Я весь день набиралась смелости отправить мужу сообщение о неудавшейся беременности, но так и не смогла. Напечатать его я напечатала, но рука не поднялась поставить мужа перед таким известием, пока он на работе.
Да и в последнее время он часто не в духе.
Леша основатель архитектурного бюро и сейчас работает над самым большим проектом в своей карьере. ЖК класса люкс, эдакий город в городе.
Оттого выстрелит проект или нет зависит будущее нашей семьи. Он говорит мне об этом беспрестанно, таким образом объясняя, почему мы в последнее время отдалились друг от друга и почти не видимся.
И вот он дома.
Сидит напротив меня за обеденным столом и молча ест, закидывая в себя приготовленный мною ужин. Ни спасибо, ни пожалуйста.
Самой мне кусок в горло не лезет. Я панически боюсь своего будущего. Да и реакции мужа на новость тоже, положа руку на сердце, боюсь.
Вдруг бросит бесплодную?
Да нет, глупость какая-то.
Мой точно не такой.
— Вкусно? — я не знаю, как мне сказать ему о том, что в ближайшем времени мы не станем родителями.
Да и вообще станем ли. Мне тридцать три, он на пять лет старше.
— Ну? — он нехотя поднимает на меня взгляд и психуя откладывает приборы. Берет со стола бокал с терпким напитком янтарного цвета и недовольно цедит: — Что опять не так?
Я хлопаю глазами и не понимаю, что не так. Я встретила его радушно, даже попыталась поцеловать, но он отвернулся.
Промолчала, когда он решил выпить. А ведь он знает, что я отношусь к этому негативно. Сложилось такое впечатление, что он намеренно решил меня позлить.
На столе его ждет дымящийся ужин, который я готовила, превозмогая эмоциональную и физическую боль. Внематочная беременность, о которой он пока не знает, напоминает о себе с каждым часом все больше тупой болью в животе.
Доктор предлагал сразу же ехать в больницу на операцию, а я настояла, что сначала поговорю с мужем. Мы все решения принимаем вместе.
— Все нормально, Леш… — на последнем звуке голос проваливается и эмоции берут верх. Глаза становится стеклянными.
— Ревешь? — он цокает и делает глоток. — Почему нельзя поднормальному, а? Насть? Ты же знаешь, что я бабских соплей не выношу.
— А я не выношу, когда ты пьешь! — зло вытираю с лица слезы и, сделав глоток воды из стакана, громко ставлю его на стол.
Это выходит случайно, просто из-за нервов дрогнула рука.
— Леш, а обязательно с порога грубить? — вытираю нос салфеткой и пытаюсь вымолвить хотя бы пару слов о том, что сегодня со мной произошло, но не могу.
Стоит мне еще раз пропустить через себя слова гинеколога, как я хочу орать от бессилия.
— Настя, я тебе миллион раз говорил, что у меня нет времени. Вот просто физически нет! — он разводит руками. — Я хочу прийти домой, поесть и лечь спать. Но тебя это не устраивает, ты решила закатить скандал. Что же, давай. Я слушаю.
Он смотрит на меня глазами в которых нет ни капельки любви. Причем замечать это я начала где-то месяц назад, но отмахивалась от негативных мыслей. Ведь мы уже давно планируем беременность и лишние нервы мне ни к чему.
Плюс в этой погоне за беременностью, которая длится уже долгих пять лет, я начала менятся. Стала более чувствительной и почти растеряла свою природную бойкость.
— Я была у гинеколога, — каждое слово я выталкиваю из себя с таким усилием, словно это не просто слова, а валуны, которые весят тонну.
— И? — муж лениво подпирает подбородок рукой, пока другой покачивает бокал с остатком напитка на дне. — Ты по врачам каждую неделю бегаешь. Про ваших бабских врачей вообще молчу, — он машет ладонью, словно это какая-то глупая мелочь.
— Я, как ты выразился, бегаю по врачам, потому что у нас не получается зачать! — повышаю голос и сжимаю в ослабевших руках столовые приборы.
— Не получается, — кивает муж моим словам. —Знаешь, что я об этом думаю? — он опустошает свой бокал и со стуком опускает на стол. — Даже хорошо, что мы с тобой не родили.
— Хорошо? — этот вопрос вылетает из меня со свистом, пока сердце в груди делает кульбит.
— Да.
Леша поднимается из-за стола. Поправляет и без того отлично сидящий костюм цвета гранита и сует руки в карманы брюк.
