Ромео и Джульетта не могли быть вместе, потому что их семьи враждовали. В современном мире, даже если вражды нет, между влюбленными могут возникать другие препятствия - например, национальные предрассудки.
Я работаю медсестрой в нашей городской больнице скорой помощи. Это не какой-ни
тихий специализированный стационар, где дежурства проходят спокойно и по плану, и днем можно «посидеть в телефоне », а ночью вздремнуть несколько
часов. У нас круглые сутки привозят пациентов со всего города, сложных, с травмами, часто проблемных и неблагополучных, каждую минуту
надо быть «в строю», иногда даже поесть бывает некогда.
Домой я возвращалась уставший и обычнон голодной. От родителей ехала, поэтому готовить всегда приходилось самой. Но после смен на готовку не оставалось сил. Когда через дорогу от моего дома открылся ларек с шавермой, это стало спасением. Почти каждый раз по дороге с работы я стала заглядывать туда за вкусным «свертком»
Продавцы- повора меня уже узнавали, здоровались как со старой знакомой. Особенно дружелюбным был Карим. Он всегда улыбался мне, махал рукой из ларька еще когда я шла от остановки. Пока он готовил, мы с ним болтали. Я узнала, что Карим приехал из Таджикистана, этот ларек, как и еще несколько по городу, принадлежит его дяде, а сам парень надеется заработать денег, чтобы построить дом на родине.
Если других покупателей не было, я стала задерживаться у окошка подольше, иногда рассказывала Кариму о каких-то эпизодах из больничной жизни, он в ответ делился своими историями. Карим говорил по-русски просто отлично. Видимо, это было связано с тем, что его мама когда-то работала учителем русского языка. Потом, когда у нее родились дети, она стала домохозяйкой. Постепенно наше общение становилось все более неформальным. Я уже специально высматривала, не Карим ли сегодня работает. Когда видела, что его смена, радовалась, настроение улучшалось. Помимо того, что Карим был приятным в общении, я наконец призналась самой себе, что он и внешне мне очень нравится - стройный, но крепкий, с гармоничными чертами лица, а ресницы у него были такими густыми и длинными, что даже девушка бы позавидовала. Свою симпатию, кроме как в болтовне, я никак не проявляла. Первым начал он. Смущаясь, он предложил мне сходить посидеть в кафе, когда у меня будет свободное время. Я отказываться не стала, но прошла еще неделя, пока у нас с ним смогли совпасть выходные.
Так у нас произошло первое свидание.
После этого мы еще несколько раз ходили в кафе и просто погулять, примерно через месяц я пригласила Карима к себе домой. Он меня позвать к себе не мог, потому что жил у дяди и делил комнату с двумя его сыновьями-подростками.
У нас завязался роман, Карим признался, что любит меня, я к тому моменту уже понимала, что тоже влюбилась в него. Были ли у меня какие-то сомнения по поводу наших отношений? Конечно, были, я же не на другой планете жила - вокруг всегда было много негатива по отношению к мигрантам из Средней Азии. Я думала о том, что у него другой менталитет, другая религия, и это как-то проявится. Но у нас были похожие взгляды на жизнь, общие интересы, он мне ничего не навязывал.
В конце концов я решилась и рассказать о Кариме родителям. Случился скандал - меня стыдили, пугали то тем, что он меня оденет в хиджаб и закроет на кухне, то тем, что вовсе ограбит и убьет. Говорили, что это позор - связаться с мигрантом, да еще и торговцем шавермой. И ради него я пошла против своих близких, испортила с ними отношения, но у нас была наша любовь, и я считала, что это самое главное. Карим переехал ко мне, настоял, что сам будет платить за квартиру - сказал, что дом на родине больше строить не собирается, поэтому копить перестает.
Я была на смене, когда у меня раздался телефонный звонок с таджикского номера. Звонила женщина, она представилась мамой Карима и наговорила мне многого: что они против наших отношений, что сын никогда на мне не женится, он не пойдет против воли отца. Что у Карима есть невеста, и он скоро улетит на родину, чтобы на ней жениться. Требовала, чтобы я оставила мальчика в покое, потому что в семье им нужна только таджичка и мусульманка. Я не могла слова вставить в ее монолог, да и сказать ничего не сумела - ком в горле застрял.
Звонить Кариму с работы я не стала, но домой пришла в слезах и потребовала объяснений - зачем он дал мой телефон своей матери, и правда ли у него есть невеста?
Карим был мрачнее тучи, он спокойно попросил, чтобы я его не перебивала и выслушала. Многое из того, что он рассказал, я уже знала, но не все.
Невеста действительно была. Точнее, не невеста - они не обручались и даже не целовались ни разу. Просто девушка, с чьими родителями мать и отец Карима еще давно договорились о том, что дети поженятся. Он не возражал, жениться же все равно надо, почему бы и не на этой Дилбар? Но чтобы жениться, нужно было заработать денег и построить дом. Карим по профессии был электриком, примерно год поработал на железной дороге вместе со своим отцом, но денег это приносило совсем мало. А тут его дядя, который давно уже обосновался в России, предложил ему приехать ( поработать в одном из его ларьков с шавермой, обещал, что за год на дом накопит. На деле все оказалось не так радужно, и до цели пришлось бы трудиться гораздо дольше. Но когда он встретил меня, все его планы поменялись. Он решил, что никакого брака с Дилбар не будет, а сегодня днем позвонил своим родителям и сказал, что у него есть девушка, которую он любит и собирается на ней жениться. Что самое интересное - мне он предложения еще не делал и о браке не говорил — в этом все-таки проявилась разница в менталитете.
Когда его родители об этом узнали, они заявили, что если он так поступит, то он им больше не сын, созвонились с дядей. Крупный и более крепкий физически дядя прямо в ларьке силой отобрал у Карима телефон. Оттуда родня и узнала мой номер. После этого парень ушел, хлопнув дверью. Он сам чуть не плакал, я понимала, что ему разрыв с родителями дался даже тяжелее, чем мне.
Но при этом Карим меня успокаивал, говорил, что ничего не изменилось, что он быстро найдет другую работу в каком-нибудь кафе, и наконец спросил, согласна ли я выйти за него. Друг у друга оставались только мы, и оба чувствовали себя потерянными. Конечно, я согласилась.
На следующий день я подумала - если у моего жениха есть профессия, то зачем ему кафе? Поговорила с коллегой, муж которой работал на заводе. Там взяли Карима электриком. Он поменял патент, сдал экзамен на допуск и стал работать по специальности. Сейчас зарабатывает вдвое больше, чем в ларьке.
Мы поженились, просто расписались без родителей и гостей. Прошло немного времени, и мои мама и папа смирились. Зятя, хоть и «со скрипом», но приняли, даже сказали, что он, вроде, ничего. А недавно мы летали на родину мужа, в Таджикистан. В его семье меня тоже не встретили с распростертыми объятиями, но общались вежливо, ничего плохого не говорили. Мы надеемся, что наши родители с обеих сторон в конце концов совсем оттают, особенно, когда увидят внука, который скоро появится.