Найти в Дзене

Крик тишины

Георгий Евсеевич стоял в проходе зрительного зала, опершись дрожащей рукой на подлокотник одного из кресел. Сегодня отгремел концерт в Доме Культуры, посвященный празднованию годовщины Победы в ВОВ. Он не смог присутствовать. Не потому что не хотел, а потому что запретили петь: «— Не по стандарту, не тот формат! У нас молодые коллективы, дети будут выступать. Репетировали по несколько месяцев», — отвечала режиссёр-постановщик, следившая за тем, как украшают сцену к концерту. То и дело теребя свои обесцвеченные волосы, она шлепала напомаженными губами, командуя, кому и куда идти. «— Позвольте мне хотя бы на гармони сыграть, я не буду петь. Я не подведу», — умоляюще глядел он на дамочку, но та даже не удосужилась повернуться. Расхаживая туда-сюда по залу на высоченных каблуках, сверкая пышной грудью, отвлекающей работников, режиссёр грубо отрезала: «— Всё, не тратьте моё время». Георгий Евсеевич со слезами на глазах вышел на улицу, не зная, что теперь делать. Весь его смысл был в песня

Георгий Евсеевич стоял в проходе зрительного зала, опершись дрожащей рукой на подлокотник одного из кресел. Сегодня отгремел концерт в Доме Культуры, посвященный празднованию годовщины Победы в ВОВ. Он не смог присутствовать. Не потому что не хотел, а потому что запретили петь:

«— Не по стандарту, не тот формат! У нас молодые коллективы, дети будут выступать. Репетировали по несколько месяцев», — отвечала режиссёр-постановщик, следившая за тем, как украшают сцену к концерту. То и дело теребя свои обесцвеченные волосы, она шлепала напомаженными губами, командуя, кому и куда идти.

«— Позвольте мне хотя бы на гармони сыграть, я не буду петь. Я не подведу», — умоляюще глядел он на дамочку, но та даже не удосужилась повернуться. Расхаживая туда-сюда по залу на высоченных каблуках, сверкая пышной грудью, отвлекающей работников, режиссёр грубо отрезала:

«— Всё, не тратьте моё время».

Георгий Евсеевич со слезами на глазах вышел на улицу, не зная, что теперь делать. Весь его смысл был в песнях и игре на гармони. Когда он записался в местный кружок самодеятельности в ДК, ему обещали разрешить исполнить хоть раз песни Великой Отечественной войны на праздничном концерте. Но каждый год ветерану войны отказывали под каким-то глупым предлогом.

После смерти жены он долго не мог прийти в себя. Будто на его планете перестало светить солнце и идти дожди. Мир превратился в высохшую пустыню. Холод и пустота. Пока соседка силком не привела его на репетицию в кружок. Его встретили тепло. Можно сказать, что он обрёл второй дом и надежду...

Да, у него появилась надежда - он хотел рассказать своим голосом через песню, что такое война.

Самое интересное – его любили слушать и дети, и взрослые. Георгия Евсеевича приглашали в школы, в сады, в больницы и дом престарелых, где он исполнял любимые музыкальные композиции. Ветерана знал весь городок. А тут... Не формат - не разрешили участвовать в концерте.

«— Как так?» — одна из учительниц, узнав, что почитаемого ею и её учениками Георгия Евсеевича так унизили, не осталась в стороне.

Ведь благодаря таким как Георгий Евсеевич они живут на мирной земле, дышат воздухом, наслаждаются каждым мгновением жизни. Именно такие люди, отвоевавшие нашу Родину, должны быть услышаны в первую очередь.

Но идею этой учительнице подсказали дети. Они дали объявление и напечатали листовки о необычном мероприятии, которое обязан посетить каждый уважающий себя человек, и назвали концерт «Струны не сломленной души». Украсили и подготовили к концерту сцену, на которую привели Георгия Евсеевича. Без подготовки, без лишних слов, ветеран сел на стул с гармонью в руках. Зал музыкальной школы был полон: люди стояли не шелохнувшись и слушали затаив дыхание исполнение Георгия Евсеевича. Столько слёз, столько оваций не было даже на организованном администрацией города концерте, куда горе-режиссёр не допустила Георгия Евсеевича.

Прозвучал последний аккорд, но не как точка, а как многоточие, как назидание потомкам о том, что все должны помнить, какой ценой далась Победа, как много пролито крови, чтобы люди могли жить – жить по совести.

-2