Крепкий, полный сил и здоровья. Мужественный и добрый. Для меня он всегда был олицетворением фразы: добро должно быть с кулаками. Нежный и внимательный со мной, выходя за пределы дома он перевоплощался в кремень и достигает цель за целью.
— Ты что-нибудь будешь говорить, или я могу продолжать? – спокойно осведомляется он пока я чувствую себя так, будто меня прибили к стулу.
Ноги и руки не двигаются. Тело бьет мелкая дрожь больше похожая на электрическую.
— Продолжай.
Его слова ударили по мне так сильно, что я даже посмотреть на него не могу. У меня внематочная, а он говорит: хорошо, что не родили.
Для него это шутка?
Интересно, когда он решил, что больше не хочет от меня ребенка? Чутье показывает, что давно. Но даже в периоды его холодного ко мне отношения он ни разу во время близости не заикнулся про контрацепцию.
Видимо ощущения куда важнее честного отношения к жене.
Леша пополняет свой бокал, и опустошив его полностью, глухо и тяжело говорит:
— Я сплю с твоей подругой. Люськой. Рыжая такая, с татуировкой на спине, — в воздухе он обрисовывает форму ее фигуры: песочные часы. — Ну и, — он смотрит мне в глаза холодно и надменно, — нам с тобой надо развестись как можно скорее.
Молчу, пока пребывая в полной уверенности того, что только что у меня была первая в жизни слуховая галлюцинация.
— Скажешь что-нибудь? — бросает муж, проходя мимо меня. — Я заколебался на работе, хочу помыться и выспаться. Настя?
— Слышала, — перевожу на него взгляд. — Ты спишь с моей лучшей подругой, верно?
— Я в душе не ведаю, Насть, кто у тебя лучшая, а кто нет, — усмехается он. — Главное, чтобы до тебя дошло, что мы больше не семья. И совет: учись разбираться в людях. Она ко мне года два подбивала клинья за твоей спиной, а ты, судя по выражению лица, даже не подозревала такого расклада? — он вскидывает бровь и смотрит на меня едва ли не благосклонно.
У меня внутри поднимается буря, а кончики пальцев покалывает от желания чем-нибудь врезать мужу.
— Я не подозревала, что муж у меня кобель, — непринужденно подергиваю плечом. А слез моих этот предатель не увидит. — Кстати, Люся меня совсем не удивила. Как бы тебе сказать-то, Леша, она еще с шестнадцати лет ценит мужскую красоту.
Бросив ему эту наживку, я встаю из-за стола и, превозмогая тянущую боль внизу живота первой, покидаю столовую.
Рука инстинктивно тянется к животу, в котором зарождается новая жизнь. Мне безумно, вот до разбитого сердца жаль, что этот ребенок не родится на свет.
— В смысле? — настигает меня вопрос мужа в коридоре. — Люська гуляет? — муж ураганом залетает в спальню следом за мной.
Я достаю из шкафа спортивную сумку, с которой хожу в спортзал на тренировки, и бросаю туда вещи, которые, думаю, пригодятся мне в больнице.
Грязную измену мужа и подруги никто не отменял, но сейчас я намеренно ставлю себя на первое место.
— Настя, я с кем разговариваю?
— Твоя любовница ведет список своих побед в заметках на телефоне, — говорю правду не фильтруя. С каждой секундой чувство брезгливости к мужу взмывает все выше. — На прошлой неделе там была круглая цифра, которой она безумно гордилась.
Это правда. Раньше она вскользь говорила мне, что замутила с тем красавчиком, а потом вон с тем. Недавно она переключилась на женатиков, а я, дура, несмотря на желание оборвать общение, пожалела ее. Она жаловалась мне, что у нее нет подруг из-за женской зависти.
Живот снова тянет, и я на минуту замираю с вещами в руках. Леша не сводит с меня взгляда.
— То есть она спит со всеми подряд и при этом вы подружки? Класс, — с сарказмом хлопает в ладони он.
— Лучше запишись к врачу, а то боюсь, у тебя будут проблемы.
Он пропускает мои слова мимо ушей, подходит ко мне и косит взгляд на сумку с вещами.
— К кому собралась на ночь глядя, не подскажешь? — он скрещивает руки на груди с выражением «я кое-что про тебя знаю» на лице. — Думаешь, я тупой? А вот не угадала. Не зря говорят, скажи мне кто твой друг и я скажу, кто ты. Люська по мужикам, а ты нет?
