести расследование, но Александр отправился в единственный ЗАГС в этом городе, чтобы узнать, кому выдавали свидетельства о рождении детей в этот небольшой промежуток времени, когда родился рыженький Василёк. Верили, что сын Таисии жив.
Результат был неожиданным: выяснилось, что зарегистрирован ребёнок, родители которого — директор и владелица мясокомбината Ольга Васильевна и Геннадий Владленович, свёкор Таисии. Удивительно, но факт: Геннадий Владленович давно развёлся с матерью Виктора и работал охранником в коттедже Ольги Васильевны.
Кабинет директрисы посетил Александр не один, а с местными оперативниками, а они знали друг друга. Ордер на арест был заготовлен заранее.
Ольга Васильевна приняла их со скандалом, утверждая, что она сама родила этого ребёнка, и у неё есть все доказательства, которые остались в клинике, в которой наблюдалась, и это в Москве. Она была уверена, что её оставят в покое.
Её задержали до выяснения всех обстоятельств дела. В доме Ольги Васильевны младенец находился под присмотром няни. Отец Виктора, Геннадий, был уверен, что его работодательница взяла мальчика из дома малютки. Поэтому он согласился признать его своим.
В ходе следствия Геннадий признался, что они с директрисой жили как супруги. Он также рассказал, что у женщины было пять выкидышей, когда она жила с покойным мужем, владельцем завода, а с ним — ещё три. Геннадий согласился на проведение теста ДНК, понимая, что в этой истории есть что-то подозрительное.
После всех процедур новорождённого вернули настоящим родителям, то есть Таисии и Виктору.
Как выяснилось, Ольга Васильевна не хотела, чтобы после её смерти богатство разбазарили родственники. Брать ребёнка из дома малютки она не хотела. Самый удачный вариант — это внук её сожителя. Если что, то тест подтвердит родство. Эта женщина, имея средства и авторитет в городе, продумала всё до мелочей. А получилось иначе.
Рыженький Василёк остался в семье. Таисия к нему привыкла и пожалела этот мальчика, которого родила женщина без документов, а потом сбежала из роддома.
Ольга Васильевна пожалела деньги на суррогатное материнство, хотя на взятки тратила много. Теперь она отбывает наказание в замечательных условиях. Оттуда она управляет комбинатом удалённо, через компьютер. А заместителем она назначила своего племянника, который окончил институт по этой специальности. Она понимает, что теперь ей не обойтись без близких людей.
Отец Виктора так и охраняет дом сожительницы, понимая, что в семью ему уже не вернуться, а другого жилья у него нет.