Иванов запер дверь, чтоб ему не мешали, сел за стол у окна, вынул из толстого портфеля лист бумаги и сел писать, склонив голову набок и оттопырив губы.
«Сегодня в семнадцать часов пятнадцать минут пополудни при производстве штукатурных работ в ремонтируемом трёхэтажном доме, арендуемом частным предприятием пищевиков "Л.Ч.Д." на углу Трибунной улицы и Кислощейного переулка, обвалились леса, причём произошло упадение двенадцати человек рабочих».
Иванов остановился и шмыгнул носом.
— Упадение?.. Упадение… — подумал он, подняв голову и отыскивая на потолке решение затруднившего его ум вопроса.
— Упадение… Как-то… неловко… Будто и некультурно… У-па-де-ни-е… Ах, надо упадание.
Иванов переправил «е» на «а».
— Ну-с, упадание… Н-да-с… И это что-то как будто не так… Это нельзя… В данном случае невозможно сказать «упадание». Это значит упадали, да не упали совсем… А тут телесное повреждение со смертным случаем… Как же быть? Гм…
Задумался.
— Сегодня произошло упадание… упадение… Постой!.. Постой!.. Произошёл… падёж… Это лучше будет… Да, теперь верно: падёж… На-ко вот из-за какого-то пустого слова приходится использовать ножичек.
Вынул ножичек, открыл, дохнул на него, полюбовался яркой сталью, выскоблил осторожно слово «упадание», вместо него написал «падёж» и стал читать вслух:
— …Произошёл падёж двенадцати человек…
И опять задумался.
— Падёж? Словно падёж скота… Нет, не годится. Надо что-нибудь другое измыслить. Падёж… Упадок… Упадутие… Произошло падалище… Тьфу!
Иванов вскочил с места, прошёлся из угла в угол, потёр себе лоб и снова уселся.
— Из одного паршивого слова весь протокол изгадил… Упади они в воду, утони — ну и простое дело — написал — произошла утопия двенадцати человек… Ну, как же? Как же? Падание… упадание… произошла падаль… падаль… Фу, какая мерзость… Падалка?.. Нет… Упадие, что ли? Постой! Сего числа произошло… Сего числа… произошло… Нашёл! Произошло упадутие…
Он стал размахивать руками и в такт притопывать ногой:
— У-па-ду, у-па-ду. У-паду-па-ду-па-ду…
Он взялся за ножичек, хотел скоблить, но сразу скис.
— Упадутие… Что-то уж очень глупо… Вроде надутия…
И опять радостно улыбнулся.
— Ах, я глупый, да ведь слово-то есть! — Подскоблил и написал: «упадок».
Вот это так. Читает:
— Произошло упадок… Не грамматично… Надо «произошёл упадок», а не произошло… Потому упадок он. Упадок рода мужественного… Упадок… человека… Опять не так!.. Это можно сказать относительно упадка нравственности одного человека… Но в рассуждении физического естества двенадцати рабочих… упадение… падкость, падалица… Тьфу! Индо в пот бросило… Вот как напишу — крушение… — И задумался.
— Крушение поезда… Крушение буржуазного строя… Крушение.
Он наобум стал перебирать все слова, которые ему приходили в голову: «кантон, район, фокстрот… пискология… упадутие… падалище… упадок…»
Он безумными глазами смотрел в окно на противоположный забор, где красовалась афиша Мейерхольда, выделяясь самыми крупными буквами из других.
В написанном заново протоколе значилось:
«Произошёл пандат двенадцати рабочих…»
Другая художественная литература: chtivo.spb.ru