— Про женатые пары тоже говорят, что муж и жена одна сатана. Но посмотри на нас. Пока я стараюсь забеременеть, ты бежишь к моей подруге, — этот упрек я озвучиваю с чувством. — Еще и ставишь меня перед этим фактом после того, как съел мой ужин. Что же молчал, а? Мучился со мной, пока Люся целых два года простаивала.
Думать он может что угодно, но манипуляции на меня точно не подействуют.
Больше нет смысла бороться за этот брак. Да я и не из той породы, чтобы бороться за мужа, который парой резких фраз перечеркнул смысл моей жизни. Про измену я вообще молчу. Уверена, шок от предательства непременно по мне еще ударит.
Но пока внутри меня теплится крохотная жизнь, которой, судя по прогнозу врача, не суждено повидать этот свет, во мне бушует материнский инстинкт.
Я обязана как можно скорее отправиться в больницу.
А вдруг случится чудо?.. От этой мысли прикусываю губу, а глаза становятся стеклянными.
— Я спросил: куда ты намылилась на ночь глядя?! — Леша все еще нависает надо мной, а я в мыслях о ребенке о нем забыла. — Не к гинекологу ли? — насмехается.
Он лучше всех знает, что больше всего на этом свете я хочу родить. Даже втайне от него ездила к мощам Святой Матроны, молилась. Это было единственное, что я скрыла от мужа за все годы брака. И то, только потому что знала — он, убежденный атеист, просто меня не поймет.
— Просто признайся, что у тебя есть кто-то, с которым вы на пару профукиваете деньги, которые я тебе даю якобы на лечение. И сейчас ты пользуясь ситуацией спешишь к нему. Я угадал? — его взгляд блестит безумием, на скулах ходят желваки.
— Опомнись, Соколовский…
— Опомнился, Настя! — он хватает меня за плечо и дергает на себя. — Опомнился. Правда у меня на это ушло десять лет…
Я даже разбираться не буду почему он говорит загадками. Смотрю ему в глаза и вырываю руку из хватки его большой ладони. Закидываю на плечо сумку, испытывая животный страх обращаться в больницу.
Вот просто животный, ведь мне придётся не только пройти через ад операции и восстановления в новой реальности, где я больше не смогу зачать сама, но и через ад развода с Соколовским.
— Леш?
— Чего? Подвезти тебя на встречу? — скалится он.
— Ты смешон, — выталкиваю из себя я, чувствуя зловещую боль в животе. — Правду говорят, нет существа ревнивее чем гулящий муж.
— Настя, — предупреждающе рокочет он. — Следи за языком.
— Слежу, — облизываю губы и решаю прямо задать ему интересующий меня чисто как женщину вопрос: — Леш, помнишь, как мне трубу удалили из-за внематочной?
— Помню, — его лицо мрачнеет.
— Чисто гипотетически: если бы эта ситуация повторилась и мне нужно удалять единственную трубу? Как бы ты отреагировал.
Секунда. Две. Три. Он молчит.
— Даже если бы ты сейчас протянула мне снимок УЗИ со здоровым ребенком, Настя, — гневно шипит муж. — Я бы все равно отправил тебя на операцию.
— Вот как, — поджимаю губы, глядя на мужа, который в мгновение ока стал мне чужим. — Тебе совсем плевать на мое здоровье? Я, между прочим, ради нас рисковала! Не один врач меня отговаривал от попыток забеременеть, но ради нас и нашего будущего…
Ловлю себя на том, что сжимаю ладони в кулаки от негодования, и изливаю душу.
Перед кем?
Мои слова не имеют для него ценности, он показывает это всем своим нарочито скучающим видом.
— Я тебя не просил.
— Что?..
— Я тебя не просил рисковать здоровьем! — психует Леша, его широкая грудь от быстрого дыхания ходит ходуном. — Так что не надо сейчас манипулировать мной и задавать гипотетические вопросы о том, а что, если бы. Ясно? Ты не беременна, и вторую трубу тебе не отрежут. Разведемся и рожай сколько влезет, только от меня отвали!
От ушата грязи, которую на меня вылил муж, у меня пульсирует лицо. С детства такая особенность — краснеть до пунцовых щек. Но для этого меня нужно сильно обидеть.
У Леши получилось, потому что он знал, куда бить.
— Я тебя услышала. Прощай!
Продолжение следует...
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"В разводе. Бумеранг для бывшего", Ева Стоун ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.