В этот день Ульяна собиралась в старую поликлинику. Надо было оттуда забрать Ясины документы. Она думала, заехать ли оттуда к маме или же не испытывать судьбу, а прогуляться немного по городу и вернуться в дом. Ее думы прервал телефонный звонок.
– Долго жить будешь, – усмехнулась Ульяна, посмотрев на экран телефона – звонила мама.
Иногда Уле хотелось засунуть мамин номер в черный список, но совесть не позволяла ей этого сделать, ведь мама ее одна воспитывала и отдавала все, что у нее было и что она могла. Ульяна не могла ее совсем бросить в одиночестве, ведь мама уже была на пенсии и имела слабое здоровье. Она взяла трубку.
– Алло, – сказала она.
– Уличка, дочка, – мама тяжело дышала в трубку.
– Что случилось? – встрепенулась Уля, сердце сжалось от нехорошего предчувствия.
– У меня тут два дня уже высокое давление. Я все время лежу. Если встаю, то падаю.
– Ты скорую вызывала? – спросила с тревогой Ульяна.
– Да, вызывала. Они мне сделали уколы, немного посидели со мной и уехали. А потом через несколько часов опять все повторилось. Уля, у меня хлеб кончился и вся готовая еда. Сама я не могу приготовить ничего – падаю на кухне. Ты не можешь сегодня ко мне приехать, когда освободишься? – попросила мама.
– Да, конечно, может, что-то купить по дороге? – тут же откликнулась Ульяна.
– Купи батон, масло сливочное, кусочек вареной колбаски, яйца и пачку овсянки, и еще овсянку, которую можно заваривать.
– Мясо, курицу надо? Может, картошку с какими-то овощами.
– Ой, Уля, я не знаю, у меня так кружится голова. Может, чего и надо, – скорбно вздохнула мама.
– Я тебе картошки привезу с морковкой, поделюсь с тобой.
– А тогда приедешь?
– Мне сейчас нужно в поликлинику, а потом мы с Ясей к тебе приедем.
– Только ты Ясеньке скажи, чтобы она не шумела, – проговорила слабым голосом мама.
– Она сейчас не особо шумит. Ребенок еще болеет.
– А у тебя там ничего готового нет? Я бы супчик какой похлебала.
– Мама, мы же сейчас сидим с Ясей на строгой диете: рис, овсянка, серый хлеб да козье молоко. Ладно, я приеду, и мы разберемся. Если все получится, то буду где-то через час. Ты не умрешь за это время? – с тревогой в голосе спросила Ульяна.
– Постараюсь, – тяжело вздохнула мама. – Я жду вас.
Ульяна положила трубку и внимательно посмотрела на Ясю.
– Дочь, ты готова? – спросила она ее.
– Да, я вот надела штанишки и кофточку, которые ты мне дала, - девочка покрутилась в разные стороны.
– Отлично, а теперь побежали.
Она отсыпала немного картошки, положила несколько морковок и четвертинку тыквы.
– Мама, а ты будешь сдавать картошку на анализы? – спросила Яся.
– Нет, это мы к бабушке потом заедем.
– Это хорошо, – обрадовалась дочка. – Там у меня новая куколка сидит, мы в прошлый раз не забрали.
– Ну вот и заберем, - кивнула Уля.
Она положила в машину продукты, усадила Ясю, и они направились в город. Ульяна затормозила у старой пятиэтажки, где располагалась поликлиника. Здание, помнящее еще советские времена, встречало ее облупившейся краской и скрипучими дверями.
– Доча, подождешь меня в машине? Я постараюсь все сделать быстро, – Ульяна посмотрела на Ясю.
– Да, конечно, мамочка, я тут буду читать энциклопедию, – девочка кивнула на книжку.
– А то не хотелось бы цеплять с тобой новую заразу, – пробормотала Уля.
Она выскочила из машины, закрыла все двери на всякий случай и направилась в поликлинику.
— Доброго дня, я за карточкой Морозовой Яси, – сказала она усталой регистраторше, протягивая паспорт.
– Здравствуйте. Вы к какому врачу записаны? – спросила регистраторша. – Там ваша карточка должна уже лежать.
– Мы от поликлиники открепились и прикрепились к другой, – пояснила Ульяна.
Женщина за стеклом неспешно пролистала журнал.
– Вечно этот пригород ленится ехать к нам за документами, – проворчала она. – Ведь сказано всем русским языком – карточки на руки пациентам не выдавать.
– У ребенка аллергия, и нам назначено на завтра.
Регистраторша быстро все проверила по программе.
– Ну что же с вами делать, – вздохнула она. – Забирайте. Вот только тут и тут распишитесь.
Она ткнула пальцем в журнал.
– Передайте им, что в следующий раз ничего не отдадим, пока они сами не приедут.
– Обязательно, – кивнула Ульяна. – Спасибо большое.
Она схватила карточку и выскочила из поликлиники. Около машины стоял какой-то дядька и корчил рожи Ясе.
– Я тебе сейчас, – замахнулась на него Ульяна.
Мужичок пробормотал что-то нечленораздельное и побрел дальше.
– Ты как? – спросила Уля дочь, садясь в машину.
– Он меня напугал, – честно призналась девочка. – Пытался открыть дверь машины. Как хорошо, что ты меня закрыла.
– Ходят всякие ненормальные по улицам, – вздохнула Ульяна.
Она завела машину и поехала к маме. По дороге думала, зайти ей сначала в магазин, а потом к маме, или сначала к маме, а потом в магазин. Все же решила, что стоит заглянуть к маме, а там уже решать, что дальше делать.
Мамин дом встретил их затхлым запахом лекарств. Бабушка лежала в постели, действительно бледная и ослабевшая. Яся осторожно подошла и поцеловала ее в щеку:
– Бабуля, мы тебе гостинцев привезли! Картошку, морковку и тыкву.
– Какие молодцы, не забыли про бабушку, - хмыкнула мама.
– Мама, ты как? - спросила Ульяна.
– Как видишь, - вздохнула та тяжело.
– Давление мерила?
– Да чего его мерить? Устала я уже его туда-сюда мерить. Я и так знаю, что оно у меня высокое. Вон еще полтаблетки съела от давления.
– Давай все же померяем его.
Ульяна натянула ей на руку манжет аппарата. Через минуту на экране появились цифры – 90 на 60.
– Очень низкое, - покачала головой Уля, - Еще бы ты не падала. Давай я тебя напою горячим сладким чаем с конфеткой.
– У меня нет конфеток, - мама с грустью на нее посмотрела.
– Сейчас разберемся, - махнула рукой Ульяна.
Конфеты она нашла в шкафчике. Правда, их было всего три штуки, но и этого было достаточно.
– А мне вот нельзя теперь конфетки, - громко и с сожалением сказала Яся, - Я из-за них чешусь.
– Прости меня, пожалуйста, это я вот во всем виновата, - заплакала мама, - Меня боженька и наказал за это. Простите меня, мои родные. Вы же у меня одни единственные, никого больше на свете у меня ближе вас нет.
– Мама, прекрати, - прослезилась Ульяна. – Давай пей чай, ешь конфетку, а я сбегаю куплю нужных продуктов.
– Хорошо, хорошо, - закивала мама.
Уля побежала в магазин, предварительно спрятав подальше оставшиеся конфеты. Она купила все, что нужно, и вернулась быстро в квартиру мамы.
Пока мама общалась с внучкой, Ульяна пошла на кухню готовить ужин. Через полчаса на столе дымился куриный суп с домашней лапшой. Она покормила маму, снова померила ей давление. Оно поднялось на несколько единиц, но все равно оставалось низким.
Ульяна смотрела на маму и не знала, что ей делать. Ночевать в квартире не хотелось, но и оставлять маму в таком состоянии ей было боязно. Если с ней что-то случится, то Уля никогда себе этого не простит.
Темнело. Яся, уставшая от долгого дня и дороги, уснула на мамином диване, укутанная в бабушкин плед. Ульяна накрыла дочь одеялом и вернулась к матери, которая, казалось, наконец-то заснула.
Но стоило Уле присесть в кресло, как мама резко открыла глаза:
— Ты не уедешь сегодня? — её голос звучал испуганно, почти по-детски.
— Нет, мам, останемся, — вздохнула Ульяна, поглаживая мамину руку. — Только давай договоримся: завтра утром вызовем терапевта, хорошо?
– Может, за ночь все пройдет, - ответила мама, - Уличка, какая же ты у меня хорошая девочка, и что бы я без тебя делала, наверно, умерла бы давно. Только ради вас и живу.
– Ты поспи, мама, завтра станет полегче, - сказала Уля.
– Ой, мы же диваны не разобрали, - спохватилась мама.
– Не переживай, разберем все.
Мама прикрыла глаза и отвернулась к стене. Ульяна взяла с полки книгу, выключила свет и ушла на кухню. Она пыталась читать, но в голову лезли всякие разные нехорошие и тяжелые мысли.
Автор Потапова Евгения