Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Балаково-24

Я чуть не сбил малыша на коляске. Но один человек спас нас обоих

Вчера мне было ужасно стыдно. Я обидел человека, который, возможно, спас мне жизнь. Стыдно до сих пор. А случилось всё так: поздно вечером я ехал домой с работы. Бачок стеклоомывателя опустел, настроение было ниже плинтуса. Хотелось только доехать и лечь спать. Осталось всего пару перекрёстков — и я дома. Жму немного сильнее — быстрее бы. Подъезжаю к светофору, у меня самый зелёный из зелёных. И вдруг вижу: старенький седан справа начинает медленно выезжать мне наперерез. Я бью в клаксон, длинно, громко. Машина замирает. «Ну вот, — думаю, — очередной торопыга. Светофоры он не видит, что ли?» Еду дальше, и... седан снова начинает движение! Я уже на полной скорости. Бью по тормозам — понимаю: не успею. Надеюсь только, что он проскочит. Пытаюсь уйти в сторону, проскользнуть мимо… И тут он вдруг резко тормозит прямо на моей полосе. Меня разворачивает, я скольжу, цепляюсь за сцепление — и в последний момент останавливаюсь. В пяти сантиметрах от его бампера. Окно — вниз. Сердце — в горле. Я

Вчера мне было ужасно стыдно. Я обидел человека, который, возможно, спас мне жизнь.

Стыдно до сих пор.

А случилось всё так: поздно вечером я ехал домой с работы. Бачок стеклоомывателя опустел, настроение было ниже плинтуса. Хотелось только доехать и лечь спать. Осталось всего пару перекрёстков — и я дома.

Жму немного сильнее — быстрее бы.

Подъезжаю к светофору, у меня самый зелёный из зелёных. И вдруг вижу: старенький седан справа начинает медленно выезжать мне наперерез.

Я бью в клаксон, длинно, громко. Машина замирает.

«Ну вот, — думаю, — очередной торопыга. Светофоры он не видит, что ли?»

Еду дальше, и... седан снова начинает движение!

Я уже на полной скорости. Бью по тормозам — понимаю: не успею. Надеюсь только, что он проскочит. Пытаюсь уйти в сторону, проскользнуть мимо…

И тут он вдруг резко тормозит прямо на моей полосе.

Меня разворачивает, я скольжу, цепляюсь за сцепление — и в последний момент останавливаюсь. В пяти сантиметрах от его бампера.

Окно — вниз. Сердце — в горле. Я вываливаю на этого водителя всю свою усталость, раздражение, стресс. Громко, по существу, нецензурно.

А он... улыбается. Показывает мне «ОК» и разводит руками. И это меня выбешивает ещё больше.

Плюнув, я обруливаю его с пробуксовкой. Еду вперёд… И вижу.

Правый бок его машины подпирает детская коляска.

А рядом, прямо на асфальте, на коленях ползёт женщина в пальто — старенькая, с разбитыми руками. Кричит.

К ней бегут прохожие.

Оказывается, она оступилась на тротуаре, упала, а коляска выскользнула из рук и покатилась прямо на перекрёсток, вниз, по склону. Прямо под машины.

Этот парень… он увидел её. Он выехал на зелёный, на мой путь, потому что знал: иначе ребёнок погибнет. Он подставился. Он был готов принять удар на себя.

Если бы не он, коляска выехала бы прямо под мои колёса.

Я остановил машину, бросил посреди дороги, подбежал к нему. Протянул руку. Просил прощения.

Он снова просто улыбался. Улыбался, как будто ничего особенного не сделал.

И я до сих пор думаю: сколько таких людей проезжают мимо нас каждый день. Таких, как он. Которые не сдрейфят. Которые выберут не себя.

Прости, мой случайный ангел на старом седане. Спасибо тебе.