Дон тих в любую погоду. Многое повидал он, многое мог бы рассказать-показать, многое знает, но молчит старик, потому что мудр. Иногда Дон позволяет себе пролить ясный свет истинности на некоторые свои тайны. Но не всякому открывает он потаенное. Известному донскому литератору Валерию Уколову повезло: Дон открыл ему некоторые аспекты, связанные с происхождением другого донского литератора - М.А. Шолохова, которые раньше были абсолютно сакральными. А мне повезло, потому что я дружен с Валерием Анатольевичем, который поведал вот что:
"Одно время меня занимало всё, что связано с Михаилом Шолоховым. Я исследовал не только литературные источники, но и практиковал проверку их на местности. Однажды я добрел в своих изысканиях до хутора Кружилинского станицы Каргинской, где, как считается, Шолохов появился на свет. Перед вечером попросился на постой в один из крытых камышовой крышей куреней. Хозяин его - старый дед оказался весьма радушным и словоохотливым. Звали его Митричем. Митрич усадил меня за стол, я достал из рюкзака бутылочку, и мы стали задушевно беседовать, покуривая привезенные мною из Ростова сигареты и папиросы. Узнав о цели моего визита в Каргинскую, дед извлек свою бутыль, заявив, что приходится родственником самому Шолохову, и что точно знает, кто автор "Тихого Дона". На мой вопрос: - И кто же ? Ответил: - Шолохов. Долго Митрич горячо рассказывал, почему у него появилась такая убежденность, но это требует отдельной повести. У меня тоже нет сомнений в авторстве Шолохова, но аргументы его были не лишены дополнительного здравого смысла. И тут ни с того, ни с сего Митрич заявил, что Шолохов ведет свой род от иудеев. Это показалось мне невероятным. Со слов Митрича выходило вот что. Дед Шолохова Михаил объявился на Дону неведомо откуда, сказывают, что из Зарайска. Но точно одно: воспитывали его купцы Моховы. Сказывают, что попал он к ним еще мальцом малохольным. Говорить толком не умел. Лопотал что-то невнятное, никому не понятное. Но была при нем мятая записка. Как потом выяснилось: начертано на ней было на еврейском арамейском наречии следующее: "Вей, кхалаш. Лехаим." Переводится это как "Ой, слаб. Пусть будет здоров." Но писано это было буквами не ивритского алфавита, а - идиша. Купец Мохов зело ученый был. Даже знавал иностранную грамоту. Но ведь в еврейской грамоте слова пишутся справа налево, а не слева направо. И купец разобрал: "Михаил. Шолохов." Порешив, что это имя и фамилия мальчика, так и стали кликать его, и так записали в метрическую сказку. Когда Михаил подрос, купец Мохов женил его на своей дочери. От Михаила произошли Петр и Александр, а от Александра произошел Михаил Александрович Шолохов, известный как автор эпопеи "Тихий Дон". Дед Митрич добавил, что эту историю слышал лично от дочери Петра Михайловича - Алевтины, которая жила в Каргинской в соседнем курене. Помнит он и Петра Михайловича. Тогда мне эта история показалась невроятной, - добавил Валерий Анатольевич: Но позже от одного из шолоховедов я услыхал, что купцы Моховы тоже имели иудейское происхождение, и настоящая их фамилия Мошковы, то есть - Моисеевы! И иногда я думаю: а не хазары ли потомственные все они были? И под впечатлением от встречи со стариком я написал:
Здесь часто прогуливается старец,
смотрящий всегда отрешённо
на творения природы, в том числе людей.
Как-то он сказал мне: «Забавно, не правда ли,
что природа неизменно наблюдает за нами
с вечно дымящейся папиросой в откинутой руке,
как если бы, породив нас, она породила сомнения».
Кажется, я ответил: «Вы наблюдательны».
Он отрешённо оглядел творения природы,
в том числе людей и тихо сказал:
«Суть в том, что Бог вначале создал себя
по образу своему и подобию. И
перед Словом было долгое молчание».
Я не ответил, но мы пошли рядом,
наблюдая молча творения природы,
в том числе людей."
Позволю себе вспомнить сегодня 1 апреля еще одну из давних, но актуальных статей на шолоховскую тему: